Бугров глянул на Шустова, изучая невозмутимое лицо начальника экспедиции «Великолепного» цепкими серыми глазами, кивнул.
– Дайте нам пару минут на обсуждение идеи. Хотите поговорить с руководителем нашей группы?
Шустов хотел сказать «нет», но передумал.
– Конечно.
Рядом с головой Бугрова появилась голова ещё одного космолётчика, молодого, с твёрдым лицом профи космоспецназа.
– Дарислав Волков, – представился он, – майор Коскора. Рад познакомиться. Честно говоря, мы не ожидали, что вы так быстро решите свои проблемы. Но раз уж это произошло, примите мои поздравления. Кстати, на «Великолепном» служит мой брат Дамир. Я могу с ним поговорить?
Не ожидавший такого вопроса Шустов не сразу нашёлся, что ответить, с трудом сохранив благожелательную мину и вскинув брови.
– К сожалению, господин Волков, пока не сможете. В составе коммуникационной группы ваш брат отправился к Опухоли для… э-э, налаживания непосредственного контакта с пушистиками.
По лицу Волкова прошла тень.
– И давно они на планете?
– Пару часов. Связи с ними нет, вода блокирует сигнал. Но вы не беспокойтесь, с парнями всё в порядке, мы уже не в первый раз спускаемся к Опухоли.
– Хорошо, ждите, посовещаемся и свяжемся.
Лица Бугрова и Волкова исчезли.
– Какая неприятность! – сказал Шустов озабоченно.
– Вы думаете, они нам поверили? – раздался голос Дроздова.
– Увидим, – буркнул Шустов, вытирая пот со лба.
– Может быть, послать к Опухоли беспилотник с парочкой «нихилей»?
– Не надо торопиться, господин капитан, – скривил губы Шустов. – Уничтожить Опухоль мы всегда успеем.
– Да, но если вернутся парни Рушевского и Дамир расскажет брату правду?
– Не расскажет! – поставил точку в разговоре начальник экспедиции.
Глава 14. …подкрался незаметно
По пищеводу поднялась волна горечи, и Курта привычно стошнило.
– Мисткерль! – выругался он, добежав до бытового отсека и опорожнив желудок в подобие раковины. Сунул голову под струю воды, судорожно прополоскал и обмыл рот, вытерся и вернулся в подобие спальни, объединённой с постом управления Мурексом ради удобства обслуживания и оперативного командования нимфианским Вестником Апокалипсиса.
До сих пор он никак не мог адаптироваться к условиям пребывания внутри неземной «машины судного дня», но улучшить их до комфортных не мог, несмотря на «волшебные возможности нимфианской техники», и теперь пожинал плоды своей нерасчётливости.
Поскольку Мурекс принадлежал цивилизации водных жителей, то и его операционный зал был когда-то заполнен водой. Нимфиане заполняли ею все транспортные средства, точно так же, как люди свои аппараты – воздухом. Поэтому Курту для полной свободы надо было очистить залы Мурекса от воды и заполнить их синтезированным воздухом, что он и сделал, перестав ощущать себя неуклюжим крабом, с трудом преодолевающим толщу воды.
После того как гость освоился внутри операционного отсека, он стал использовать для контакта с «хозяином» – Сайгером «саркофаг» оператора, не обращая внимания на неудобную для человека форму ложа и рисунок выступов, мешающих чувствовать себя комфортно. Позже, когда компьютер Вестника окончательно сдался и стал подчиняться командам оператора-человека (не последнюю роль в этом процессе сыграла природная агрессивность немца, оказавшаяся сродни агрессивности нимфиан, создавших Мурекса, из чего последний сделал вывод, что Курт – какой-то их дальний родственник), Шнайдер усовершенствовал кресло управления и мог теперь сидеть в «саркофаге» почти как в кабине катера, не ощущая особых неудобств.
– Чёрт бы тебя подрал! – крикнул он, обращаясь скорее к самому себе, нежели к незримому собеседнику.
Мурекс, а точнее его компьютер по имени Сайгер, не ответил. На агрессивные человеческие эмоции он практически не реагировал.
Выстрел двух военных российских кораблей во время боя на Хароне унёс нимфианскую «машину судного дня» в глубь созвездия Киля, о чём Курт узнал через несколько часов после того, как очнулся, и ещё сутки он приходил в себя, страдая от болей в голове. Но и теперь, спустя сутки, организм нет-нет, да и напоминал о жутком потрясении, от которого не спасла ни супертехника создателей Мурекса, ни его защита, ни энергетика. О собственной психике можно было не вспоминать, она давно заставляла хозяина жить в ненависти ко всему живому, и ждать успокоения не приходилось.
Конечно, досталось и Мурексу, потерявшему в результате «нульмерного залпа» больше половины энергии, массы и размеров. До боя его высота достигала двадцати километров, после боя Сайгер доложил командующему о резком сокращении потребления всех запасов, так как теперь его размеры не превышали трёх километров. А чтобы восстановить былую мощь, требовалось время.
Узнав, что Вестника нимфиан занесло в созвездие Киля, Курт велел Сайгеру найти звезду поближе, подойти к ней и заправиться «под завязку». Он собирался вернуться в Солнечную систему и отомстить людишкам за поражение.
– Дай мне обзор! – потребовал он от Сайгера, забравшись в «саркофаг» с бутылкой бурды под названием «шнапс», который ему сделал компьютер.
– Очки, – ответно потребовал Сайгер, реагирующий далеко не на каждый приказ «владыки».
Для управления гигантом Курт приказал Сайгеру сделать ему привычную гарнитуру и периферийные устройства, и Мурекс «вылепил» ему нужные девайсы, но так как он понятия не имел о человеческих технологиях, то и его гаджеты выглядели по большей части комично. Хотя работали.
Шнайдер натянул на голову дугу с пластиной очков и наушниками в форме ушей летучей мыши, и оказался в космосе. Возможности Мурекса, сравнимые с магией, позволяли буквально купаться в вакууме, не считаясь с отсутствием силы тяжести и воздуха, и даже окунаться в плазменные котлы звёзд, естественно – иллюзорно, виртуально, и он частенько играл во Владыку Вселенной, пронзая звёзды насквозь или разрушая планеты. Однако в данный момент ему было не до игр с космосом, поэтому Курт первым делом потребовал от Сайгера сведений о ближайшей звезде и её свите.
Звезда оказалась красным карликом и была окружена небольшой семьёй из пяти планет и двух астероидно-пылевых колец.
Каково же было удивление Шнайдера, когда Сайгер сообщил ему об открытии следов жизни на второй планете системы, выглядевшей с расстояния в один миллион километров пушистым желтоватым шариком для игры в теннис.
– Жизнь? – озадаченно переспросил он.
Компьютер Мурекса промолчал, считая свою задачу – дать сводку параметров планет – выполненной.
– Дай увеличение!
«Теннисный мячик» понёсся навстречу и превратился в тяжёлую сферическую глыбу, покрытую морями и пустынями. Атмосфера планеты казалась пронизанной пылью, но всё же позволила рассмотреть на побережьях морей цепочки строений, складывающиеся в городскую инфраструктуру. Единственное, чего не смог разглядеть Сайгер, а с ним и Курт, мертвы ли города или нет. Издали движения в атмосфере планеты не было заметно. И Курту захотелось посмотреть на города поближе.
Однако через пару секунд Сайгер доложил о новом открытии, что заставило пилота изменить своё решение.
Недалеко от планеты аппаратура Мурекса засекла два объекта искусственного происхождения, и когда компьютер приблизил их с помощью своей ультраоптики, Курт невольно выругался: это были земные космолёты, один исследовательский космоплав класса «даль-десант», второй военный, проекта «фрегат».
– Дьявол! – процедил сквозь зубы немец, отдышавшись. – Как их сюда занесло?!
Сайгер ещё больше приблизил корабли, и стало видно, что рядом с ними висит гигантское серое облако в форме дыни длиной в два десятка километров, кажущееся зыбким и нечётким.
– А это что за баллон? – удивился Курт.
– Масса три с половиной миллиона тонн, – флегматично сообщил компьютер. – Фиксирую большой запас энергии – до десяти в десятой степени эрг.
– Доннерветер! Может, это корабль жителей планеты? И мы появились в момент контакта?
