– Не бери в голову, – отмахнулась Мадлен. Рассказывать фрейлине о проступках её королевы девушке совершенно не хотелось. Вместо этого она спросила: – Зачем ты меня искала?
– Я хотела предложить тебе… Не знаю, как ты отнесёшься, – медлила Селеста.
– Говори же…
– Я получила письмо от родителей. У бабушки резко ухудшилось здоровье. Отец боится, что ей осталось совсем немного. Семья просит меня приехать домой. И я хотела предложить тебе поехать со мной. В замке всё равно сейчас скучно. У Луизы много других фрейлин. Генриха в Блуа нет.
– Я с радостью поеду с тобой, – без раздумий ответила Мадлен. – Не представляешь, как стали давить на меня эти стены.
– Правда? Ты согласна? – на лице Селесты появилась широкая улыбка. – Это потрясающе!
– А твоя семья не будет против моего визита? – вдруг встрепенулась Мадлен.
– Конечно, нет! – рассмеялась Селеста. – Они будут рады познакомиться с тобой. Я сейчас же напишу им. А ты начинай укладывать вещи.
Селеста, пребывая в прекрасном расположении духа, упорхнула в свои покои. А Мадлен, зайдя в комнату, рухнула на постель. «Уехать на время из Блуа, подальше от всех заговоров и интриг – это лучший подарок для меня».
Спустя пару дней, собрав необходимые вещи и получив разрешение Луизы, девушки отправились в путь. Дорога от Блуа до родового гнезда Селесты заняла несколько дней.
Поместье семьи Моро располагалось в провинции Овернь, близ города Клермон. Когда карета остановилась в тихом живописном местечке, Мадлен наконец увидела дом, в котором родилась фрейлина Екатерины. Глядя на отчий дом, Селеста радостно заулыбалась.
– Я не была здесь несколько лет. Сколько же прекрасных воспоминаний связано с этим местом, – обернувшись на подругу, Селеста аккуратно коснулась её руки. – Не волнуйся, вещи доставят в твои покои. А сейчас идём, познакомлю тебя с родителями.
Потянув Мадлен за собой, Селеста повела её в поместье. Зайдя в дом, девушки услышали громкие голоса, доносившиеся из главного зала.
– Он нас разорит! – грозно кричал низкий мужской голос. Он был явно не в духе.
– Он ещё слишком молод, не будь так строг к нему, – причитала женщина.
– Молодость здесь ни при чём! – продолжал мужчина. – Ещё одна подобная выходка, и я лишу его наследства.
– Но он твой наследник!
– Я знаю это. И с каждым новым днём всё чаще жалею об этом. Ну почему он совершенно не похож характером на свою сестру?!
Селеста взглянула на подругу и сделала извиняющееся лицо.
– Видимо, они говорят о Тьерри, моём брате. Он вечно попадает в какие-нибудь переделки. Живёт на широкую ногу и растрачивает семейные деньги.
– У тебя есть брат? – удивилась Мадлен.
– Да, мы близнецы.
– Ты никогда не рассказывала об этом.
– Не было подходящего случая, – пожала плечами Селеста. – Нужно прервать их ссору. Иначе это может затянуться надолго.
Селеста показательно кашлянула, оповещая родителей о своём прибытии, пару раз постучала в закрытую дверь гостиной и, распахнув её, вместе с Мадлен вошла в главный зал дома Моро. Голоса родителей моментально умолкли, взгляды устремились к гостьям поместья.
– Селеста, милая, наконец-то ты дома! – высокая стройная женщина с приятными чертами лица устремилась к Селесте и заключила её в свои объятия.
– Как я скучала, мама.
– И мы, милая, и мы.
Сделав шаг вперёд, из-за деревянного стола вышел статный мужчина с первыми признаками седины.
– С прибытием. Надеюсь, дорога была лёгкой? – обратился он к гостьям.
– Да, папа, – откликнулась Селеста. – Мы добрались быстро.
Глава поместья первым приблизился к мадемуазель Бланкар и поприветствовал её в своем доме.
– Венсан Моро, – представился он. – Рад, что вы согласились сопроводить Селесту и приехать к нам, Мадлен. Дочь очень тепло отзывалась о вас в своих письмах.
Сделав реверанс, Мадлен улыбнулась.
– Мне очень приятно познакомиться с вами. У вас чудесная дочь. Если бы не Селеста, не знаю, как бы я прижилась при дворе.
– Здравствуйте, Мадлен, – к девушке, выпустив дочь из объятий, приблизилась мама Селесты. – Я Эва. Надеюсь, вы погостите у нас подольше.
У дверей главного зала кто-то усмехнулся:
– Посмотрите-ка, всё семейство наконец в сборе.
Услышав насмешливый молодой голос, все собравшиеся в гостиной дома Моро обернулись. Прислонившись к дверному проёму, у входа в холл стоял высокий юноша. Его лицо обрамляли прямые каштановые волосы. Серые глаза с лёгким прищуром смотрели задорно и игриво. Сложив на груди руки, юноша с небольшой издёвкой окидывал присутствующих надменным взглядом.
– Тьерри! Ты вернулся! – раскрыв объятия, навстречу сыну устремилась Эва.
– Меня не было всего пару месяцев, матушка, – обнимая мать, произнёс Тьерри. – А вы так взволнованы моим возвращением, будто я отсутствовал несколько лет.
– За эти два месяца ты успел несколько раз опорочить имя семьи, – грозно понизив голос, рявкнул отец семейства.
– Венсан, не при гостье, – испуганно прошептала Эва.
Мужчина напряг челюсть и с трудом сдержал лавину негодования, что желала выплеснуться на непутёвого сына. А взгляд Тьерри меж тем бесстыдно лёг на мадемуазель Бланкар.
– Селеста, а ты, кажется, выросла и научилась наконец выбирать прехорошеньких подруг, – входя в гостиную, нагло произнёс юноша.
Селеста нахмурилась, скрестив на груди руки:
– Тьерри! – воскликнула она. – Где твои манеры?
– Не дуйся, сестрёнка, я просто хотел сделать комплимент нашей очаровательной гостье. Нас представят друг другу?
– Это мадемуазель Мадлен Бланкар, фрейлина Её Величества королевы Луизы, – нехотя, идя навстречу брату, произнесла Селеста. – А это мой непутёвый брат Тьерри.
– Селеста, прошу, следи за словами, – попросила девушку мать.
Наскоро обняв сестру, Тьерри приблизился к гостье и сделал лёгкий поклон.
– Надеюсь, у нас будет время познакомиться поближе.
– Даже не думай! – почти беззвучно прошипела Селеста, кинув на брата недовольный взгляд.
Чувствуя неловкость и стыд за поведение сына, Эва поспешила исправить ситуацию.
– Вы все, должно быть, устали с дороги. Комнаты уже готовы. Селеста, милая, покажи Мадлен её спальню.
– Конечно, матушка.
Взяв Мадлен за руку, Селеста повела её на второй этаж. Заведя подругу в её новую комнату, фрейлина Екатерины наконец выдохнула.
– Надеюсь, поведение Тьерри тебя не обидело? В детстве он был воспитанным юношей, но пылкая молодость и вседозволенность сделали его невыносимым.
Чтобы успокоить подругу, Мадлен легко коснулась плеча Селесты.
– Не бери в голову, – улыбнулась она. – Я уверена, что всё это напускное. Возможно, Тьерри просто надоел образ хорошего мальчика, и он решил примерить на себя другие роли. Такое бывает, когда молодые люди вырываются из-под опеки семьи. Рано или поздно он наиграется и остепенится, станет достойным и благородным членом дома Моро.
– Порой и мне так кажется, – задумалась Селеста. – Но, каким бы он ни был, он всё-таки остаётся моим братом. Я люблю его даже таким.
Селеста улыбнулась, ей было приятно узнать, что подруга не осуждает близкого ей человека. Мадлен тем временем осмотрела свою комнату. Здесь было светло и просторно. На стенах висели картины с изображением причудливых растений. Кровать прикрывал небесно-голубой балдахин. Казалось, что каждая деталь в этой комнате была подобрана с особой заботой и вниманием.
– Как здесь уютно, – прошептала Мадлен.
Селеста улыбнулась:
– Мама любит сама заниматься домом. Эти картины она собирала по всей Франции. А ткани ей привозили купцы из Италии.
– Ты любишь этот дом?
– Да, мы с Тьерри родились в этих стенах и провели здесь всё своё детство.
– Почему твоего брата не отправили ко двору вместе с тобой? – поинтересовалась Мадлен.
– Родители боялись, что жизнь при дворе совершенно испортит Тьерри. Они предпочитают держать своего наследника поближе к себе, – ответила Селеста. – Кстати, твои вещи уже принесли. Ты можешь пока отдохнуть, переодеться. Я сделаю то же самое и зайду за тобой, когда подадут обед.
