Росомаха. Том 4 (СИ) - Третьяков Андрей

— Ольга, — я обернулся. — Сможешь взять его огнём?

— Попробую, — она сосредоточилась. — Но чешуя у них толстая. Может, не пробить.

— Тогда я его. Леонид, держись сзади. Если пойдут на нас — прикрывай Ольгу.

Я вышел вперёд. Самый крупный ящер зашипел, раздувая шею, и двинулся на меня. Остальные замерли, наблюдая.

Я ждал. Когда тварь сократила дистанцию до десяти шагов, я рванул в бой, уходя с линии атаки. Ящер попытался развернуться, но его массивное тело двигалось медленнее, чем моё. Один удар — и мой меч вонзился в шею, туда, где чешуя была тоньше.

Тварь взревела, забилась, но я уже убрал меч и отскочил. Кровь хлынула на каменный пол. Ящер сделал ещё пару шагов, пошатнулся и рухнул.

Остальные даже не попытались атаковать. Они смотрели на павшего вожака секунду, потом развернулись и исчезли в глубине коридора, громко цокая когтями.

— И это всё? — выдохнул Леонид.

— А ты чего хотел? — усмехнулся Илья, уже доставая ножи. — Битву на сотню бойцов? Они слабые без вожака и поняли, кто тут папочка.

— Запоминай, — я похлопал парня по плечу. — Это знание дорогого стоит.

Разделка ящера заняла почти час. Шкура оказалась толще, чем мы думали, и Илья кряхтел, вырезая лучшие куски. Зубы и когти ушли в отдельный мешок — их потом заберут артефакторы. Мясо решили не брать — тяжело тащить, а стоило оно не так много, как шкура.

— Тысяч на семьдесят потянет, — прикинул Илья, завязывая трофеи. — Если продать умеючи.

— Продадим, — кивнул я. — Не впервой.

Мы двинулись обратно. Леонид теперь шёл увереннее, иногда даже сам замечал опасные повороты и тихо предупреждал. Ольга переглянулась со мной и усмехнулась — парень явно прогрессировал.

На выходе нас встретила Алиса. Она уже закончила свою вылазку и теперь с интересом рассматривала наши трофеи.

— Ого, — присвистнула она. — Каменный ящер. Редкость. И скорпиончики… Неплохо для первого раза.

— А у вас что? — спросил Леонид.

— Так, мелочь, — отмахнулась она. — Пару стай кроликов, одну лисицу.

Я посмотрел на Леонида. Парень явно устал, но держался молодцом.

— Как впечатления? — спросил я.

— Учитель, — он помолчал, подбирая слова. — Я думал, что знаю, что такое бой. Тренировки, турниры, спарринги… А тут — совсем другое. Ты не знаешь, куда ударит тварь. Не знаешь, выдержит ли щит. Не знаешь, успеешь ли увернуться. Но… — он посмотрел мне в глаза. — Мне понравилось. Я хочу ещё.

— Будешь, — усмехнулся я. — Если выдержишь тренировки Бродислава.

Парень передёрнул плечами, но промолчал.

Вечером мы сидели в столовой особняка, разбирая добычу. Илья с азартом раскладывал шкуры, прикидывая, сколько они могут стоить на рынке. Бродислав пришёл посмотреть и одобрительно кивнул:

— Не зря парня взяли. Толк будет.

Леонид, услышав это, заметно порозовел от удовольствия.

— Завтра повторим? — спросил он.

— Завтра отдохнём, — сказал я. — На изнанке главное — не перегореть. Ты и так сегодня много узнал. Пусть уляжется в голове.

— А в понедельник? — не унимался парень.

— А в понедельник учёба! — я спрятал улыбку. — Может позже возьмём тебя на серьёзную охоту.

— На серьёзную? — глаза у Леонида загорелись.

— Не торопись, граф, — Бродислав хлопнул его по плечу. — Сначала научись на мелких, потом к крупным пойдёшь. А то видел я таких горячих — возвращались вперёд ногами.

Леонид сглотнул, но кивнул.

Поздно вечером, когда все разошлись, я сидел на крыльце и смотрел на звёзды. Рядом устроилась Алиса, положив голову мне на плечо.

— Хороший парень, — сказала она. — Этот твой граф. Думаешь, выйдет из него толк?

— Выйдет, — уверенно ответил я. — Если не убьют раньше времени.

— Не убьют, — она зевнула. — С тобой не убьют.

Я обнял её и улыбнулся.

Глава 29

Утро понедельника встретило меня серым небом и мелким, противным дождём. Василий, встречавший нас на крыльце академического особняка, успел раскрыть зонт ровно за секунду до того, как я вышел из лимузина.

— Спасибо, нянь, — кивнул я, принимая у него же портфель с книгами. Девчата уже выпорхнули следом, укрываясь под вторым зонтом, который услужливо держал водитель.

— Ваше благородие, — Василий понизил голос, пока девушки отряхивались в прихожей, — граф Аурелиев… он как? Не подвёл?

— Не подвёл, — я усмехнулся. — Даже Бродислав его похвалил. Правда, после этого отправил отжиматься до седьмого пота, но похвалил.

Василий довольно кивнул и скрылся в доме — накрывать завтрак. А я оглянулся на лимузин, где, посапывая, всё ещё сидел Леонид. Парень вырубился ещё на подъезде и проспал всю дорогу. Первая вылазка на изнанку вымотала его сильнее, чем он показывал.

— Лёнь, — я открыл дверцу. — Приехали.

Он вздрогнул, моргнул, пытаясь сфокусироваться.

— Учитель? Я… простите, я не хотел…

— Ничего страшного, — я хлопнул его по плечу. — Иди умойся, позавтракаем. У нас сегодня занятия.

Он выбрался из машины, всё ещё немного сонный, но уже собранный. Хороший парень. Настойчивый. Из таких и получаются настоящие бойцы.

За завтраком Арина вертелась, поглядывая на Леонида, который клевал носом в тарелку.

— Скажи, граф, — не выдержала она. — А на изнанке правда страшно? Или вы, мужчины, всё преувеличиваете?

Леонид поднял голову, и в его глазах мелькнуло что-то, чего я раньше не видел. Опыт, что ли.

— Страшно, баронесса, — сказал он спокойно. — Но не так, как я думал. Учитель сказал: используй страх. Бойся — и просчитывай. Бойся — и учись. Бойся — и побеждай.

Арина перевела взгляд на меня, и в нём была уже не насмешка, а что-то другое. Уважение? Не уверен.

Лиля молча пододвинула Леониду чашку с крепким чаем. Тот благодарно кивнул.

Первым делом я отправился к Юрию. Оставил вещи в особняке и, пока девчата разбирали сумки, вышел под дождь. Зонт Василий сунул мне в руки почти насильно, но я не возражал.

Учитель жил в отдельном флигеле при академии — там селили преподавателей, у кого не было своих домов в городе. Дверь мне открыл сам, в халате и с кружкой кофе.

— А, герой, — он отошёл в сторону, пропуская меня. — Проходи. Рассказывай, как отдохнул.

— Не отдыхал, — я прошёл в кабинет, уставленный книгами и свитками. На столе, среди прочего хлама, лежали чертежи. Те самые, с амулетом. — А вы, я смотрю, работали всё время.

— А что мне ещё делать? — Юрий плюхнулся в кресло, кивнул на стул напротив. — Садись.

Я сел. Учитель молчал, разглядывая меня поверх кружки. Наконец, поставил её на стол и сказал:

— Я проверил всех известных уничтожителей. Живых, — он загнул пальцы, — четверо. Я, ты, один старик в Сибири… и одна дама в Европе.

— Дама?

— Очень влиятельная. Очень старая. И очень странная, — Юрий поморщился. — Её имя тебе ни о чём не скажет, да я и не буду его называть. Пока. Но… она давно не появлялась на публике. Говорят, ушла в затворничество. А тут — амулет, созданный на жертвенной магии, с нитями ключников, которые так любит использовать наша братия, и которая нам недоступна по умолчанию…

— Вы думаете, это она?

— Не знаю, — он развёл руками. — Прямых доказательств нет. И вряд ли появятся — такие, как мы, умеют заметать следы. Но… будь осторожен. Очень осторожен.

— Я всегда осторожен, — машинально ответил я.

Юрий усмехнулся:

— Конечно. Особенно когда лезешь в пасть к червю или уносишь с собой амулет-бомбу.

Я промолчал. Он вздохнул и потянулся к свиткам.

— Есть и хорошая новость. Я нашёл способ отслеживать подобные заклинания. По остаточному следу магии ключников. Если атака повторится — я смогу определить источник. Точнее, направление.

— А она повторится?

— Обязательно, — он посмотрел мне в глаза. — Ты им нужен. Живым. Это и хорошо, и плохо.

От Юрия я пошёл на урок алхимии. Алевтина Павловна встретила меня на пороге своей лаборатории с подозрением, от которого не укрылась бы и сотня каменных ящеров.