— Да, потери надо компенсировать, — легко согласился с этим предложением хозяин обоза. — Кирилл Ефимович, пусть из первых двух саней товар начинают перегружать, я сам пока КамАЗ проверю.
В сопровождении охранников и пары грузчиков он исчез в белой мути бесновавшейся вокруг нас вьюги. Я прикрыл лицо в тщетной попытке спрятаться от летевшего со всех сторон снега и уже собрался возвращаться к саням, когда заметил пробиравшихся ко мне Напалма и Марину.
— Что происходит? — перекрикивая гул ветра, спросил пиромант.
— Будут портал строить, — просветил я его. — Чего приперлись?
— Страшно, — созналась Марина, наблюдая за тем, как работники споро перетаскивают груз из саней с застреленными лошадьми. — Бедные коняшки…
На убитых людей она, как ни странно, никакого внимания не обратила. Защитный выверт психики, не иначе.
Тем временем Иосифу сунули в руки его кофр, и первым делом колдун обыкновенной обугленной деревяшкой прочертил вокруг себя круг. И то ли палка была обыкновенной лишь на вид, то ли в ход пошло какое-то заклинание, но гимназист без проблем отсек от себя разгулявшуюся стихию, будто сверху его накрыл прозрачный стеклянный купол.
— Мне бы так, — с завистью вздохнула Марина.
А вот я поменяться местами с Иосифом хотел меньше всего. Уж лучше померзнуть, чем внутри подобной штуки оказаться. Она ведь не только снежинкам пролететь не дает, но и энергетические потоки отсекает. А значит, вскоре разница потенциалов магических полей внутри и снаружи достигнет такой величины, что у колдуна при нарушении охранного круга просто мозги из ушей потекут. И как он наружу выбираться планирует, просто не представляю.
— Помогайте! — притащив какую-то картонную коробку, с шумом выдохнул Михаил Григорьевич и кинул ее в сани. — Там макароны остались и гречка!
Работники бросились выполнять распоряжение хозяина, а им навстречу тащились нагруженные оружием охранники, основную добычу которых составили новенькие АКСУ и видавшие виды АКМ. Только один вернулся без оружия, прихватив в качестве трофея какой-то непрозрачный полиэтиленовый пакет размером с кирпич.
— Товарищ Крестовский! — подскочил он к начальнику охраны. — Вот, в тайнике во втором КамАЗе нашли!
— Вскрывай! — распорядился Константин.
Парень кинул пакет на лавку саней и, отрезав ножом угол, высыпал себе на ладонь полпригоршни синих кристаллов.
— Мать твою! — вырвалось у него. — Вот и съездил в Северореченск!
— Останешься с Иосифом в Песчаном, — приказал начальник охраны. — Беги за бензином, во второй машине наверняка канистры остались!
— Это что еще такое? — удивился я, когда парень умчался выполнять распоряжение.
— Сапфировый иней, похоже, — предположил Напалм.
— Наркота?
— Страшнейшая. Стоит очередную дозу пропустить — и ты труп. А его только в три дня лазурного солнца собирают, и к концу года денег он стоит просто нереальных.
— А почему мальчику теперь в Северореченск нельзя? — спросила спрятавшаяся за нами от ветра Марина.
— Там наркоторговцев без суда и следствия вешают. И даже если просто следы сапфирового инея на руках обнаружат, большие проблемы будут. — Безуспешно попытавшийся закурить пиромант убрал мятую сигарету обратно в пачку и выразительно глянул на меня. — Замучаешься доказывать, что не верблюд.
— Как страшно жить! — только и вздохнула девушка.
— Теперь понятно, почему тот выродок стрелять начал, — повернулся к Михаилу Григорьевичу напряженно о чем-то размышлявший начальник охраны. — Обдолбанный был.
— Да чего уж теперь! — махнул рукой торговец.
Тут вернувшийся с канистрой охранник щедро полил бензином окончательно распотрошенный пакет с наркотиком и после нескольких безуспешных попыток запалил его с помощью одноразовой зажигалки.
— Где портал ставить?! — перекрикивая гул ветра, вдруг заорал из своего "аквариума" колдун.
— Сразу за этими санями, мы их здесь оставим! — указал Михаил Григорьевич.
— Понятно.
Иосиф достал из кофра покрытый мельчайшей резьбой деревянный шар и подбросил его в воздух. Кругляш засветился мягким, теплым сиянием и завис над головой гимназиста, а тот принялся шустро делать руками замысловатые пассы. Воздух немедленно расчертили тончайшие голубые линии, постепенно со всех сторон охватившие замерший в воздухе шар, но колдун никак не успокаивался, и его пальцы продолжали порхать, словно у исполнявшего сложную музыкальную партию виртуоза.
— Чего это с ним? — удивилась Марина.
— Колдует, — пренебрежительно пожал плечами Напалм, который едва ли мог видеть заполнявшие пространство вокруг гимназиста энергетические штрихи.
А вот я просто поражался тонкости и продуманности творимой волшбы. И когда защитный купол треснул — но треснул не под натиском бури, а поддавшись давлению изнутри, — едва удержался, чтобы не зааплодировать.
Подобно крыльям выбравшейся из кокона бабочки, сотворенное Иосифом заклинание в мгновение ока увеличило свою площадь в разы и начало стремительно поглощать текущую с юго-востока энергию — сейчас надвигавшийся на нас катаклизм и в самом деле сыграл колдуну на руку.
— Что за ерунда? — опешил пиромант, почувствовав, как пошло на убыль магическое излучение.
— Ты о чем? — удивилась Марина.
— Да так, ни о чем, — пробормотал Напалм, во все глаза уставившись на висевший над головой Иосифа шар, который понемногу начал наливаться не различимым для взгляда простого человека сиянием.
Вся вытягиваемая заклинанием энергия концентрировалась в деревянном накопителе, и вскоре по его резным бокам заскользили едва заметные в снежной круговерти искорки.
Тем временем колдун, подталкиваемый в спину окончательно сорвавшимся с цепи ветром, подошел к указанному торговцем месту и четкими, точно выверенными движениями рук начал выстраивать основу портала. От деревянного шара к нему протянулась призрачная нить, и недостатка в свободной энергии гимназист не испытывал.
А ее требовалось целая прорва — времени на тонкую работу не оставалось, и Иосиф кромсал и выгибал пространство, стараясь успеть завершить работу прежде, чем переполнится не рассчитанный на столь мощный приток колдовской силы накопитель.
— Ох, что-то мне нехорошо! — пожаловалась Марина, запив очередную таблетку экомага глотком коньяка.
— Это из-за перепадов напряжения магического поля, — авторитетно заявил вновь покрывшийся испариной Напалм. — Интенсивность излучения резко пошла на убыль, вот нас и потряхивает.
— И если она столь же резко подскочит обратно… — пробормотал я, с тревогой наблюдая за шаром-аккумулятором, от которого так и веяло жаром. Снежинки до него уже просто не добирались, испаряясь на подлете.
Меня и самого начало заметно подташнивать, а проверять сопротивляемость организма уника к скачкам магического излучения хотелось меньше всего.
Но, как ни печально это было признавать, теперь все зависело исключительно от колдуна, да и счет шел буквально на минуты. Не успеет — мы либо на воздух из-за переполненного энергией накопителя взлетим, либо, если аварийное отключение предусмотрено, при скачке магического излучения мозги из ушей потекут.
И, пусть работа у колдуна спорилась, стопроцентной гарантии в удачном исходе не было и быть не могло. Это не в экранированной лаборатории в тепличных условиях опыты ставить, здесь накатывающая буря так и норовит творимые гимназистом чары разметать и развеять.
Но Иосиф и сам все прекрасно понимал и потому создавал не традиционный прямоугольник, а слегка утопленный в землю овал. И вместо одной силовой нити использовал три переплетающихся между собой энергетических жгута.
— Я пойду последним! — явно через силу прокричал он.
— Нет! — отрезал Константин. — И не думай даже!
— Без меня портал схлопнется через десять секунд!
— Черт! — выругался начальник охраны. — Нимчук, Коваленко, Мостовой, остаетесь здесь до конца! Остальные со мной! Мы идем первыми!
— Готовность двадцать секунд! — предупредил гимназист, когда очертания созданного им овала потекли и смазались. — Девятнадцать, восемнадцать…
