"Фантастика 2025-78". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Бердникова Татьяна Андреевна

Что уж говорить о ней — она должна была просто дрожать от ужаса!

Учитель медленно опустил руку и, сузив глаза, сделал изящное движение головой, немного поворачивая и, одновременно, наклоняя ее.

— Альжбета ла Бошер… — голос его, привычно спокойный, уверенный и даже немного холодный, сейчас звучал жестко, — Рад встретиться с матерью великого мастера.

Говорил молодой человек размеренно, неспешно, позволяя стоящей перед ним женщине — еще не старой, но уже ощутимо немолодой, — сполна прочувствовать вес каждого слова.

Она нахмурилась.

— Как ты нашел меня, Че́слав? Мне казалось, я уничтожила все следы.

— Тебе казалось, — подчеркнул Чеслав, мягко и загадочно улыбаясь, — От меня следы не скрыть, я обладаю слишком тонким нюхом… Надеюсь, ты не против конфиденциальной беседы?

Альжбета нахмурилась. В спокойном голосе оборотня ей чудилась угроза.

— Для этого было обязательно посылать своего клеврета с приказом немедленно доставить меня сюда? Ты мог бы проявить и уважение к женщине, которая старше…

— Старше меня? — Чеслав, не в силах сдержать веселье, расхохотался, запрокинув голову, — Ах, Альжбета! В сравнении со мной, ты — девчонка, и должна это понимать. В конечном итоге, тебе ведь известно, кто я и… откуда я, — желтые глаза оборотня сверкнули, поймав сполох пламени, и Альжбета ла Бошер непроизвольно сделала шаг назад. Ужас, который так старался внушить ей рыжий оборотень, наконец, добрался до женщины и железной рукой стиснул ей горло.

— Итак… — Чес ухмыльнулся, проводя кончиками пальцев одной руки по запястью другой, а затем сцепляя обе в замок, — Если уж речь зашла об уважении к старшим, будь добра проявить его сама. Мне нужна информация, которой, мне известно, ты владеешь, а я в свое время не придал значения и позволил себе забыть ее… Ты предоставишь ее мне и останешься жива. О, не надо! — заметив, что собеседница намеревается что-то возразить, оборотень досадливо поморщился, — Мне известно, что ты не бессмертна, лишь омолаживаешь непрестанно свой организм, как старик Тьери, но это не значит, что твою жизнь нельзя оборвать. Но значит, что жизнью ты дорожишь… — он прищурился, не желая позволять женщине отвечать, — Я хочу знать о мече, который якобы способен отнять силу. Что тебе известно?

Альжбета нахмурилась, поспешно припоминая, о чем идет речь, пытаясь сообразить, как реагировать на столь неожиданный вопрос. Где-то в глубине ее сознания копошились смутные воспоминания, но на то, чтобы пробудить их, требовалось некоторое время.

Чеслав ждал. Он видел, что собеседница отчаянно вспоминает, видел, что она выполняет его просьбу, его требование, приказ, и не торопил ее. Он знал, что для достижения оптимального результата порою необходимо проявить терпение.

— Нейдр… — наконец неуверенно проговорила Альжбета, хмуря тонко выщипанные брови, — Мистический меч, способный отобрать силу у существа или человека, ею наделенного… Это единственный меч, о котором мне известно, если тебе нужен какой-то другой…

— Мне нужен именно этот, — Чеслав быстро улыбнулся, немного склоняя подбородок. Ему нравилось видеть, что его слушаются, и нравилось получать ожидаемый результат.

— Мне известно о нем немного, — женщина в раздумье покусала губу, — Фактически, я уже все сказала. Что именно тебя интересует?

— Меня интересует, где он находится и как добраться до него, — оборотень откинул голову назад, делая весьма расслабленный жест рукой, — Я знаю, что тебе это известно. Расскажи…

Альжбета подозрительно нахмурилась: внезапный интерес Чеслава к мифическому мечу был ей неясен. Сама же женщина, будучи по натуре весьма любознательна, предпочитала, прежде, чем предоставить требуемую информацию, сначала узнать, для чего она нужна.

— Зачем? — она немного повернула голову набок, — Что за дело тебе до этого меча, оборотень? Кого ты намерен лишить силы?

Рыжий негромко рассмеялся, поднимая руки и показывая, что сдается. Скрывать свои намерения он на сей раз смысла не видел.

— О, я совсем не собираюсь лишать кого бы то ни было силы! — он широко улыбнулся и, тотчас же напуская на себя вид безмерной печали, грустно вздохнул, — Лишь хочу защититься от такой попытки. Твой сын в последнее время совершенно распоясался, Альжбета — я уж и не знаю, куда скрыться от великого мастера…

— Не изображай передо мной невинность, — мадам ла Бошер сдвинула брови сильнее: собеседника своего она знала и могла не сомневаться, что если Антуан преследует его, то тот это заслужил, — Если ты идешь против моего сына — ты должен быть готов, должен знать, что он пойдет на все. И почему ты считаешь, что в вашем противостоянии я займу твою сторону?

Чеслав устало вздохнул и, взмахнув рукой, изящно коснулся двумя пальцами виска, глядя на нее с выражением бесконечного терпения мудреца к досужей глупости простых людей.

— Ты, должно быть, плохо слушала меня, Альжбета ла Бошер. Если ты не расскажешь мне того, о чем я спрашиваю — твоя долгая жизнь, наконец, оборвется… и даже не от моих рук. Боюсь, постоянные омолаживания организма не закалили твое сердце настолько, чтобы оно могло выдержать острый стилет точно в него, — он мягко улыбнулся и красноречиво указал взглядом на Виктора.

Ворас, моментально поняв намек учителя, легким движением вытащил из-за пояса один из своих кинжалов и, сжимая так, что, казалось, в любой миг готов был метнуть его в цель, продемонстрировал испуганно обернувшейся женщине.

Та сглотнула. Угроза жизни была вполне реальной, а умирать Альжбете и в самом деле очень не хотелось. Сын же ее, как помнилось женщине, и вовсе был бессмертен, да к тому же еще и обладал большим запасом силы, поэтому рассказать Чеславу то, что он требовал, она могла без опасений навредить великому мастеру Альберту.

— Я… — голос ее несколько осип; она закашлялась, — Скажи своему цепному псу не трогать меня. Я… расскажу, что ты хочешь узнать.

…Рассказ занял у нее не слишком большое количество времени, был сообщен довольно сжато, но зато по делу, и оборотень остался вполне удовлетворен им.

— Можешь ее увести, — он кивнул Виктору и, дождавшись, когда тот, взяв женщину под локоть, выведет ее прочь из залы, расслабленно вздохнул, взмахивая рукой. На нее, спланировав из темного угла, приземлился большой ворон и, нахохлившись, склонил голову набок, внимательно глядя на хозяина.

— Ты все слышал… и все запомнил, — Чес быстро улыбнулся, отвечая птице не менее внимательным взглядом, — Я отправлю этого безмозглого графа за мечом, а ты укажешь ему дорогу. Быть может… хоть на что-то он сгодится.

— Итак, мы уходим, — хранитель памяти, одетый очень по-походному, остановился возле выхода в холл и окинул внимательным, оценивающим взглядом своих спутников. Роман и Эрик выглядели на редкость уверенно и решительно, Паоло с Марко и вовсе казались расслабленными, и это, навевая некоторое умиротворение, внушало уверенность в удачном исходе мероприятия.

Другого мнения придерживались остающиеся в замке — Татьяна, ощутимо нервничающая, напряженно следила за тем, как муж прощается с сыном и определенно не одобряла ни поведения его, ни решения; Ричард непрестанно косился назад, на дверь коридора, ведущего к комнатам хозяев и определенно думал о Дэйве; Людовик мрачно вздыхал на другом конце стола от Альберта, а сам великий мастер был хмур и сосредоточен.

— Думаю, переместимся сразу ближе к месту, но не прямо туда, куда надо… — Паоло потер подбородок, — Есть вероятность, что вокруг меча существует некоторое поле бессилия — в определенном радиусе вокруг него магия действовать перестает. Добираться нужно пешком, увы.

— С этим разберемся, оказавшись на месте, — Винс мимолетно кивнул и, глянув на Ричарда, перевел взгляд на Марко, — Ты все объяснил Тьери про противоядие?

Молодой итальянец согласно опустил подбородок. Остающемуся в замке магу он дал самые, что ни на есть, точные инструкции, убедившись так же, что тот не только запомнил, но и записал их, поэтому в удачном исходе был уверен.