Направо от Юпитера (СИ) - Курилкин Матвей Геннадьевич

Проснувшись, долго не мог понять, где он и что вообще происходит. Потом вспомнил, конечно. Первым делом проверил ногу. Пена на бедре изрядно уменьшилась в количестве, но всё ещё покрывала рану плотной коркой. Посмотреть, что там внутри, не получалось, но на ощупь ничего страшного уже не было. Даже почти не больно. Потом вспомнил про браслет, узнал, сколько времени прошло. Ещё написал Ивану, приготовившись к долгому ожиданию ответа — судя по времени, сейчас была ночная смена, так что Иван должен был спать. Но тот ответил, только не через браслет, а лично заявился в палату. И не один, а с едой:

— Наконец-то ты пришёл в себя! — Радостно приветствовал больного напарник, светя на всю палату покрасневшими от недосыпа глазами. — А я несколько раз заходил, хотел покормить, но ты не просыпался. Я решил не будить!

— Ага, — покивал Макс. — А сам ты решил вообще больше не спать, чтобы компенсировать атлантам моё отсутствие?

— Что? А, нет! Представляешь, я нашёл какой-то бодрящий напиток на складе. Ну, помнишь, мы находили зёрна, которые совсем невкусными оказались? Я подумал — а вот кофе же тоже невкусный, если его жевать! — Иван говорил быстро, и постоянно перескакивал с одной темы на другую. Как человек, у которого сильнейший недосып и передозировка кофеином одновременно. — Я однажды купил настоящий, молотый, из настоящих зёрен сделанный. Когда ещё в библиотеке работал. Половину зарплаты отдал! И вот я его попробовал жевать, а он оказался вообще неприятный, представляешь⁈ И я подумал, а вдруг это тоже какой-нибудь напиток? Тем более, у них там есть что-то вроде кухонного автомата, а они им совсем не пользуются. В одной из кафешек. И вот я прочитал название напитка, а он совпал с названием зёрен на упаковке. И это действительно оказался настоящий бодрящий напиток! Спать вообще совсем не нужно! Я столько всего сделал!

Макс даже слово вставить не мог, так быстро тараторил Иван. Если честно, в таком состоянии напарник его слегка пугал. Нет, Макс не думал, что он причинит кому-то вред, а вот то, что он может окончательно рехнуться — это было очень даже возможно.

— Представляешь, её в тюрьму посадили! — Нейроумок вдруг понизил голос до шёпота. — Помнишь, мы находили? Там ещё камеры с решётками и силовым полем. Вот её туда и отвели!

— Кого её? Тупо переспросил Макс. Слишком резкая перемена темы, это во-первых, а во-вторых — он уже и думать забыл о беглом пилоте корвета.

— Ну, ту предательницу же! Ты видел, какая она красивая⁈ — Мечтательно закатил глаза Иван. — Я таких красивых никогда не видел! Только один раз, в зоопарке. Это пантера была. Очень похоже!

— Так, дружище, — Иван наклонился, чтобы напарнику лучше было слышно, и Макс этим воспользовался — обхватил ладонью лицо, заставляя замолчать. — Это очень хорошо, что ты нашёл девчонку. Просто чудесно. Но давай ты всё-таки перестанешь перебарщивать с бодрящими напитками. Между прочим, выглядит так, будто это не кофеин, а что-то более жёсткое. Я бы на твоём месте не злоупотреблял. А теперь вот присядь, выдохни, — он махнул рукой на соседнюю кушетку. — И знаешь, лучше даже приляг. Ты хоть раз ел за эти сутки? От тебя половина осталась! Это я должен выглядеть больным, а не ты!

— Думаешь, это наркотик? — Перепугался нейроумок. — Я больше не буду его пить! А почему это хорошо, что я нашёл ту красавицу? Тебе она тоже понравилась, да? Вот бы ещё раз на неё посмотреть!

— Ага, именно так, понравилась, — кивнул Макс. — Обязательно посмотрим! А сейчас ляг, закрой глаза, и считай вслух до ста!

Иван послушался, но досчитал только до восьми, потому что на счёт девять он вырубился. Так что Максу пришлось лопать усиленный паёк в одиночестве. Впрочем, такую трапезу можно было и не делить с друзьями — она почти ничем не отличалась от привычной каши, разве что на вкус казалась более концентрированной и с какими-то добавками. Тоже невкусными — атланты, как будто бы специально старались сделать свою кашу отвратной на вкус! Или это изощрённое издевательство над дикарями?

Наутро Макс проснулся здоровым. Лечебная пена над раной окончательно рассосалась, а под ней оказалась кожа. Тоненькая, как у младенца и без волос, но именно кожа, а не рубцовая ткань. Выглядело это так, будто Макс вдруг решил выбрить себе на ноге причудливую загогулину, а потом смазал результат смягчающим кремом.

— Угу, констатировал Ермаков. — Ещё один секрет, за который наши продали бы душу. Любопытно, за что из того списка, который у меня уже накопился, продавал нейроумков «Росперраз»?

Ему пока никаких заданий не приходило, а вот у Ивана браслет яростно мигал, сигнализируя о срочном вызове. Но напарник упорно не просыпался — видно, в самом деле изрядно вымотался после атлантского кофе.

— Ладно, чего лежать-то… пусть дрыхнет. Надо ещё попробовать, что это за волшебный кофе такой, а то мало ли. Вдруг правда, дрянь какая-нибудь? Только напарника — наркомана мне ещё не хватало!

Макс отключил уведомление у нейроумка, а сам отправился по адресу, куда следовало срочно прибыть. Тем более, это опять был ангар.

«Да неужто у них опять кто-то сбежал? Что за поветрие такое?» — Недоумевал Ермаков.

Но это было не поветрие, и никто больше пока не сбегал.

Когда он зашёл в ангар, облачившись в новую спецовку на одном из складов по дороге, там уже собрались аж два десятка нейроумков, причём как мелких, так и старожилов во главе с Алексеем. Вид у последнего был серьёзный до невозможности, как будто судьбы мира решает.

— Максим, ты почему здесь? — Удивился куратор. — На тебя разнарядка не поступала, а вот Иван отчего-то задерживается.

— Иван того, на лечении, — отмахнулся Макс. — Я за него. Что у нас опять случилось?

— Авария, как всегда, — тяжко вздохнул Алексей. — Только на этот раз повреждены корни.

Про корни Макс уже знал — это атланты так называли те живые шланги, которые тянули из глубин Юпитера всякое полезное для станции. В основном — жидкий водород и гелий, но наиболее длинные из них уходят в самые глубины Юпитера. Туда, где под огромным давлением жидкий водород превращается в металл. Он там тоже не в слитках, понятное дело, плавает, а в виде жидкости, просто свойства у неё отличаются. Атлантам он тоже нужен, поэтому добывают. Правда, в небольших количествах.

Нынешняя авария случилась не в самых глубоких областях, а ближе к верхним слоям атмосферы Юпитера. Ровно та же поломка, с которой и началось знакомство Макса со станцией — треснул шланг. Ну, или корень, если пользоваться терминологией атлантов.

— Если мы не поторопимся, корень может вообще оторваться, — Мрачно разъяснял Алексей. — И тогда весь смысл существования станции и завода встанет под вопрос. Ресурсов станции не хватит, чтобы отрастить новый корень, а значит, будет больше не из чего выращивать корабли для Великой Атлантиды. Мы не должны этого допустить! Нужно спасти корень любой ценой, или наши заказчики будут недовольны. А значит, будет недоволен господин глава корпорации. Поэтому соберитесь, друзья, и приготовьтесь к сложной и опасной работе!

Макса от подобных речей начало тошнить, и он уже пожалел, что вообще взялся подменять Ивана. Класть жизнь за благополучие атлантов не было никакого желания. Особенно бесило то, с каким пафосом рассуждал о Великой Атлантиде и «господине главе Российских перспективных технологий» Алексей.

«Жесть, не люблю, когда у кого-то глаза так фанатично горят. Обычно такие типы творят дичь в промышленных масштабах. Ох, как же зря я в эту хрень полез!»

Они уже погрузились в какую-то гражданскую машину. Довольно крупную по атлантским меркам — пожалуй, она была даже побольше земного «Краба». Но Алексей и не думал останавливаться, продолжая накачивать патриотическими речами подчинённых. Нейроумки, и «старики», и «мелкие», слушали с восторгом. Глаза прямо горели от энтузиазма и готовности положить жизнь за интересы родной корпорации.

— Алексей, может, к делу? — Не выдержал Макс. — Я вижу, у нас тут груз какой-то… Может, расскажешь, что мы собираемся делать и как?