Лейтенант с дознавателем одновременно резко и с силой потянули трос. Повторно земля сомкнулась уже за спиной спасенного геолога. Тот так и остался лежать, тяжело дыша, а парни, не рискуя вставать, волоком подтянули его к себе. Установка отключилась. Над площадкой стояла напряженная тишина, прерываемая лишь бормотанием Юджина и стуком зубов Марлен.
— Надо связаться с экспедицией и вызвать аэрокары, — снова первым подал голос Питер.
— Мы не можем бросить установку! — возмутился отдышавшийся геолог. — Она же стоит у нас на балансе!
— В чрезвычайной ситуации по инструкции общегалактической инспекции первым приоритетом спасения являются люди. Если не согласны с моими решениями, подайте жалобу после возвращения в лагерь. Что там со связью? — обратился он уже к дознавателю.
— Связи нет, — неохотно подал голос последний.
— То есть как нет?! А когда мы прибыли, была?
— Сначала была, хотя и нестабильная. Мы далеко отъехали даже от ретранслятора, не говоря уже про лагерь. А сейчас вон еще ветер поднимается. Возможно, какие-то волнения магнитного фона…
— Раньше нельзя было сказать? — сквозь зубы свирепо прошипел Вальц.
— Зачем? — оскалился в ответ дознаватель. — Сделали бы работу да уехали. Кто же знал, что эти ушлепки, — и он кивнул в сторону геологов, — напортачат с расчетами и вызовут землетрясение.
— Затем, что в инструкциях есть смысл, даже если вы его не понимаете. Их не дебилы пишут.
— Ребята, успокойтесь! Ваша драка проблемы не решит, — выпалила Селена, выскакивая прямо между парнями.
Оба посмотрели на нее, как на ненормальную, но отступили.
— За нами в любом случае отправят аэрокары, когда хватятся, — робко высказался геолог.
— Да, но есть проблема, — ответил лейтенант. — Силовое поле опустится строго с последним лучом солнца. К этому времени все аэрокары должны вернуться на «Козетту». Оттуда сюда и обратно лететь часа два. Значит, — и он посмотрел на комм, — если нас не хватятся в ближайшие пять часов, то ночевать придется здесь.
Вот тут Селене впервые за сегодняшнее утро стало реально страшно.
— А как часто мы должны в принципе выходить на связь? — уточнила она, стараясь, чтобы ее голос звучал скорее деловито, чем напуганно.
— По мере нашей необходимости, — недовольно сообщил дознаватель, уже понимая, куда девушка клонит.
— Значит, о нас не вспомнят до момента включения щита, — подытожил лейтенант. — Предлагаю готовиться к худшему.
— Может, заночуем в вездеходе? — подал голос геолог.
— Рискуя провалиться в преисподнюю? — хмыкнул Вальц, затем обернулся и пошел к геологу.
— Юджин! — снова позвал его лейтенант, щелкая пальцами перед носом. Ноль реакции. Вальц достал из бокового кармана на левой голени кожаный пенал, в котором оказалось шесть полных шприц-ручек разного цвета. Отстегнул желтую.
— Кстати, такой набор есть у каждого из вас, — невозмутимо произнес он, делая геологу укол в шею.
— А почему мы об этом узнаем только сейчас?! — возмутилась окончательно ожившая Марлен.
— Потому что, пока группа не разделяется, это информация не относится к обязательной. Вам же эту «муру» слушать неинтересно…
«Ничего себе слух», — изумилась Селена. Ей-то казалось, что они с Марлен ушли уже на тот момент достаточно далеко.
— Что ты ему вколол? — запоздало обеспокоился о напарнике второй геолог.
— У него нервный шок — успокоительное, естественно. Только в маленькой дозе, чтобы не заснул. В случае чего не хотелось бы занимать руки и тащить его на себе. Ренат, сядьте и безостановочно пытайтесь выйти на связь с лагерем.
Дознаватель послушался, видимо, в итоге признавая в лейтенанте главного.
— Марлен и Селена, идемте, вы более легкие, я вас подстрахую. Нужно забраться в вездеход и вытащить из него все вещмешки и кислородные баллоны.
Селена посмотрела на лейтенанта с искренним уважением — забавно, как этот парнишка с детским лицом всего за несколько минут превратился из простого охранника-сопровожденца в единственного не растерявшегося и знающего, что делать, человека в группе.
* * *
Серебряный Ручей вполне можно было бы назвать городом-крепостью, вот только крепостных стен у него не было. Расположенный на гигантском горном уступе город был с одной стороны практически впечатан в скалу. Две другие надежно защищал от вторжения многометровый обрыв. Единственно возможный вход в город — по дороге из леса — преграждала ледяная бурлящая река, берущая начало в высокогорном водопаде. Сквозь изумительную прозрачность воды на дне реки были отчетливо видны острые камни. Перекинутый через преграду ажурный мост при любой опасности мог быть тут же разведен. Явно, решившим брать городок штурмом пришлось бы несладко.
Всю эту оборону легко можно было обойти с воздуха, но у Шустера складывалось впечатление, что никаких летательных аппаратов, как и положено в Средневековье, тут нет. Хотя для чего же тогда этот громадный подземный гараж, «пожравший» его транспортник?
Архитектура в Серебряном Ручье смогла изумить своей красотой и изяществом даже равнодушного к бессмысленным изыскам Шустера. Здания, улицы, скверики, казалось, сошли с картинок из детской книги сказок. У Алекса была такая в детстве, старинная, бумажная, перешедшая по наследству. Когда-то он с замиранием сердца перелистывал ее страницы, представляя себя живущим на них принцем. С возрастом и опытом он четко осознал несоединимый разрыв между фантазией и реальностью и понял, что единственный шанс стать «принцем» и получить власть, положение в обществе и богатства — силой и хитростью вырвать их из зубов тех, кто успел захапать всё это раньше.
Команду транспортника привели в стоящий чуть на отшибе одноэтажный дом. На нем, как и на прочих городских зданиях, была лепнина и тонкая художественная роспись. Однако ажурные кованые решетки на окнах говорили о том, что сооружение отнюдь не гостиница.
— Что все это значит? — надменным голосом произнес Эванеску.
Мечник холодно пожал плечами.
— Это всего лишь зал ожидания. Нам, как и прочим расам, свойственно проявлять бдительность в приеме незваных гостей.
— Но я не гость! Я князь соседней провинции!
— Поэтому вас и привели не в тюрьму, а всего лишь в охраняемые апартаменты. Дождитесь визита светлейшего князя Серебряного Ручья. Он подтвердит вашу личность, и все ваши права будут тут же восстановлены, — и эльф покинул комнату, заперев дверь на замок.
Первое, что Эванеску сделал после этого, развернулся и с размаха ударил японца кулаком в лицо. Тот слегка отлетел, сплюнул кровь на искрящийся чистотой мраморный пол, но промолчал. Правильно — знает, за что получил. Их вообще чудом всей командой там же у корабля не положили. Нет, конечно, трое на трое — шанс определенно был, но с учетом непонятных воздушных пассов — это вряд ли.
— Тут есть магия? — пробасил Брог, наконец решившись спросить то, что, видимо, беспокоило его всю дорогу от места посадки.
Эванеску посмотрел на своего механика, как на полного придурка.
— Какая магия?! Ты вроде в отличие от Ито головой о планету еще не ударялся?
— Ну а как же они вот это всё, — и Брог коряво помахал в воздухе руками.
— А ты знаешь, как работает межпланетка?
Механик покачал головой.
— По твоей логике и она — магия?
Да, для Брога это почти так и было, но озвучивать вслух такую явную чушь он не стал.
— Теперь сидим и тихо ждем встречу с моим дядюшкой. И никакой самодеятельности. Говорю прыгать — прыгаете, скажу танцевать — танцуете, оба усекли? — и Мараик поочередно посмотрел на сокомандников. Те нехотя кивнули.
В это время в замке снова повернулся ключ. Все три пленника разом обернулись к двери. На пороге стояли молодой эльф с волосами странного пепельного цвета и уже знакомая охрана. По одежде юноши сразу было видно его высокое положение. Белый камзол был вышит серебряной нитью, а рукояти крепящихся к поясу кинжалов инкрустированы драгоценными камнями. И явно под низ надета такая же рубашка, как и у других эльфов, со странным креплением рукава и вставленными в белую ткань синими камнями. Дядя так молодо выглядеть никак не мог. Может, брат? Эльф широко и искренне улыбнулся.
