Сразу вспомнились мои недавние мысли, и вернулось раздражение от непоследовательности поведения девушки. Я подхватил Катрин на руки и перенёс в кресло, чтобы не возникало соблазна осуществить все свои самые смелые мечты. Только вот её потемневший взгляд и губы, которые девушка словно нарочно облизала, глядя на меня, выбили из колеи. Потому я с шумом выдохнул и отошёл от Кейт подальше.
Желание снять с неё одежду и устроить первую брачную ночь, не дожидаясь похода в храм, стало невыносимым. Но я понимал, что ничего подобного не сделаю, и вновь начал злиться. И чтобы не натворить бед, я хрипло прошептал:
— Зачем ты пришла, Кейт, что хочешь рассказать в этот раз? О том, как я тебя раздражаю, или собралась отправиться на острова прямо сейчас?
В глазах Хазард полыхнуло раздражение похлеще, чем пылало в моём взгляде. Она тряхнула головой, будто отгоняя какие-то навязчивые мысли и поднялась на ноги. Затем бросила на меня обиженный взгляд и развернулась к двери, намереваясь уйти. Зря она это сделала, очень зря. Мой разум затопила даже не злость, ярость. Сколько можно надо мной издеваться?! Рывком нагнав девушку, я перекинул её через плечо и понёс в сторону кровати.
Катрин Хазард
Обед прошёл в тишине и очень напряжённой обстановке. За столом лишь иногда звучали дежурные фразы о погоде. Рейнод о чём-то размышлял и участия в разговоре не принимал. Амайя задумчиво смотрела на нас с парнем и на её лице открыто читалась жалость. В итоге я постаралась быстро утолить голод и сбежала в выделенную мне комнату. Как и обещала императрица, мне принесли книги, в которых рассказывалось о магах холода. Конечно, это были даже не книги — рукописи, написанные людьми, которые жили в разное время. Но менее интересными они от этого не стали.
Я настолько погрузилась в чтение, что не заметила, как за окном стемнело. Опомнилась лишь в тот момент, когда услышала пение ночной птицы. Это удивительное создание обитало только в Алирии. По пению этих птиц можно было с точностью до минуты определить время — они начинали петь ровно в полночь.
Закрыв последнюю рукопись, я погасила магический светлячок, поскольку он больше не был нужен, и подошла к окну. Протянула руку, чтобы отодвинуть тяжёлую штору, но замерла, погрузившись в раздумья. Мне было очень странно осознавать, что я являюсь потомком великих магов. Но ещё больше меня поразил смысл существования таких магов
— хранить порядок в мире и не дать людям утопить его в крови.
Правда, сейчас меня занимала другая полученная информация. Предпоследняя запись, сделанная ровным почерком, гласила: «Недавно я узнал невероятную новость. Возможно, на Весенних островах, которые принято именовать Закрытыми островами последние несколько сотен лет, проживают потомки магов холода. Такой вывод я сделал по слухам, в которых говорят о способности магов с островов управлять людьми. Ведь пробудить дар управления, довольно просто. Проблемы в основном возникают с магией холода. Конечно, это могут быть обычные слухи, потому я решил отправиться на острова и убедиться во всём сам».
А следом шла надпись, датированная двадцатилетней давностью.
«Слухи оказались правдивы, и теперь я знаю точно, что на Закрытых островах проживают маги холода. Поскольку они не вступали в контакт с внешним миром, Винсент де Ридол не смог их уничтожить. Правда, в летописях первых поселенцев сказано, что кто-то убивал детей, и угроза исходила с материка. Именно поэтому было принято решение закрыть острова от внешнего мира.
Я спросил, как им удалось пользоваться только даром управления и при этом ни разу не пробудить холод на протяжении стольких веков? Оказывается, после рождения, детей показывают некоему отшельнику Эймиру. Тот говорит, есть ли дар у человека, и благословляет новорожденных. На островах устраивают настоящий праздник раз в полгода, куда приходят все родители со своими детьми. За этим очень строго следят жрецы.
Эймир проводит магический ритуал и у всех детей с даром, постепенно пробуждается магия управления. Вот только сам процесс благословления, описанный опять же в летописях, не что иное, как блокировка дара. Это говорит о том, что Эймир является магом холода — одним из старшего поколения. Только они могут влиять на дар юных магов.
Я попробовал встретиться с этим отшельником и узнать, как он это делает и зачем.
Всё же, он закрывает только магию холода! Для такого воздействия, необходимо быть невероятной мощи магом. Но Эймир отказался встречаться с кем бы то ни было. Более того, он запретил открывать острова и путешествовать на материк.
Всё это очень странно, запутанно и непонятно. Но я обязательно постараюсь разобраться с этой проблемой. Ведь нельзя держать столько людей в заточении без права выбора. Эймир и его жрецы — а я сделал вывод, что все жрецы подчиняются отшельнику — лишают людей возможности овладеть своей магией. Мне остаётся только надеяться, что однажды всё переменится.
Но в любом случае, такое количество магов холода — хоть и необученных — означает, что не всё потерянно. Мы сможем возродить Ледяные чертоги и не позволим хаосу вновь прийти в этот мир».
Получается проблема не в людях, живущих на материке, а в нас — островитянах? Не зря мне показалась подозрительной та лёгкость, с которой я попала в объединённые королевства. Намного сложнее было убежать с островов. Я справилась только благодаря знаниям, которые мне предоставили, как будущей верховной жрице. Значит, все проживающие на островах, по сути, являются пленниками Эймира? Странно, я встречала его тогда в пещере. И мне он не показался каким-то ужасным злодеем. Скорее отшельник напоминал заботливого главу семейства.
От жуткой головной боли связанной со всеми этими мыслями, меня отвлёк шорох и звук проворачиваемой дверной ручки. Поскольку нервы уже были на пределе после всех событий, тело само стало в боевую стойку, а пальцы принялись выплетать нечто убойное. Дверь в комнату осторожно приоткрылась, и я увидела голову служанки. Та моргала, стараясь привыкнуть к темноте, и явно пыталась разглядеть меня в кровати. Только из освещения в комнате сейчас была лишь очень тонкая полоска лунного света, пробивающаяся из-за тяжёлых штор.
Подойдя к кровати, где лежало скомканное одеяло с подушками, девушка достала какой -то мешочек из кармана. Нервно оглянулась по сторонам и высыпала светлую пыль на одеяло и подушки. Затем также тихо убрала мешочек в карман и практически выбежала из комнаты. У меня отвисла челюсть. Сколько не пыталась, я не могла объяснить происходящее ничем, кроме как попыткой отравления.
Недолго думая, я аккуратно прошла к двери. Выглянула в коридор, освещаемый магическими шарами и, удостоверившись, что там никого нет, направилась к Рейноду. А куда ещё мне идти? Не к императрице же в гости среди ночи завалиться. Признаюсь, у меня уже подрагивали руки. Кто так старается меня достать, что умудрился добраться даже сюда? Ведь этот замок окружили такой мощной защитой! Здесь сотни охранников, офицеры службы безопасности и тайной полиции. Император Эринор сделал всё, чтобы защитить жену. И стоило появиться здесь мне, как оказалось, что вся эта защита ничто!
Подёргав ручку на двери, я поняла, что та заперта. Вот я ворона! Почему не заперла на замок дверь в своей спальне, когда отправилась читать? Привыкла, что мне ничего не угрожает. Я очень расстроилась и пропустила момент, когда дверь открылась. Меня в считанные секунды сгребли в охапку крепкие мужские руки и втащили в комнату. Стоя в объятиях Рейнода я пыталась унять бешеное сердцебиение. Древесный аромат, исходящий от парня, кружил голову похлеще любого вина.
Рейн был лишь в халате, наброшенном явно на голое тело, что только добавляло пикантности этой ситуации. Ещё влажные волосы парня свободно спадали на плечи — потрясающие мускулистые плечи, которые захотелось погладить, чем я и занялась. Я настолько увлеклась этим действием, что даже не сопротивлялась, когда де Шантайс поднял меня на руки и усадил в большое мягкое кресло. Опомнилась, когда Рейн шумно выдохнул, отстранился и отошёл в сторону.
