На территорию посёлка меня пустили без проблем, а сразу у ворот особняка Наумова встретила охрана и любезно провела внутрь, вплоть до уже знакомого мне личного кабинета самого Владимира Ильича.
— Наконец-то! — поприветствовал меня Наумов. Высокий седой мужчина даже вышел из-за рабочего стола мне навстречу, чтобы крепко пожать руку. — Я уж думал, ты решил скрыться от своих обязательств.
Странно, но от того пиетета, что я чувствовал при первой нашей встрече, не осталось и следа. И даже стоящий с каменным лицом возле выхода из кабинета широченный охранник меня совершенно не смущал.
— От вас мне незачем скрываться, — спокойно ответил я.
— Но от кого-то ты всё-таки скрываешься. И довольно успешно, раз даже я не смог тебя найти, — заметил Наумов. — И кто же на тебя всё-таки напал? И по какой причине?
— Я знаю почему, но пока не знаю кто, — уклончиво ответил я. — Но я приехал чтобы поговорить о другом.
Владимир Ильич сделал приглашающий жест к кофемашине, появившейся из-за отъехавшей стенной панели.
— Кофе?
Разумеется, я не стал отказывается, ведь кофе у него был просто божественный. Только ради этого стоило сюда приехать, а то Сергей мог предложить разве что чай из пакетиков да последствия своих экспериментов с алхимией из самогонного аппарата.
Отхлебнув божественного напитка, я посмаковал вкус, закрыв на мгновение глаза, и обратился к Наумову:
— Что вы скажете, если я предложу полностью вылечить вашего сына?
Мужчина некоторое время молча смотрел на меня.
— Скажу, что это глупая шутка, — разлепив мгновенно пересохшие губы, сказал он. Было видно, что весь добродушный настрой мужчины куда-то пропал, сменившись раздражением и даже злостью.
— Никаких шуток. Вы же сами рассказывали мне о третьем поколении электронной системы унифицированного считывания мозговых импульсов «ЭСУГМИ», и о том, что с её помощью можно превратить человека в подобие суперсолдата, — напомнил я. — Оказалось, что есть люди, уже давно подвергавшиеся воздействию таких систем.
Владимир Ильич скептически цокнул.
— Да ладно.
— Именно. И среди них есть человек со способностями к исцелению. Он может согласиться полностью восстановить здоровье вашему сыну при выполнении ряда условий.
Лицо мужчины сразу разгладилось, он будто успокоился. Вернувшись к себе за стол, он сел в кресло и свёл руки перед собой.
— Условий, значит? И разумеется, он хочет денег?
— Не только.
Я осмотрелся с помощью магниточувствительности, особо внимательно изучив фигуру охранника.
— Давайте прежде, чем продолжить наш разговор, я кое-что продемонстрирую, — твёрдо сказал я. Раз уж решил раскрыть карты перед Наумовым, то придётся идти до конца. — Но пусть ваш охранник не вздумает доставать пистолет из кобуры на левом боку или с правой лодыжки. А вы не тянитесь к правому ящику стола, там же ведь тоже лежит пистолет?
Охранник встрепенулся, да и сам Наумов вновь напрягся.
— А это ты откуда знаешь?
— Вижу. Просто не нервничайте, это только демонстрация, — ещё раз повторил я, но всё же сделал полшага в сторону, чтобы между мной и охранником было точно меньше пяти метров.
На столе из дорогого дерева стояла фигурка Эйфелевой башни примерно десять сантиметров высотой, её я и выбрал в качестве цели. Вытянув руку, я создал электрическое лассо, обхватил им фигурку, и подтянул к себе. Наумов вскочил из-за стола и шарахнулся в сторону от яркого свечения молнии, а охранник, несмотря на все мои предупреждения, тут же выхватил пистолет. Применив магнетизм, я одним импульсом выбил из руки охранника оружие, и оно с гулким звуком ударилось о стену. Здоровяк явно собирался продолжить, но я ударил молнией в пол прямо перед ним.
— Хватит! Я же сказал, что это просто демонстрация, я никому не наврежу.
— Роман, стой, — стараясь говорить спокойно, велел охраннику Наумов, но было видно, что он занервничал. — Это какой-то трюк?
— Способность, — поправил я. — Я же электромаг, если вы не забыли. Кстати, поздравляю с взятием восемьдесят пятого уровня.
— Спасибо, — по инерции ответил Наумов. — Стоп, а ты откуда знаешь? Я его взял только час назад.
— Вижу. Так получилось, что мы получаем не только игровые способности, но и доступ к некоторой части игрового интерфейса. Кстати, ник вашего охранника в игре Шредер, а уровень девяносто седьмой, это я тоже вижу.
Охранник продолжал смотреть на меня настороженным взглядом и медленно поднимал с пола пистолет, когда я произнёс вслух его ник. Рука здоровяка невольно дернулась, и он чуть не выронил оружие, но всё-таки справился с удивлением и быстро принял вертикальное положение. К счастью, вновь направлять на меня пистолет мужчина не стал, получив от Наумова едва заметный знак головой. И слава Богу, потому что импровизация с магнетизмом второй раз уже могла не сработать.
— Мы? — ухватился за мои слова Наумов. — То есть, ты такой не один?
— Не один, — подтвердил я. — Конечно, я могу поделиться с вами ещё некоторой информацией, но, по большому счёту, не вижу смысла этого делать, пока мы не достигнем понимания по ряду вопросов.
Владимир Ильич сразу подобрался.
— Например?
— Первое: предыдущая договорённость отменяется, и я больше ничего вам не должен. Второе: я расскажу вам много из того, что знаю о происходящем, но в качестве ответной услуги мне понадобится ваша помощь в реале, причём уже завтра. И третье: условия лечения вашего сына вы будете обсуждать лично с моим знакомым, обладающим классом целителя, я в это дело лезть не буду.
— Класс целителя? — переспросил Наумов. — И он может гарантировать исцеление Фёдора?
— Вы же знаете, как работает в игре Сильное Исцеление? Вот им-то мой товарищ и воспользуется. Правда, нужно ещё дождаться восстановления способности, он позавчера с её помощью залечил мои раны.
Седой мужчина рухнул обратно за стол и некоторое время смотрел перед собой.
— То есть, те нападавшие тебя чуть не убили? — наконец, уточнил он.
— Чуть-чуть не считается, — улыбнулся я. — Особенно, когда у тебя есть знакомый целитель. Если вы думаете, что я или мой знакомый хотим обмануть вас ради денег, то могу сразу сказать — оплату он примет только после полного исцеления вашего сына. И деньги вы перечислите не ему лично, а в указанные им благотворительные фонды.
Наумов явно был слишком шокирован, его глаза неестественно заблестели и голос едва заметно задрожал.
— То есть, через пять дней мой сын может быть здоров?
— Будет здоров, — поправил я. — Хотя, конечно, мой друг довольно специфический человек, и договориться с ним будет непросто.
— Мы договоримся, — твёрдо сказал Наумов. — А что за помощь нужна тебе? Я должен знать всё о том, что происходит.
Ну, это он, конечно, размечтался. Я не стал рассказывать даже всю информацию, что знал сам, ограничившись лишь общими словами. И очень порадовался, что додумался отделить так необходимую нам с Марком помощь от предстоящих торгов Наумова с Сергеем. Если они договорятся, то всем будет хорошо — и бедняга, лежащий в капсуле поддержания жизни, получит ещё один шанс, и множество детей получат достойное лечение и поддержку. А наша личная выгода пусть идёт в стороне от действительно благородного дела, хотя чисто технически и мы помогаем людям, решая вопрос с выключениями электричества и проблемами в аэропорту.
Похоже, получив столько шокирующей информации, Наумов решил сконцентрироваться на самых приземлённых вещах, а именно, на нашей с Марком задаче. Хотя, едва ли гремлинов в форме Хаоса можно считать чем-то обыденным, но вот об отключениях электричества и о проблемах в аэропорту не слышал только глухой. Это было просто и понятно. Владимир Ильич пообещал поднять все свои связи, чтобы обеспечить нам завтра же беспрепятственный проход на все указанные предприятия при условии, что будет участвовать в этом лично. Кто бы сомневался. В принципе, я мог бы послать его куда подальше, сейчас условия ставил я, но решил согласиться. Вряд ли Владимир Ильич поверил во всё, что я рассказал, но он явно оказался заинтересован достаточно, чтобы продолжить сотрудничество на моих условиях. И разумеется, ему хотелось своими глазами увидеть подтверждения моим словам, и я был не прочь ему их предоставить.
