Настолько, что четыре года назад отец решил: пришло время снова переезжать, на этот раз в Сингапур. И это было еще одно чудесное решение. Огромный город, в котором собрались самые лучшие свободные люди Азии. Тао успел поработать на Боут-Ки, следя за тем, как семейные лодки-бомботы перегружали очередную добычу на склады ханьских купцов. Там же он научился прикладной математике, потому что ушлые ханьцы никогда не упускали шанса обсчитать пришлого хакку.
Всего через год отец доверил Тао место уже в Танджонг Пагар — районе верфей и доков, где работали уже не с мелочью вроде тканей или продуктов. Нет, здесь грузили настоящие товары: сталь, дерево и оружие. Тао все так же следил, чтобы семью никто не мог обмануть, и тихонько мечтал, что однажды его переведут еще дальше. Его старший брат стал одним из пиратских капитанов, а сам Тао хотел пойти другим путем.
Его целью был Чайнатаун, где, он верил, однажды среди ломбардов, игорных притонов и борделей появится и его собственная торговая лавка. Но не сложилось. Брат не выполнил какое-то задание триад, и его зарезали во сне. Семья горевала недолго, потому что дело не могло простаивать, и Линь Тао пришлось примерить на себя чужую судьбу. Забыть про торговлю и выйти в море.
Корабль брата назывался «Селатанский ветер», от слова «селатан» — юг, но добыча была только на севере, и новая судьба Тао сразу не задалась. Сначала команда бригантины, которая исполняла его приказы, но постоянно сравнивала с братом. И совсем не в пользу Тао. Потом он попробовал сделать рейс в сторону Филиппин, но после того, как острова взяли американцы, там стало совсем нечего делать. Не в том смысле, что безопасно — наоборот, там грабили корабли чаще, чем где-либо в Азии — а в том, что там все было только для своих.
Пришлось искать добычу еще дальше от дома. Вот только и в Шанхае, куда решил отправиться Тао, им снова не повезло. Команда начала роптать. Идея взять тут какой-то товар, который можно выгодно продать дома и хоть так окупить дорогу, не нашла понимания. И в этот самый момент Тао вспомнил про войну. Слухи о том, что гордые японцы проиграли русским, гуляли по всей Азии, но в то же время еще никто не решился пощипать их худые бока.
Линь Тао решил, что он будет первым, и впервые за весь поход удача решила выглянуть из-за туч. Правда, по-своему… Сначала они попали в шторм, который закинул их далеко на восток, но потом в утреннем тумане они заметили глубоко загруженный торговец. И пусть там будет хоть самый дешевый рис по доллару за 100 килограммов или хлопок-сырец по 2 доллара, если продавать у себя, и по 5, если доплыть до Индии — в любом случае это будет хорошая добыча.
Японец до последнего не замечал подкрадывающуюся к нему бригантину и только в последний момент попытался что-то сделать, повернув против ветра, но… Команда брата знала свое дело: они быстро догнали пузатый корабль, скрежещущий десятками странных механизмов. Вот из тумана вынырнули борта, палуба, прикрытая сверху чем-то вроде козырька… Линь Тао не особо вглядывался: это все-таки не его дело.
Он нашел добычу, а уж с тем, чтобы взять ее и подавить любое сопротивление, команда брата уж точно справится. Две сотни самых лучших головорезов во всей Азии — что могло их остановить? Тао даже успел поблагодарить Бисю Юаньцзюнь, богиню горы Тайшань, которая не раз приносила ему удачу.
— Сдавайтесь, и вы сохраните свои… — в последний момент Тао подумал, что пленных можно будет продать в том же Шанхае, даже плавать далеко не придется. И он решил еще немного подзаработать, но договорить свое крайне выгодное предложение уже не успел.
За мгновение до того, как команда «Селатанского ветра» бросилась на чужой корабль, с мачты долетел тревожный крик сидящих там матросов. А потом за высоким бортом из толстых, явно недешевых досок поднялся целый ряд самых настоящих солдат. Тао показалось, что они выросли перед ними, словно воины древности, но на самом деле чужаки в мундирах показались лишь на короткое мгновение, разрядив винтовки в первую волну пиратов. А вот потом в их растерянные ряды ворвались уже в полный рост странные люди в стальных панцирях, шлемах и с белыми, словно они только что поднялись из могил, лицами.
— Русские! Это русские штурмовики! — закричал кто-то, и в одно мгновение и так куцые попытки сопротивления исчезли без следа.
Сражение закончилось, даже толком и не начавшись. Часть пиратов перебили, часть связали, а самого Тао, когда кто-то указал на него как на капитана, повели к командиру этого странного то ли японского, то ли русского корабля. В это же время солнце поднялось достаточно высоко, туман начал расползаться в стороны, и молодой китаец увидел, как всего в паре сотен метров от них водят хищными носами канонерка и два миноносца. Похоже, у них не то что не было шансов — с ними играли.
Тао вскинул голову, попытавшись сохранить остатки гордости, и увидел, что перед ним стоит почти такой же молодой, как и он, русский офицер. Только бледный, и взгляд еще такой скучающий: неудивительно, что некоторые называют этот северный народ слугами смерти. Такому отправить душу к старухе Мэн По — что плюнуть.
— Зачем вы захватили нас? Почему не расстреляли издалека? — Линь Тао задал этот вопрос, только чтобы побороть накрывающую его дрожь.
— Туман, — пожал плечами русский. — Вы были слишком близко к нам, так что в такой погоде не хотелось рисковать. Тем более вы шли под синим Юнион Джеком с тремя коронами — значит, не местные. А чужакам пройти сквозь патрули Голландии, Англии и Штатов с артиллерией на борту — почти нереально.
— То есть вы ждали, пока уйдет туман, чтобы нас расстрелять?
— Но вы успели под наши пули раньше. Везучие, — русский улыбнулся. — И теперь у меня к вам один вопрос. Назовите хоть одну причину, почему мне не повесить вас всех на месте?
Линь Тао бросило в пот. Он был готов умереть от рук патрульных сикхов, которых англичане навезли из Индии. Он был готов проститься с жизнью от удавки триад или от честной пули во время хорошей драки. Последнее было не совсем по душе Тао, но он понимал судьбу своей семьи и давно с ней смирился. Но вот так отдать душу белому дьяволу просто за то, что ты идиот и не смог ничего придумать… Это было ужасно обидно.
— Вы плывете на восток, у вас на корабле несколько сотен солдат… — начал Тао. — С той стороны океана единственное место, ради которого имеет смысл вкладывать столько сил — это Северо-Американские Штаты.
— Вкладывать столько сил, чтобы что? — уточнил русский.
— Очевидно же, — вспыхнул Тао. — Вы хотите подмять под себя теневой рынок западного побережья. Скорее всего, Сан-Франциско как перевалочная база. И, конечно, золото и нефть Лос-Анджелеса. На них многие облизывались, но раньше никому не хватало храбрости залезать так глубоко в пещеру тигра.
Русский хмыкнул — кажется, он не совсем угадал. Но ему давали право продолжить.
— Так или иначе, — Тао опустил голову, но продолжал упрямо смотреть на русского уже исподлобья, — вам придется столкнуться с местной преступностью. Заключите вы с ними союз или решите уничтожить, неважно.
— И? — в голосе русского мелькнул интерес.
— Я знаю пару человек из триад Сан-Франциско, — решился Линь Тао. — Оставьте жизнь мне и моей команде, и я помогу вам на них выйти.
— Зачем тебе команда? — впервые с начала разговора русский словно по-новому посмотрел на Тао.
— Команда — это часть семьи. С ними я Линь Тао, а без — просто еще один хакку.
Русский долго молчал, а потом неожиданно протянул руку и представился. Алексей Алексеевич Огинский — странное, слишком длинное имя, но он был готов дать Тао жизнь и работу. А это всегда хорошая сделка.
* * *
Казуэ оценила, как разведчик Макарова завербовал пирата. Вроде бы случайно, но, учитывая, что в процессе его помощник успел допросить пару других китайцев и подать поручику какие-то знаки, очевидно, он знал, что делать. Хотя стоило признать, что иногда Макарову и его людям просто везет. Ну, какие были шансы, что им посреди океана попадется в плен готовый сотрудничать пират-контрабандист с выходом на американские триады?
