Получается очень внушительно — ему нужно только довести его «Хемилюминесцентную проекцию» до апекса, чтобы поднять кап характеристик до 20 единиц и он будет в шоколаде.
Но это уже не моя проблема — дальше он качается сам.
— Короче, собираем манатки и выкатываем отсюда, — сказал я, встав с лавки. — В Челябинске хорошо, но пора и честь знать…
*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 22 ноября 2027 года*
— Я не ожидал увидеть вас так рано! — произнёс довольный Проф.
Во дворе крепости необычайно много людей — челябинских переселенцев можно легко определить по взглядам, полным ахуя и сомнения.
Они ходят по двору туда-сюда, невольно поднимая взгляды к небесам, перекрытым частой паутиной из стальной проволоки.
Также они вздрагивают от раздающихся, время от времени, выстрелов — это Щека лежит в шезлонге на крыше отеля и постреливает по птицам из ружья. Он, таким образом, развлекается и здоровски увеличивает безопасность города, так как хищные птицы прилетают систематически, ведь у нас есть, что взять…
— Мы бы и раньше приехали, — сказал я недовольно. — Если бы не наехали на свинопотама, перебегавшего трассу. Машину в хлам, а свинопотам сдох, но дальше пришлось идти пешком, аж до самой Уфы…
— Свинопотам… — произнёс Проф и задумчиво погладил подбородок. — Большой был?
— Нет, подсвинок, — ответил я. — Если бы за рулём был я, мы бы избежали столкновения…
— Я же уже извинился! — воскликнул Муравей.
— Да я без осуждения, — сказал я на это. — Но время потеряли.
— Ладно, тогда идите отдыхать, а сегодня вечером в вашу честь будет торжественный ужин, — приказал Проф. — Ты, Студик, не просто помог Муравью развиться, но и радикально увеличил шансы Фронтира на устойчивое выживание! А такое у нас положено поощрять, поэтому будь готов переехать в трёхэтажный элитный дом, который официально становится твоей собственностью!
— Да нахуя? — нахмурившись, спросил я.
— Подвиги нужно поощрять, а ты совершил настоящий подвиг — ты спас всех этих людей, — ответил Проф, а затем посмотрел на Муравья. — Ты же переезжаешь в дом по соседству — двухэтажный, поменьше размеров, но у тебя всё ещё впереди.
— Спасибо, Профессор! — поблагодарил его обрадовавшийся Муравей. — Всегда мечтал о своём доме на земле!
— Мы ожидаем, что это будет далеко не последний ваш подвиг, — сказал Проф.
— А наш номер с Лапшой? — уточнил я.
Я вообще не горю желанием перебираться куда-то из «Хилтона» — тут всё рядом, а самое главное — все рядом.
— Остаётся за вами, — ответил Проф. — Это не замена жилья, а подарок от Фронтира.
— А, то есть, мне не обязательно жить там? — задал я ещё один вопрос.
— Нет, не обязательно, — сказал Проф. — Но желательно — все должны увидеть, что тебя вознаградили за успехи.
Значит, он хочет мотивировать наших КДшников к активности самым простым и доступным способом — материальным.
— Ладно, спасибо, — ответил я. — Я очень признателен.
— Ключи вручу вам на торжественном ужине, — сообщил Проф. — А пока — отдыхайте и приводите себя в порядок.
— Окей, до встречи, — сказал я и направился к отелю.
Нужно сдать снарягу в оружейку, а броню в мастерскую.
— Привет! — помахала мне с ресепшена какая-то девушка в отельной униформе.
— Привет, — ответил я ей.
Не знаю, кто это…
— Круто выступили у озера! — сказала она мне.
— Да, спасибо, — поблагодарил я её и пошёл к лифтам.
По дороге написал Лапше в личку. Но галочка о доставке не появилась — похоже, что она не в сети.
Пишу Профу.
«Где сейчас Лапша?» — спросил я.
«Она в рейде», — ответил он. — «Должна вернуться на следующей неделе или раньше, если наберёт достаточно трофеев».
«Понял», — написал я и убрал телефон в карман.
Вира, которую она должна выплатить за убийство Гадюки, огромна, поэтому Лапша практически постоянно в рейдах — охотится или собирает лут, а иногда и всё вместе.
— Даров, — приветствовал я оружейника. — Я стрелял только из СР-3М, а «Печенег» почти не юзал.
— Привет! — ответил мне Геннадий. — Всё почистим!
— Круто, — сказал я и передал своё оружие в окно.
— А по видеороликам даже не скажешь, что ты почти не стрелял, — сказал оружейник. — Очень классно получилось — всей семьёй смотрели…
— Серьёзно? — нахмурившись, спросил я.
— Да, мой отец твой фанат! — заверил меня Геннадий. — Мама говорит, что ей такое не нравится, но тоже смотрит.
— М-да… — изрёк я. — Ладно, где поставить подписи?
Оружейник передал мне электронный планшет.
— Ты не подумай, что мы долбанулись и обожаем насилие, — сказал он мне. — Просто, мы гордимся вами! И чувствуем себя в безопасности, зная, что вы делаете ради нас.
— А-а-а, окей, — кивнув, ответил я. — Тогда ладно. До встречи.
С этой стороны я на происходящее вообще никогда не смотрел.
Честно говоря, приятно, что нами гордятся — неожиданно было узнать такое.
Проф-то ладно, как и остальные КДшники — они ведь всё понимают, но у меня сложилось крепкое впечатление, что нормальные люди затаили на нас, за то, что мы едим, как не в себя, получаем всё самое лучшее и вообще, во время отдыха катаемся, как сыр в масле…
Видимо, серии роликов делают своё дело — кто-то смотрит, действительно, ради мясорубки, а кто-то ради того, чтобы, в очередной раз, удостовериться в том, что мы реально защищаем их от внешних угроз и погордиться нами.
Спускаюсь в мастерскую, где вижу, что работа идёт полным ходом, в ритме типичного понедельника: специалисты пилят на лазерных станках какие-то заготовки, собирают какое-то оружие, вручную снаряжают патроны, а также работают за кульманами, чертя какие-то схемы.
— Доброго утра! — приветствовал меня Игорь Седлецкий, старший мастер.
Фазан назначил его своим замом, поэтому пост ответственный — по сути, Игорь является вторым человеком во всём техническом секторе Фронтира.
Вообще, насколько я знаю, он прибыл из Саратова, но там он тоже был понаехавшим — до зоошизы он жил в Нижнем Новгороде, но эвакуировался на юг по военным каналам.
А уже потом, вместе с беженцами, сумел добраться до Волгограда.
Он был главным специалистом по электронике на Нижегородском машиностроительном заводе — участвовал в производстве и модернизации ракет к ЗРК С-300.
Фазан выхватил его к себе сразу же, как узнал о его существовании, поэтому теперь он его заместитель — тут, во Фронтире, Игорю пришлось заниматься всем.
— Даров, — приветствовал я его в ответ и окинул взглядом мастерскую. — Капец у вас тут суета…
— Это да, — согласился он. — Поздравляю с успешным завершением рейда.
— Спасибо, — поблагодарил я его.
— Каждое утро благодарю господа, что мне не достался интерфейс… — произнёс Игорь.
— Зачем ты мне это говоришь? — спросил я, нахмурившись.
— Да просто для себя проговариваю… — ответил он.
Это очевидно, что он бы не хотел для себя такого — ему тридцать пять лет или около того, может, ближе к сорока, у него жена и трое детей, поэтому жизнь КДшника ему вообще не в кассу.
— Чтоб ты понимал, ещё ничего не закончилось, — усмехнувшись, сказал я. — Кто знает, может, завтра пойдём качать уже тебя?
— Не дай бог! — воскликнул он и истово перекрестился.
— Ну, чего я пришёл-то? — задал я риторический вопрос. — Броню в деле не задействовал, но есть характерный износ в местах соприкосновения сегментов. Фазан обещал как-то, что вы решите эту проблему раз и навсегда.
— Да, решим, — заявил Игорь. — Следующий прототип оснащается специальными вкладышами из СВМП — ожидаем, что это продлит срок эксплуатации в разы.
— Будет охуенно, — покивав, произнёс я. — Тогда я разоблачаюсь…
Освобождаюсь от брони, которая успела стать для меня второй кожей, и складываю её на свободном верстаке.
