— Появление Злых Духов и прочих сущностей не остановить, — сказал я, когда все пили чай. — Возможно, появятся домовые, барабашки, приведения…
— Русалки, — заулыбался Ли.
— Да. Только те, которые заманивают людей в воду и жрут, — хмыкнул я в ответ. — А не которые икру метают, песенки поют и носят лифчики из ракушек.
— Звучит тоже неплохо. Они всяко будут красивы, чтобы заманить путника.
— И стручок с радостью откусят, — подметила Инди, а Ли поморщился. — Тебе же столько сотен лет, неужели ты ещё не насытился женщинами? — ворчала она.
— Я не Иван и немалую часть своей жизни провёл в сражениях и пути к силе. К тому же мне нравятся эльфийки и лоли… Первые те ещё расистки и недотроги. А вторые — обычно какая-нибудь волшебная хренотень, которая и правда откусит стручок…
— Иван? — спросила Инди, и я заулыбался, поняв, о чём она, и указала на Ли пальцем.
— Не менее пары сотен. А именно: бордели, целительницы в госпиталях, деревенские женщины, где армия останавливалась на ночлег, трактирные девки и даже полурослицы.
— Одна! Всего одна полурослица была! И я пожалел об этом, ибо был сильно пьян. Рассчитывал на изящную красоту, а получил короткие ноги, обвисшую грудь, целлюлит и перегар.
— А… а откуда ты это знаешь? — Ингвар захлопал глазами, смотря на меня.
— Перед тобой величайший сталкер-вуайерист в истории вселенной, — заявил Ли и заржал как конь. Скотина…
— В смысле?.. — парень тут же покрылся краской. — Значит, ты и за мной?.. Боже…
— Нет, за тобой я почти не наблюдал. Магия смерти мешала насекомым.
— Вот как… — он облегчённо вздохнул и отпил чая.
— Но про Каллас я знаю.
Ингвар прямо на Ли выплюнул чай. А тот магией не может пользоваться. Пришлось дать полотенце, чтобы обтереться.
— Прости… — извинялся парень, а этот коварно заулыбался.
— Красивая хоть была?
— Сделал бы иллюзию, но не в силах. А так, да, тебе бы понравилась. Изящная фигура, бледная кожа и острые ушки. Из алых губ выглядывают острые клыки, личико округлое, милое и…
— Она была самой красивой на свете… — пробормотал Ингвар.
— Давайте не будем о прошлом? — попросила Инди.
— Соглашусь, — кивнул ей. — Прости, что напомнил. Это всё Ли виноват.
— Эй!!! — возмутился китаец, а я поднялся.
— Ингвар ты спи с Ли, а я займу комнату Виктории. Все усиленно отдыхаем, ведь завтра у нас будет «тяжёлое утро». Я бы даже сказал «болезненное»…
Вздыхая, побрёл в башню Виктории. На третьем этаже у неё была спальня, и тут всё простенько. Минимализм как он есть. Так что я просто лёг спать в односпальную кровать и тут же уснул.
* * *
Дом Ласточкиных.
Некоторое время назад.
— Бедненькая. Прихворала…
Ольга наглаживала свою крысу, которой вдруг стало плохо, и она потеряла сознание. Сейчас розовая крыса лежала на подушке на стуле рядом с кроватью.
Девушка лежала в постели и гладила своего питомца.
— Ай! Током ударило… статика… — Ольга одёрнула руку, а крыса дёрнула лапкой. — Поправляйся, милая. А завтра я тебя брату отвезу…
Лариса дёрнула ухом и продолжила спать. После получения убойного количества маны её едва не убило! Но крыса справилась. Всё же крысы очень живучие.
Ночь была тихой, и вдруг уши крысы дёрнулись. Но лишь на миг. По полу же что-то топало, и раздался вскрик, а Лариса, сорвавшаяся с места, придавила к полу коричневый шарик из шерсти с двумя большими глазами.
— Не ешь меня! — вскрикнул тот, а Лариса держала его своими лапами, которые слегка искрились электричеством.
— Кто ты⁈
— Я здесь уже давно живу… Обычно ты не замечала меня… — монстрик хлопал глазками, а крыса выглядела удивлённой. — И я ведь нематериальный… Почему ты можешь меня держать?..
— И правда… — задумалась крыса и вдруг оскалила пасть, пугая монстрика. — Ты причиняешь вред людям⁈ Или дому⁈ Ты мне враг⁈
— Нет!!! — разревелся он от страха. — Этот дом — весь мой мир, а люди — это моя семья. Если они покинут дом, я умру!
— Хорошо, если так. Иначе… — Лариса клацнула челюстями прямо перед глазами шарика.
— Не вру я. Честно! Не ешь меня! — взмолился шарик и замахал руками и ногами.
— Хозяин решит твою судьбу. А пока расска…
— Ларис, чего распищалась… — проворчала спящая девочка и, схватив крысу, стоявшую у кровати, обняла и уснула.
* * *
Ферма.
Утро.
Проснувшись, я поднялся на крышу башни, и хорошо здесь. Всё видно, всё красиво. Вон мексиканцы патрулируют территорию. Вот Серый летает. Он уже очухался и занимался надзором.
— Доброе утро, — раздался голосок Али, и прилетела фея, держа в руках кружку чая.
— Спасибо. Сама сделала?
— Не. Любава уже проснулась и завтрак готовит. Я пока наблюдаю и учусь, — улыбнулась аловолосая.
— Уровень маны вырос. Сильно изменились растения?
— Я действовала из расчёта «пользы саду». Так что направила ману и питательные вещества на рост манопроизводящих растений.
— Ты — умница.
— Правда? — заулыбалась та, обнажая острые зубы и подлетела к моему лицу.
— Конечно. От тебя зависит судьба всего мира, и справляешься ты отлично. Весь сад соединила в Кластер, что само по себе огромный подвиг. Расширила барьер, ну и задала жару той змеюге.
— Ну, я там почти ничего не сделала, но мне приятна похвала, — она подлетела и поцеловала меня в кончик носа. — Полечу обед готовить!
Фея выглядела счастливой и поспешила на кухню. Я же улыбался. Повезло мне, что она родилась не кровожадным чудовищем, как многие алые феи. А может, и родилась, но нам удалось её перевоспитать…
Во всяком случае, Аля — это настоящий «чит-код». То, на что я бы тратил половину дня, она делает силой мысли. Конечно, не всё идеально, но Аля ещё только учится.
А вот если она дорастёт до королевы фей и обретёт телесность, тогда станет тяжело. Ей для жизни понадобится уйма маны…
Впрочем, если она станет королевой, маны уже будет столько, что плевать. Тут, скорее всего, уже драконы в небесах начнут летать…
Допив чай, спустился вниз и направился в душ, где по традиции застал Валькирию. Кожа девушки была бледной, вены уже не такие чёрные, но всё же смотрятся некрасиво. Хотя я и сам такой. Мы тут словно упыри…
— Ой! — воскликнул Ингвар, и мы обернулись. Вика же кивнула, мол, «Что такое?». — П-п-п-простите! Не знал, что здесь занято!
Он раскраснелся и убежал, а мы с Викой переглянулись. Та взглядом спросила: «Что с ним?».
— В этом мире он, вероятно, ещё девственник. Да и в том, вероятно, с девушками у него не всегда ладилось.
— Скорми Амерте, — выдала та.
— Она же убьёт в нём мужчину, — я покачал головой.
— Ты прав. Тогда пусть страдает.
— Да, пусть страдает, — улыбнулся ей и продолжил мыться. Вскоре Вика ушла, и пришли Инди с Аквой и Амертой. Последняя выглядела как негритянка. Всё ещё чёрная. Но оттенок уже куда бледнее.
— Я уже почти всё.
Начав обтираться полотенцем, отошёл и окинул девчат внимательным взглядом. На них были халаты, но лишь Инди скинула его и, повесив на крючок, зашла под воду. Аква стеснялась, а Амерта была не в состоянии шевелиться.
— В баню пока не стоит идти, — сказал я этой «зомби». — Боюсь, тёмная мана может навредить всей системе. Лучше в Плачущем храме помедитировать.
— Поняла… — тихо ответила мексиканка.
— Ну и пиво можешь пить.
— Много? — приподняла она взгляд.
— Много.
— Изнасиловала бы тебя от счастья, но впервые в жизни мне не хочется секса… Жизнь — боль…
Оставив страдающих женщин, поспешил на завтрак. А там уже и Игнат сидел. Выглядел он неважно. Весь перевязанный и бледно-чёрный.
— Думаю, надо отменить сегодняшнее кунг-фу, — подумал я, ну и озвучил свои мысли.
— Да. Сегодня без тренировок, — согласился Ли.
Найдя телефон, обзвонил народ. Также сегодня не будет лечения Косточкина. Да и вообще мы закрыты. Думал я, но не успели мы поесть, как запищала рация. Мексиканцы сообщают о машине, подъехавшей к КПП.
