Куница Том 6 (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans"

— Дель Фортини оказался крупной рыбкой? — оскалился Крест.

— Нет, — мрачно покачал головой Эмиль. — Граф Конрад фон Траунштайн.

От неожиданности Крест приподнял брови.

— Адъютант?

— Верно, адъютант. Его положение позволяло свободно перемещаться, оставаясь незамеченным обществом, устанавливать контакт без отслеживания и пребывать вне подозрений. Я схему составил, — Шолль сделал жест, словно прикасаясь к области сердца, демонстрируя расположение важной бумаги. — Только доешь сначала. И, когда читать будешь, полог тишины наложи.

Разведчик, как раз жевавший мясо, чуть не подавился, заставив себя протолкнуть кусок в горло.

— Настолько всё серьёзно? — спросил он, сжимая вилку так сильно, что побелели пальцы.

— Очень, — коротко бросил маркграф. — Тот, кто получал отчёты Траунштайна, знал всё. Точнее, мог узнать всё, что захотел бы. Не до мелочей, но Генеральный штаб и штаб разведки текут со страшной силой. Ну и за каждым чихом императора тоже наблюдали и фиксировали. Примерно месяц назад что-то случилось, Траунштайн не в курсе, что именно. Контакты нарушились, множество связанных лиц исчезло. И, когда пришёл приказ, — Эмиль кивнул на Данко, — на его счёт, у шпиона не оказалось инструментов под рукой. С закономерным результатом.

Закончив рассказ, маркграф уставился на разведчика, оценивая реакцию собеседника. Крест отложил столовые приборы и мрачно спросил:

— Куда шла информация?

Эмиль ответил не сразу.

— Не в Петроград. Если я правильно понял — в колонии. Предположительно куда-то в Америку.

Реакция Креста удивила Данко. Разведчик, похоже, ожидал чего-то подобного.

— Это было ожидаемо? — спросил парень.

Крест криво улыбнулся.

— Я смог выяснить, с чем Мартен приехал в Берлин. И Герсдорф, и Хоуп успели дать первичные указания по своим ведомствам. Когда нанесли удар, всем стало не до этих бумаг, но канцелярия есть канцелярия. Я нашёл распоряжения. В Японии Мартен нашёл оружие. Технология наша, а производство — нет. Он отследил канал поставки. Корабль с экипажем из американцев. Целый крейсер видел.

Замолчав на секунду, Крест поднял взгляд на маркграфа.

— Эмиль. Ты сказал, что отдыхал где-то в Америке, когда получил ложные воспоминания.

Но Шолль уже сам сосредоточенно смотрел перед собой, и на невысказанный вопрос только кивнул.

— Да. Южная Америка. Джунгли. Населённые пункты с труднопроизносимыми названиями. Я никогда не думал… — Эмиль поднял взгляд и сосредоточился на лице разведчика. — Мне нужна ментальная проверка. Я мог что-то видеть и не обратить внимания…

Крест хмыкнул.

— Ещё как нужна. Ты теперь будешь здесь сидеть, на пару с ним, — кивок на Данко. — Но я запутался. Романовы что? Не при делах, что ли?

— Подождите! — поднял руку Данко. — Но там же ваша колония! Там тысячи людей должны бывать! Постоянно кто-то приезжает и уезжает! Нельзя же скрыть от такого количества людей такое важное!

Крест поморщился.

— Данко, Америка — это два огромных континента. А наши колонии — узкие полосы по побережью. Причём действительно крупная колония только на восточном побережье Северной Америки, которая углублена в континент может быть на треть всей его площади, всё остальное — небольшие анклавы для сбора ресурсов. Центральная зона обширных территорий остаётся фактически необжитым фронтиром. Там целую страну можно спрятать, при желании. Наши войска, когда шла колонизация, провели разведку, нашли самые крупные города и убедились в примитивизме местных. Даже железного оружия нет, каменные топоры одни. Мы туда производство первой категории не поставляли, только конечную продукцию. Производства в колонии нет, лишь ремонт привезённого из метрополии. Строительство крупного боевого корабля, подобного современному крейсеру, требует десятков тысяч квалифицированных работников, распределённых по всему производственному циклу.

— Если не поставляли мы, — подхватил мысль Шолль, — могли поставлять из России. И мы снова возвращаемся к Романовым.

— Связь с Романовыми пришита белыми нитками, — отмахнулся Крест. — Не факт, что они связаны с колонией. Со всем происходящим — да, несомненно. И связь эту надо искать в России, а соваться туда сейчас…

Крест покачал головой. Данко поднялся.

— Вы же в любом случае кого-то пошлёте в Америку? Ну, чтобы проверить и разобраться. Вызываюсь добровольцем.

Взгляды мужчин встретились.

— Юношеский максимализм, — констатировал Эмиль.

— Сам как будто старик, — насмешливо напомнил Крест. — Хотя идея интересная.

Шолль удивился:

— Интересная? Поясни.

Разведчик вздохнул, окинул взглядом недоеденный обед и начал невесело ковыряться в тарелке.

— Я и так кручусь ужом на сковородке. Надо докладывать о каких-то результатах начальству, а говорить, что мы подозреваем Романовых во всех бедах, это, мягко говоря… Преждевременно. В другой ситуации мои слова приняли бы, как рабочую версию, начали проверять, искать доказательства, но сейчас… В возможность назначить врага и перевести на него весь гнев вцепятся.

— И начнётся то, что мы с Мартеном видели в своих видениях, — выдохнул маркграф. — И получится, что вместо изменения будущего мы его своими руками и создали.

Крест кивнул.

— Именно так. Во всех мифах и преданиях так и происходит. Человек, услышавший пророчество, сам становится орудием его реализации. Возвращаясь к идее добровольца. Свободных людей у меня очень мало. А у Данко выбор: прятаться в норе или оказаться там, где его не ждут. И тебе, Эмиль, если ты не против, я бы поручил отправиться в Америку вместе с Данко и остальными, кого я смогу собрать.

— Мне? — удивился маркграф.

— После ментальной проверки, само собой, — подтвердил Крест. — Америка может оказаться ложным следом, и вы там ничего не найдёте. А может, получиться так, что… — разведчик неопределённо покрутил рукой в воздухе, подбирая слова. — Что без твоих специфических знаний и опыта никто другой не разберётся.

— А ещё ты хочешь отослать меня подальше, — с обречённостью выдохнул Эмиль.

На это заявление Крест отрицательно покачал головой.

— Нет, как раз такой цели я не ставлю. Ты был бы полезен здесь, но и без тебя я смогу справиться, как-нибудь выкрутиться. А послать на ту сторону шарика мне реально некого. Сам увидишь, когда я вам усиление покажу. Я ещё очень рад, что вон Данко вызвался. Парень хоть и не опытный, зато толковый и сообразительный.

Названный парень расплылся в довольной улыбке, а Крест продолжил:

— Если считаешь, что я не прав — так и скажи. Есть идеи получше — озвучивай, выслушаю.

С минуту мужчины смотрели друг другу в глаза, но Шолль сдался.

— Ладно, ты прав. Мы можем найти там всё что угодно. От скрывавшей своё существование страны инков, или ацтеков, или кто там живёт? До Секретной военно-промышленной базы, построенной теми же Романовыми.

Данко поднялся и начал собирать со стола, а Крест спросил:

— По допросу что-нибудь от себя добавишь?

Ответил Эмиль не сразу, будто что-то решая.

— Кое-что добавлю. Не для отчёта. Траунштайн не смог ответить мне на один вопрос. Не потому, что не хотел. О, он ещё как хотел. Не смог.

Даже Данко остановился, вопросительно глядя на Шолля.

— На вопрос: как и когда тебя завербовали. У Конрада не нашлось ответа на этот вопрос. Он, сколько себя помнил, выполнял приказы от связного.

Крест нахмурился.

— Но… Ерунда какая-то. Если подложные воспоминания о будущем я могу понять, то изменить настоящие воспоминания — трюк, пусть возможный, но это ломает психику.

— Траунштайн уже лет пять выступал координатором сети, однако сама сеть. Она держалась на Гамаюне и способности демона находить нужных людей без непосредственной оперативной работы.

— А зачем вообще нужна разведка, если есть… ну, Гамаюн? — задал Данко очевидный, на его взгляд, вопрос.

— Чтобы не только знать, но и оказывать влияние, — ответил Крест. — Точечно. Например, чтобы секретная и жутко важная база с чудовищным оружием оказалась, внезапно, в легкодоступном месте.