Глеб кивнул и первым соскользнул по лестнице. Как обычно бывает, тихо уйти не удалось, то ли бородатые что-то почуяли, то ли это была мародёрная команда Умарова, но так вышло, что Глеб столкнулся с ними нос к носу. Все замерли, обе группы оказались на невыгодной позиции. Противников было трое, что сейчас роли не играло. Глеб судорожно сглотнул, понимая, еще секунда, и начнётся мочилово. И тут бородатый заговорил с гортанным наречием, но вполне разборчиво:
– Нэт нужды стрэлять. Ти воин, я воин. Ми уходим. Рустам потерял путь, по которому его вел Аллах. Разойдёмся миром. Он здэсь большой, ми больше не встретимся. Ми никому не скажем, что видэли вас.
– Не будем стрелять, – согласился Глеб и первым опустил автомат, чутьё подсказало, что чех не будет стрелять. – Идите с миром!
– Ти воин, – ещё раз прокаркал чеченец и, развернувшись к Ирбису и остальным спиной, увёл своих людей за угол.
– Офигеть, – выдал Офицер, его руки тряслись от напряжения, видимо, заряд адреналина, который он получил, был очень мощным.
– Бегом, – скомандовал Глеб. – Надо убраться с территории абреков. – И первым побежал вдоль дома, остальные кое-как подстроились под его скорость.
Когда все вырвались на третье транспортное, укрылись в каком-то магазине и смогли перевести дух, на ногах остался только Ирбис, поскольку не курил и держал себя в форме.
– Вот что, братцы, с сегодняшнего дня бросайте курить, с такой отдышкой долго не живут. И Сыру передайте.
– А то? – спросил Старшой.
– Да ничего, гуляйте на все четыре стороны, – пожал плечами Глеб. – Я учу вас выживать, быть выносливыми. На хрена мне люди, которые, пробежав четыреста метров, едва не умерли? С завтрашнего дня с семи утра без отговорок пробежка.
– В этом мире на стадион не выйдешь, – усмехнулся Малой. – Сожрать могут.
– Будите по лестницам бегать, – хмыкнул Глеб. – Короче, решение за вами и вашей силой воли. Давить не буду, сокращайте количество постепенно, но если увижу, что прогресса нет, распрощаемся.
Братья озадаченно переглянулись, но ничего не сказали.
По дороге домой без эксцессов всё-таки не обошлось. Первую атаку проспали все, поскольку забыли, что иногда нужно посматривать в небо. Спасла реакция, Глеб заметил тень, несущуюся параллельно и увеличивающуюся в размерах, и скомандовал: «Ложись». Все упали, как подкошенные, что и спасло. Что-то быстрое пронеслось на бреющем полёте и ушло в небеса, но обратно так и не вернулось.
– Блин чуть, не вляпались, – провожая взглядом «птичку», бросил Глеб, – быстрая с..ка.
– Хорошо, что не вернулась, – заметил Старшой, – стрелять не хотелось.
Но пострелять всё-таки пришлось. Уже на подходе к мосту из подвала хлынул поток каких-то странных шаров, издающих очень неприятный, едва слышимый звук. Внешне они чем-то напоминали зубастиков из старого фильма, разве что помимо зубов имели языки, как у лягушек, с липучкой на конце, которыми они довольно ловко выстреливали метра на два, и которые на диво больно лупили сквозь одежду, а уж если захлёстывали лодыжку, то могли даже свалить с ног. Их было много, примерно штук двадцать. Правда, пятёрке не повезло сразу, Офицер рефлекторно рванул РГД и швырнул её в провал подвала, а Малой очередью срезал сразу двоих. Но вот дальше начался бой. Первым делом зубастики отобрали у Офицера автомат, заарканив его липким языком, вырвали из рук вертолётчика оружие. Глеб короткой очередью срезал зубастый шарик, который завладел оружием, а Семён успел подхватить его прежде, чем накатила следующая волна, и с земли длинной очередью на полмагазина скосил весь первый ряд и часть второго. Глеб рассчитывал, что пули будут пробивать сразу по несколько шаров, но те оказались плотными, пули просто вязли в них.
Офицер так и не успел подняться, длинный язык выстрелил из пасти «зубастика» и ударил вертолётчика прямо в левый глаз, после чего шар сразу отдёрнул его. Вопль Семёна ударил всем по нервам. Офицер схватился за глазницу и принялся кататься по земле, а из-под пальцев проявилась кровь.
– Малой, тащи его к мосту, мы прикроем, – заорал Глеб, и, отступая, швырнул ещё одну гранату.
Несколько шаров разбросало взрывом, один разорвало в клочья, но легкие осколки РГД 5 не смогли серьёзно навредить, только сбили атаку тварей. Малой выхватил притащенный с милицейского участка револьвер РШ12 с пулями 12,7 и выстрелил в ближайший шар, тот буквально расплескало, отбросив на метр. Револьверы зарядили патронами ПД12, специальными двупульными патронами, в которых сразу две пули забиты друг за другом в гильзу, то есть при выстреле в противника вылетает не один, а целых два заряда. За пять секунд он отстрелял весь барабан, но расчистил пространство вокруг скулящего от боли Офицера, ухватив того за правую руку, Дима поволок его к мосту, до которого оставалось ещё метров сорок.
Старшой последовал примеру брата и тоже взялся за тяжеленный револьвер, к концу обоймы шаров снаружи не осталось, они просто отступили перед огневой мощью, оставив на поле боя около пятнадцати тел, половина которых были разорваны в клочья.
Глеб тоже вооружился РШ и медленно двинулся к провалу, достав фонарь и использовав его как целик для револьвера, заглянул внутрь.
– Пусто, – крикнул он Саше, который уже успел перезарядить «крупнокалиберное чудовище» и теперь прикрывал его.
Отступив от провала, Глеб извлёк мешок для мусора и запихнул туда парочку мутантов, которые наименее пострадали от выстрелов, пусть Катя покопается.
– Давай, помоги брату с Семёном, я вас прикрою.
Но тащить вертолётчика не потребовалось, тот уже пришёл в себя, и Малой накладывал на глаз повязку.
– Что с глазом? – прошипел Офицер, в очередной раз получив от Димы по рукам, когда пытался потянуться к повязке.
– Нет глаза, – просто ответил тот, – вырвало. Сделаем тебе повязку, Ира вышьет на ней череп и кости, новое погоняло получишь – Пират.
Как ни странно Семён улыбнулся и прошипел:
– А к чёрту, правый ещё есть, значит, всё путём.
Наконец Малой закончил его бинтовать и помог подняться, после чего потрёпанная группа тронулась по мосту. Им навстречу уже спешил Сыр в сопровождении Юры. От вопросов удержались, молча прикрывали, пока двери форта не захлопнулись за спиной.
– Живые? – оглядев их с ног до головы, спросил Крут.
– Живые, – отмахнулся Глеб. – Жаль, только Семена покалечило. Задача выполнена, – он протянул Крутову сумку с планшетом и ноутом. – Разведка произведена, огневые точки обнаружены, предварительный план атаки уже в голове.
– Молоток, Ирбис, большое дело сделал. Можете отдыхать, сейчас Катя с Офицером закончит, и посмотрим ваше хомвидео. Хотя, какой он теперь Офицер, Пират, блин.
Народ вокруг заулыбался.
– От Шрама сообщение пришло, – сообщил Крут. – Они нашли ещё одну оружейку в райотделе, не чета вашей, обычная полицейская снаряга, каски, бронники, щиты, много Витязей и Грачей, пара полицейских снайперок, десяток дробовиков и нехилый запас боеприпасов. Всего около сотни стволов, скоро возвращаются.
– Хороший результат, – согласился Глеб. – И патрон у местных довольно мощный, против людей на коротких дистанциях до сотни метров – самое то работать, а других дистанций тут и нет.
За эту неделю Глеб ненавязчиво взял на себя роль левой руки и стал для Крута советником по безопасности. Никто не возражал, спецназовец доказал своё превосходство в данной области, не лез в политику отряда, а просто работал. Люди оценили, а больше всего это ценили Крут и Шрам.
Едва народ разошёлся с кухни, прилетел «язык чистого пламени», тряхнув огненной шевелюрой, Виолетта повисла у Ирбиса на шее, крепко поцеловала.
– Я так волновалась, особенно, когда Наташа сообщила, что вас атаковали прямо за мостом.
– Все нормально, – улыбнулся Глеб. – Семён глаза лишился, в принципе ничего страшного, теперь только нужно будет осторожней в подвалы лезть, если бы твари нас в темноте атаковали, было бы плохо. Что тут нового?
Виола покачала головой.
