"Фантастика 2026-59". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Оболенская Любовь

Он кричал мне в спину, кричал через закрытую дверь. Арек был прав, звуки из коридора за закрытой дверью были почти не слышны, но Лука орал так громко, что я его хорошо слышал. Я осмотрелся: номер был однокомнатным, красиво обставленным, но небольшим. Короткая прихожая, дверь в ванну, дверь в туалет. Комната, посреди нее большая двуспальная кровать. Столик, большой плоский телевизор, два красивых кресла. Я успел заметить, что на кровати свалена куча вещей, но мне было не до этого. Лука в коридоре завопил еще громче, хотя я думал, что это невозможно. Я прислушался, он кричал что-то вроде «он там, он там!». Наверное он имел ввиду меня. Но, видимо, тем, кому он это кричал, было все равно, потому что его крики вдруг затихли. Я почти рухнул на пол, прислонившись спиной к кровати, и уставившись на дверь, положив автомат рядом с собой — держать его в руках уже не было сил. Из коридора слабо доносились стуки, пару раз я вроде бы слышал какой-то грохот, еще что-то. Я не мог оторвать взгляд от дверной ручки, все ждал, что она зашевелится. Хотя и знал, что зараженные вряд ли станул ее поворачивать, скорее просто будут ломать дверь. Но дверная ручка, как магнит, притянула мой взгляд, и не отпускала. Шум за дверью еще какое-то время продолжался, потом вроде стал тише. В мою дверь так никто и не стукнул. Потом в коридоре стало совсем тихо.

Глава 5

Я не знаю, может я уснул, может потерял сознание, а может ничего из этого — просто сидел и таращился на дверь. В один момент я просто осознал, что никакого шума больше не слышу. И еще — что мне душно. Глянул на броник — ну да, вот и попадание Арека, почти посередине груди. Засунул руку под жилет, провел по груди. Больно, но пуля жилет не пробила.Там где-то, внутри, в бронежилете, среди странной ткани и волокон, застряла. И хорошо. Я заставил себя подняться с пола, и преодолел желание упасть на такую соблазнительно мягкую кровать. Сколько я уже нормально не спал? Сам не знаю, считать ли эти периоды, когда я был в отключке, отдыхом… Наверное да, но отчего-то я не чувствую себя отдохнувшим.

Осмотрел вещи, вываленные на кровать. В основном одежда, какая-то обувь, новая. Железные крепления не пойми к чему. Эти двое вынесли явно спортивный магазин. Тут же на полу валялись две пустые сумки, для упаковки товара. Вот черт, и зачем они мне помогли там, в вестибюле? Опасались, что я их грохну? Или у них с солдатами Зета тоже никакие отношения, кроме торговых, не сложились? Не знаю. Я вспомнил, как через пелену излучения видел идущего ко мне Арека, и вздрогнул. Их план был просто совершенен — во время излучения отключаются все. Все, кроме Арека. Вот уж ему дар достался! Дар мародера, или дар убийцы… И если бы не мой радар, чудом удержавший меня в сознании, то это я лежал бы в коридоре сейчас. Кстати, пора выглянуть в коридор.

В коридоре оказалось все примерно так, как оно и было до этого. Зараженные не выбили никакую дверь, хотя вроде и пытались пару раз. На тело Луки я старался не смотреть, а мертвого Арека даже и не тронули. Радар показал, что опасность сейчас невелика, в здании вроде вообще нет зараженных. Я подобрал лежавший тут же, в коридоре, «свой» шлем, надел его, застегнул ремешок под подбородком, и пошел к выходу, перешагнув через опрокинутый тяжеленный комод.

На улице темнело, но день еще не совсем ушел из Неаполя. Часов девять вечера, наверное. Я присел в огромном лобби отеля, глядя через высокое разбитое окно на ту самую площадь с кругом, по которой еще сегодня беспечно кружил на машине. А вон кстати и моя машина стоит, вроде даже нетронутая. Рискнуть попробовать ее завести? И что потом? Рвануть до музея? Даже если машина и заведется, и я смогу проехать по нужному мне бульвару, в чем я был совсем не уверен, то я приведу за шумом своего мотора либо солдат, либо зараженных. А скорее всего и тех, и других. Нет уж, этот несчастный километр я пройду пешком. Если мое везение еще не вышло все, то может меня и не заметит никто…

Я еще раз проверил свою экипировку. Подсумок с тремя гранатами на месте, две обоймы к автомату тоже. Пистолет в кобуре. Мешок с запасными патронами я после долгих раздумий оставил в гостиничном номере. Попытки закинуть его за спину приводили к такой боли в груди, что я их оставил. Рационов у меня так и так не осталось, все придется находить по ходу пьесы. На минуту возникло соблазнительное желание попланировать то, что я буду делать, если сумею взорвать установку, но я его откинул. Вот взорву, тогда и планировать буду. Все по порядку.

Площадь я обходил по большому кругу, стараясь в сгущающихся сумерках держаться сперва у стен здания отеля, а потом у решетки сада. Прошел мимо своей машины, подавил желание заглянуть в нее — мало ли, солдаты Зета какую-нибудь мину подложили. Да и ненужна мне она. Пока не нужна. Обойдя площадь, я присел на колено за одной из брошенных машин. Передо мной вытянулся бульвар, мне теперь несколько кварталов по нему красться до музея. Я даже попытался разглядеть здание музея со своей позиции, но отсюда ничего не увидел. Ладно, тогда вперед.

Бульвар оказался буквально запружен машинами. Совсем скоро стало ясно, что большая часть машин это просто в спешке или панике брошенные своими владельцами автомобили. Они в основном стояли у обочин, и некоторые из них даже выглядели относительно целыми. Но попадались и настоящие баррикады — кто-то явно пытался перегородить проезжую часть. Большинство баррикад были растащены так, чтобы можно было проехать. Некоторые заторы заставили меня похвалить себя за решение не ехать на машине — тут бы я точно застрял.

Первый квартал я прошел довольно-таки бодро. Машин было много, я старался двигаться от одной к другой, прикрывая себя хотя бы с одной стороны. Перекресток с второстепенной, более узкой улицей, я неспешно перебежал, и вдруг увидел впереди, метрах в ста, нескольких зараженных. Они меня пока не заметили, и вяло бродили между машин, как любопытные туристы на паузе.

Сразу вспомнив свою встречу с зараженными на площади, я нервно заозирался. Проблема, что мертвых тел вокруг хватало, и я понял, что никогда не смогу отличить «заснувшего» зараженного от давно убитого человека. Я прикинул, как можно было бы эту группу обойти. Как назло, они стояли действительно посреди бульвара. Меня конечно прикроют машины, но будет ли этого достаточно? Я вспомнил компьютерные игры, где главный герой в таком случае неизменно кидал камушек в противоположную от себя сторону, и все, и зараженные, и спецназовцы, немедленно шли туда, чтобы лично на всё посмотреть. Отчего-то я не думал, что этот прием сработает в моем случае, поэтому начал просто тихонько пробираться в сторону, к фасаду какого-то здания слева от меня, стараясь обойти зараженных по как можно большей дуге.

Самое смешное, что мне это почти удалось. Я весь вспотел, петляя между машинами, и уже оставил группу зараженных позади, когда они меня заметили. Интересно, что я до сих пор не привык к бесшумности, вернее — безголосости зараженных. Оглянувшись на них после очередного своего перемещения за корпус какого-то БМВ, я увидел, что они все вчетвером смотрят на меня. Не в мою сторону, а именно на меня. И в эту же секунду они молча сорвались с места. Естественно, в мою сторону. Я побежал сам, неловко топая ватными от перемещения «на полусогнутых» ногами.

Мне нужно относительно открытое пространство, потому что по лавирующим между машинами зараженным я точно не попаду. Я выбежал на следующий перекресток, который был частично очищен от машин, и развернулся, вскидывая автомат к плечу. Первая очередь прошла мимо — в совсем уже густых сумерках я и видел не так хорошо. Второй очередью я попал в одного бегущего, свалив его, и бросил автомат, хватаясь за пистолет — зараженные были уже совсем близко. Еще в отеле, надевая бронежилет, я понял, что быстро выхватывать пистолет из кобуры я не смогу. Тогда я счел это минусом меньшим, чем защита от пуль, а вот сейчас в этом был уже не уверен.

Первый зараженный буквально напрыгнул на меня, безуспешно пытающегося вытащить свое оружие из кобуры. Каким-то чудом я удержался на ногах, стряхнул с себя зараженного, и наконец-то вытащил пистолет. Тут же, с другой стороны прилетел удар камнем по моему шлему, тускло звякнувшему в ответ. Этот удар должен был бы отправить меня в нокаут, но шлем меня спас. В этот раз на ногах удержаться я не смог, рухнув на спину, и что самое обидное — выронив при этом пистолет. На меня тут же завалился третий зараженный, одной рукой схватившись почему-то за мой шлем, и срывающий его с меня, а другой стараясь добраться до моего горла. Я почему-то даже не подумал искать нож, имеющийся у меня на поясе. Левой рукой я отжал зараженного от себя, правой от души врезав кулаком в его бледное даже в сумерках лицо. Зараженный отшатнулся, скорее по инерции, чем под впечатлением от моих боксерских способностей. Коленом я скинул его с себя, и тут же получил удар ногой в бок. Вечер перестал быть томным.