— Прости…
— Ты перед душами тех замученных девушек извиняйся, а не передо мной, — рыкнул я на него.
— Но если я начну похищать души… я стану злым…
— Ты — дурак? — вздыхал я и даже положил ладонь себе на лоб. — Да, ты — дурак. Тебе вроде триста шестьдесят лет. Уже старый старпёр, а такой ограниченный и не понимающий мир.
— Я… избегал людей… — обиженно сказал парень с мокрыми глазами.
— Вот скажи мне, я злой?
— Порой думаю, что да… Но всё же нет.
— А если я тебе скажу, что убил десятки тысяч людей, эльфов и прочих? — ошарашил я его. Ингвар даже растерялся. — Скажу больше, из-за меня страдали и, возможно, умирали женщины и дети. И повторю вопрос, я злой?
— Ты… чудовище, но я не чувствую в тебе зла… Наверное, ты — безумец, который свято верит в свою точку зрения. Как Джеймс!
— Хорошо, а теперь разберёмся детально. Пришла армия, которая желает убить сбежавших от истребления ночных эльфов. Их хотят добить, убив всех до последнего. Женщин, детей, стариков, младенцев. Всех до последнего ночного эльфа. Но я уничтожил эту армию и спас ушастых от геноцида. Вот только семьи солдат остались без кормильцев и, возможно, умерли. Повторю вопрос, я злой? Я — жестокий убийца?
— Нет… ты защитник…
— Ты ошибаешься. Я — чудовище, убийца, монстр и злодей, — вновь ошарашил я его.
— Не понимаю…
— Всё относительно, Ингвар. Для ночных эльфов я — герой и защитник, а для семей павших солдат я — это всё, ранее мною перечисленное. Для одного человека я могу быть хорошим, для другого — плохим. Если я спас девушку от насильника, для неё я — герой. А для насильника я — мразь, которая помешала ему развлечься.
— Кажется, я понимаю…
— Вот скажем, банда разбойников вырезала половину деревни, а остальная половина деревни сбежала в лес. Но вдруг объявился ты, и тебя попросили разобраться с бандитами. Ты их убьёшь и предложишь деревенским наказать бандитов, заточив их души в тюрьму, где они будут страдать. Как думаешь, найдётся хоть один человек в деревне, кто будет против?
— Нет… Но меня будут бояться…
— Будут. Потому что люди всегда боялись смерти и будут бояться. Для них ты по умолчанию злодей. Но злодей, вершащий справедливость.
— А если я сойду с ума? Если сорвусь и стану, как все некроманты?
Я посмотрел на Ингвара и покачал головой.
— Старче, тебе почти четыре века, о чём ты вообще?
— Но вдруг я буду пытать невиновных? Заточу душу, а она недостойна этого?
— Ингвар, ты — дурак? — вздыхал я. — Что тебе мешает спросить душу напрямую? Она не обманет тебя и скажет, достойна ли наказания.
Ингвар смотрел на меня выпучив глаза и даже не моргал.
— Ты об этом не думал, да? — поинтересовался я.
— Не думал… — парень опустил глаза. — Тогда… что мне делать?
— Будешь человеком-тюрьмой. Грешные души будут питать тебя, а ты будешь использовать эту силу ради спасения мира. Ну и жизни. Ты ведь стольких людей уже спас своей «злой силой».
— Точно… я ведь могу лечить людей… — вспомнил он.
— Ну так что, Исправительная Колония Ингвар, готов стать сильнее?
— А?.. О чём ты?..
— Как о чём? У нас целая ячейка вражеской агентуры в городе. Их нужно уничтожить. Но сперва подними зомби, — я кивнул на труп.
— Зомби?.. Понял! Обманем их!
— Ага, — заулыбался я.
Вскоре Ингвар занялся зомби, а я вызвал Ли с Инди. Они, конечно, сильно удивились, как и тому, что я попросил их сделать. А именно так замаскировать труп, будто он живой.
Мы заживили рану на лбу, и Ли запустил движение крови по венам, так что труп не будет бледным и безжизненным. Но там и Инди постаралась. Хотя я подумал, и мы Любаву тоже привлекли. Пусть сделает зомби тёплым.
— И не скажешь, что труп, — сказала рыжая, а перед нами стоял зомби. Ли вытянул всю кровь из одежды мужчины, и мы его привели в порядок. Так что, да, и не скажешь, что труп.
— Ингвар, а слабо сделать десяток зомби-работников? — поинтересовался Ли.
— Ну… мана будет расходоваться… но, наверное, смог бы.
Мы все тут же уставились на парня.
— Что?.. Пусть злодеи приносят пользу! — воскликнул Ингвар, и теперь все уставились на меня. А я, даже драконов из разных племён умудрился примирить и объединить в одну армию. Так что О — опыт!
Вскоре мы завезли фургон на ферму, и зомби помог его разгрузить, но тупил он неслабо, всё же немало «забыл». Так что нам приходилось помогать с разгрузкой.
Далее я, на глазах Фёдора с мужиками, подписал бланк о доставке, и зомби поехал прочь. Но там близняшки сидели в машине, так что зомби не совершил ДТП и повторно не умер.
Фургон остановился на дороге за фермой, и вскоре мы заскочили в кузов. Близняшки же повели машину дальше. Настоящий водитель был опоен прошлой ночью и, вероятно, ещё где-то спит. Агент же после покушения на меня, по задумке врага, попросту сбежал бы по лесу и скрылся.
Но в случае если груз буду принимать не я, агент просто на машине вернётся в город. Что и он сделал. Ну и нас довёз.
В городе было тьма мест без камер видеонаблюдения, но на всякий случай близняшки прикрыли нас магией. А так как в городе уже лежал снег, и люди ходили в зимней одежде, мы натянули на нос шарфы, шапки на головы, надели куртки, и всё, нас не узнать.
Лучше было бы действовать ночью, но если агент не сообщит о статусе задания, то остальные агенты поймут, что он провалился и эвакуируются. А чтобы сообщить «о статусе», мы отправили сообщение в мессенджере: «Скучаю по тебе, дорогая, скоро буду».
В ответ пришло два сообщения стикерами. Трусики и гамбургер. Тут нужно было ответить реакцией «рукопожатие» на трусики и реакцией «палец вниз» на гамбургер.
И вот мы пришли к старенькому дому с неработающим лифтом. Там, на девятом этаже, находилось съёмное жильё для туристов. Да, девятый этаж, туристы, без лифта и съёмное жильё… Видимо, «раз туристы, то им нужно много двигаться». Ну или цена жилья копеечная.
Во всяком случае мы прошли дальше и во дворе сели на лавочку. Затем пришёл наш зомби и направился в дом. Ингвар следил за ним его глазами. А я следил с помощью мухи. Да, муха в ноябре, а что такого? Такое бывает…
* * *
Некоторое время спустя.
Квартира агентов МИ-6.
— Кто там? — спросила эффектная женщина, подойдя к двери, и посмотрела в глазок.
Её русский был идеален, впрочем, как и у других оперативников. Разве что Ольга Петровна родилась и почти всю жизнь жила в России, так что ей и обучаться языку не нужно было.
— Кхм! — кашлянул мужчина-зомби за дверью.
— А, дорогой! — обрадовалась та и, открыв дверь, обняла его и запустила домой. После чего закрыла дверь, но улыбка тут же спала с её лица, и женщина уставилась в глазок. — Чисто?
— Чисто…
— А что с твоим голосом? — удивилась она и обернулась. Также перешла на английскую речь.
— Горло… — зомби коснулся горла, и женщина коснулась его лба.
— Похоже, заболел… Как не к месту! — женщина поджала губы
— Да…
— Заболел? — в прихожую пришёл крепкий мужчина, а за ним высокий красавчик.
— Да… — ответил зомби и подошёл к ним. Затем взял здоровяка за руку и положил себе на лоб.
— Горячий. Но не трогай меня больше, ты же знаешь, я — натурал.
— Ой, гомофоб ты наш, — хохотал высокий красавчик. — Давайте тогда думать… Ой, Рафаэль, ты чего это вдруг захотел обнимашек?
Все удивились, когда их товарищ, вернувшийся с задания, бросился обнимать товарища. И вдруг здоровяк выхватил пистолет.
— Кто ты, мать твою⁈
— Рафаэль Тэйлор, — безэмоционально ответил зомби, но его резко схватил «красавчик».
— А вот сейчас мы это узнаем, — оскалился мужчина, стоявший позади. — А если откажешься… Что ж, будешь моей сучкой. Но недолго… Я люблю грубо…
В этот момент мужчина с пистолетом и женщина рухнули, а позади них находились невысокие азиатские девушки с окровавленными кинжалами.
