Гаремник. Дилогия (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич

— Мне стало известно, что в этой Крепости есть туннель, ведёт наружу. В лес южнее Бреста. Только вход в туннель не отсюда, а из катакомб казарм Сорок Четвёртого полка, куда нам хода через подземелья нет. Оттуда туннель наружу, можно уйти, без прорыва и тех потерь что мы понесли. Просто тихо уйдём, а там нагонять наших. Если повезёт, то и раненых всех вынесем, в тихую. Нужно всех командиров предупредить, что ещё живы, пусть людей перемещают в те катакомбы, раненых переносят. Также нужно отправить делегата связи к соседям, где вход в туннель, чтобы тоже готовились, и людей собирали.

— Понял. Тут товарищ полковой комиссар Фомин командует, вам бы с ним встретиться?

— Было бы неплохо. Отведите к нему.

Сержант Ильин оставил за себя старшего и с двумя бойцами повёл дальше по анфиладам залов казематов. Опцию ночного зрения уже отключил, разрядилась, так что пошла зарядка, а я, кутаясь в шинель, прихватил её, расспрашивал что тут и как. Фомин, встретил нас, уставший, глаза покраснели, поздоровался со мной, тот знал Караваева, с одной дивизии же, и выслушал мой отчёт. Помимо него было ещё семь командиров, от капитана и ниже. Все ранены, но на ногах. Как для врача мне тут работы много, так что стал одной рукой заниматься ранеными. Осматривал, проводил диагностику. Определял степень ранения, ну и параллельно общался с комиссаром.

— До ночи выходить смысла нет, немцы тут любое движение контролируют и ведут огонь, — задумчиво пробормотал тот. — Как стемнеет, переходим к соседям. Там майор Гаврилов командует.

— Я по пути отделюсь, к зданию бывшего медпункта. Оно, оказывается, не сгорело. Хочу форму и главное документы вернуть. Помню где должны быть. Буду вести себя тихо.

— Пара бойцов охранять будут. Опишите ещё раз где вход в туннель, как замаскирован и как открыть.

Я сделал это, хранить в памяти и не подумаю, так что оживившиеся бойцы и командиры, а это наш шанс, стали готовиться. Подготавливали подобие носилок, чтобы раненых переносить. Я даже шинель отдал для одного раненого, на ней понесут. Так и работал до наступления темноты, не смотря на не самое лучшее состояние. Причём себя не забывал. Как раз опция лекарская запустилась, использовал полностью на травмированной руке. А я сыт, поел из котелка, у меня полный солдатский трофейный котелок, где макароны с тушёнкой. Сделал в штабном убежище в прошлом теле, и очень вкусно, всё же повар довольно высокой квалификации. И стоит сказать, что мне двух бойцов придали, молодые оба, этого года призыва, майские, вот те всё делали, я лишь показывал. Факел горел, чтобы лучше было видно, пускали нательные рубахи на бинты. Ничего из хранилища не доставал. А как объясню наличие всего этого? Добудем на складах, тайком, всё и получат. Хотя силы бы им припасы придали. Подумав, отошёл в другой зал, как туалет использовали, достал три бочки с бензином, и на свободное место кучу кирпичей, яма получилась, в неё и сложил пакеты с сухарями, консервы и пачки патронов, винтовочных, две тысячи, без цинков. Тут и сверху присыпал обломками кирпичей. Лишнее откинул, а бочки вернул на место. И шепнул Фомину о схроне. Он тут за старшего, с ним в основном и общался, хотя и другие командиры обращались, раны им осматривал. Да, находка порадовала. Хотя и недоумения было немало, я же сказал, что этот схрон сделал один из ротных старшин, раненый умирал на моих руках и шепнул. Не особо поверил, а тут увидев знакомый зал, проверил и действительно припасы есть.

Началась раздача, распределение, я отказался от своей доли, но определял какие доли можно есть и как часто, предупреждая, что будут маяться желудками. Определили доли, мелкие, разбив на пять частей. То есть, тут бойцов можно покормить пять раз, каждой час. Как раз до заката используют. Надеюсь обойдётся без проблем с желудком. Долго не ели, да обезвоживание ещё. Однако припасы помогли, двое интендантов и старшина занимались раздачей, бойцы и командиры начали оживать. Правда, всё ушло, но я сразу предупредил, что снаружи добыть сможем ещё. Рядом армейские склады, потихоньку вскроем и вынесем. Не смотря на охрану. Как стемнело, начали переносить раненых. Днём три делегата связи сбегало к соседям, одного подстрелили, да убили, но два вышли на контакт, так что там ждали. А со мной два бойца, Фомин дал, лучшие. И лютые оба, из разведбата один, хороший пластун, с ножом работает, уже два десятка немцев на счету. Второй артиллерист, крепкий малый. Они теперь со мной будут. Оба вооружены нашими винтовками. Патроны теперь есть, три десятка каждый получил. Так покинули одними из первых казематы, и перемещаясь от укрытия к укрытию, двигались к медпункту. А из одного каземата, переползали в другой, вышедшие следом за нами из катакомб. Когда взлетали ракеты, всё замирало, пережидали пока догорит. Это обговорили серьёзно. Хоть один выдаст, остальным смерть, бойцы и раненые это понимали и не подводили других. А мы на удивление удачно добрались до кучи мусора, всё что осталось от деревянного строения, сегодня ночь с двадцать седьмого июня на двадцать восьмое, бойцов я оставил в стороне, в прикрытии. И используя сканер, стал ползать по обломкам. Кстати, сканер почти на метр брал, и я быстро нашёл помятый чемодан, убрал мусор над ним, а чемодан, перебрав содержимое, в хранилище. Места там достаточно, почти на сто килограмм освободил, было куда убирать.

Дальше и форму нашёл, почистить щёткой и в принципе можно использовать, фуражка мятая, козырёк сломан, но не страшно. Даже шинель нашёл и забрал, как и сапоги. Всё вернул, документы из френча не доставал пока, потом, ремень и кобура с оружием тоже при мне, так что вернулся к бойцам, сообщив, что вернул своё, одному передал чемодан, надо же показать, что нашёл нужное, и дальше. Вот так перекатами обратно, но уже к зданию казарм Сорок Четвёртого полка. Порядок, дошли и спустились. А тут народу изрядно. Кстати, напротив был пулемётный пост, но его тихо вырезали, нашлись умельцы. Были тут и бойцы конвойного батальона, и других частей. Действительно делегаты всю Крепость оббегали, где наши были, и собирались тут. А навстречу мне злой Фомин:

— Караваев, всё обыскали где ты сказал. Нет там туннеля. Никакой скрытой двери.

У меня аж сердце удар пропустило. Да не может такого быть, во всех попаданиях проверял, были туннели. А тут раз и нет. Значит, плохо искали. Так и озвучил:

— Значит, плохо искали. Или не там.

— Тебя и ждём, покажешь.

Дальше я повёл довольно большую группу бойцов и командиров, тут все залы ранеными заняты были, по узким тропинкам шли, но когда Фомин хотел повернуть налево, я сказал:

— Куда? Нам туда.

— Так арка двойная там.

— И там тоже такая есть.

Фомин послал посыльного к Гаврилову, это он искал вход в туннель, что ищут не там, а сам за мной. И тут дошёл до кромки воды.

— Затопили, — озвучил я очевидное, и смело шагнул в воду, спотыкаясь о кирпичи и разный мусор, пошёл дальше.

Чуть помедлив, оба бойца, моя охрана по приказу Фомина, следом. Один так и нёс чемодан. Когда воды стало по грудь, те держа оружие и чемодан над головой, боец на голову его положил на индуский манер, смотрели как я начал нырять. А нас освещали от арки. Три факела горело, и там кстати народу собиралось изрядно. Вообще да, удивительно, сказал, что есть выход, и сразу поверили. Ну тут есть причины, Караваева знали, он брехуном никогда не был. Бабником, это да, но не брехун. Да и надежда, дикая надежда что это правда, заставляла сама поверить в это. Так что дважды нырял. А вынырнув, крикнул в сторону арки:

— Есть запорные механизмы. Открыл уже, но нужны люди открыть дверь, я одной рукой не могу.

Сразу в воду бросилось три десятка бойцов и два командира. Плюс трое факелоносцев. Расталкивая мусор и вздувшиеся трупы, поспешили ко мне. Бойцы как я им указал, смогли открыть дверь, освещая тёмный коридор. Ну а дальше уже дело техники, вперёд пошли пограничники лейтенанта Кижеватова, разведка наша, моя группа следом, и дальше понесли раненых. Старались над водой, но бывало окунались, если запинались, и дальше по коридору к выходу. Мы там уже открыли люк и выбрались наружу. Бойцы стояли, и пьянея дышали свежим воздухом, а не тем смрадом, что был в Крепости. Впрочем, все простывшие, так что это скорее я дал волю воображению. Нет у них чувствительности к запахам пока. Ну а пока поднимали раненых наверх, по одному верёвками. И я якобы нашёл в медпункте два мотка, пограничники убежали, добывать транспорт, телеги, я же взял двух своих бойцов и трёх пограничников, лучшие из тех что тихо ходить могли и ножами работать, и мы побежали прочь. Я правда прихрамывая. Да, лес нужный Фомин знал, я сказал, что там будут ждать медики и кухни, на излучине реки. Как добуду, мои проблемы. А вот их, доставить людей и раненых туда. За одну ночь не успеют точно, остальных значит за следующую. Всё равно там ожидать будем пока все раненые на ноги не встанут, тогда и двинем. И тут мне поверили, я и взял пять бойцов, чтобы на себе одном всё не тянуть.