"Фантастика 2025-103". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Благонравов Сергей

Плеснув на раскаленные камни пару ковшей разведенного кваса, парень переждал выброс пара и, втащив из кадушки распаренный веник, занялся тем, что и называется словом париться. Шлепая себя веником и регулярно поддавая пару, он не услышал, как дверь в предбаннике тихо хлопнула. В себя Елисей пришел, только когда в парную проскользнула тонкая, гибкая фигурка.

Тихо взвизгнув от температуры, Нино потопталась у двери, привыкая к жару, и, отдышавшись, пристроилась рядом с мужем. Улыбнувшись ей, Елисей подвинулся, давая жене устроиться поудобнее, и, с сомнением покосившись на ковш, решил больше не поддавать. Что ни говори, а переносить жар, который любил он, Нино было бы тяжело.

– Подкинь немного, – попросила девушка, заметив его взгляд.

– Носик любопытный обожжешь, – ласково поддел ее парень.

– Ну не у всех шкура такая дубленая, как у тебя, – не осталась девушка в долгу. – И вообще, к нему жена париться пришла, а он разговоры разговаривает. Парь меня лучше.

– Ложись, – с улыбкой скомандовал парень, распаривая свежий веник.

Спустя пять минут Нино буквально вывалилась из парной и, вылив на себя ведро ледяной воды, плюхнулась на лавку, даже не найдя в себе сил завернуться в простыню. Еще минуть через пять вышел и Елисей. Повторив процедуру с водой, он присел рядом с женой и, глотнув квасу, тихо спросил, ласково поглаживая ее по щеке:

– Как ты?

– Здорово, – улыбнулась Нино, прижимаясь к его ладони. – По-настоящему я баню русскую только с тобой полюбила. Дома мы обычно в серные бани ходили. Там все не так.

– Я знаю, – понимающе кивнул Елисей. – Они скорее турецкий хамам напоминают.

– Да, похоже. А что это за баба с вами приехала? – моментально сменила Нино тему.

– Княжна, если не ошибаюсь, Мышкина. Сестра князя. Но я, кроме имени, отчества и их родства, ничего больше не знаю, – моментально открестился Елисей, зная взрывной характер жены.

Заводиться она умела не хуже двигателя спортивной машины. С полуоборота. И несло ее точно так же. Что называется, без руля и ветрил. Ему даже приходилось иногда применять жесткие меры, чтобы привести ее в чувство. Обычно хватало просто встряхнуть жену за шкирку, словно напроказившую кошку. Похоже, к тому шло и сейчас. Нино, чуть подумав, неопределенно пожала плечами и, скорчив гримаску, проворчала:

– Увижу вас вместе, всю рожу ей расцарапаю.

– Ты с дуба рухнула, мать? – возмутился Елисей. – Не хватало, чтобы еще и ты парией в местном обществе стала. Хватит нам и меня одного.

– Что, опять господа дворяне губы дуть вздумали? – моментально сообразила девушка.

– Плевать на них, – отмахнулся парень. – Тот, кто нам нужен, с нами дружит, а остальные не интересны.

– Хочешь, папе пожалуюсь? – подумав, предложила Нино.

– Зачем? Чтобы я потом пристрелил кого?

– А что, просто так их снобизм терпеть? – от возмущения девушка даже подскочила.

– Забудь. Главное, сама себя с ними веди так, словно ты не княжна, а королева. Пусть локти кусают.

– А давай поедем куда-нибудь!

– Куда, например?

– Не знаю. За границу. Или еще куда, – азартно улыбнулась Нино.

– И чего там делать? Со скуки помирать? – иронично усмехнулся парень. – Нет уж. Нам и тут дел хватит. Вон, имение нужно в порядок приводить. А то сын растет, а своего дома так и нет. Лучше возьми слуг, охрану и поезжай в Тифлис. Там все нужное для дома купишь, отца повидаешь. Заодно и прогуляешься.

– Ага, а ты тут за этой белобрысой ухлестывать станешь? – снова сорвалась в пике Нино.

– Далась она тебе, – фыркнул Елисей. – В зеркало на себя посмотри, а потом вспомни, как она выглядит.

– Это еще зачем? – не поняла девушка.

– А затем, чтобы понимать, кто из вас красивее, – рассмеялся Елисей, обнимая жену.

В следующую минуту они самозабвенно целовались, забыв обо всем на свете. Из бани они выбрались часа через три, довольные и счастливые. Бабка Радмила, едва увидев их светящиеся довольством физиономии, только понимающе усмехнулась и, кивнув, задумчиво протянула:

– Ну, теперь, даст бог, в следующем годе станем еще одного княжонка-казачонка пестовать.

Услышав это, Нино залилась краской и спрятала лицо на груди мужа. Елисей, усмехнувшись в ответ, обнял ее, прижимая к себе, и, пожал плечами, лениво ответив:

– На то и семья, чтобы семь «я».

– Ну, оно и верно, – тихо рассмеялась бабка. – А тебя тут уж обыскались. От коменданта вестовой прибегал. Видеть он тебя хочет.

– Не было печали, – скривился Елисей. – Я жрать хочу, как из пушки, а им разговоры подавай. Подождут, – решительно отрубил он, обнимая жену.

– И то верно. Ты бы покормила мужа, девонька, – ласково обратилась бабка к Нино. – А то когда казак голоден, он и вожжой огреть может.

– Княжну? – игриво подбоченилась девушка.

– А княжна, чай, не баба, – фыркнула в ответ старуха. – Делом займись, коза.

К огромному удивлению Елисея, Нино, звонко рассмеявшись, ловко выскользнула из его объятий и моментально исчезла на кухне.

– Это как это она так? – удивленно проворчал он, поглядывая на бабку.

– Что, касатик, не ждал? – ехидно усмехнулась Радмила. – Запомни, милый. Баба бабу завсегда поймет. Особливо, ежели одна из них сильно старше да умнее. Нинке твоей матери шибко не хватает. Вот она ко мне душой-то и прикипела. Знает, что я ворчу да ругаю без злобы да без сердца. Так, для порядку. И что говорю все так, как должно. То и ей наука. Время придет, сама старшухой в доме станет.

– А я чего? Я ничего, – растерянно проворчал Елисей, чувствуя себя круглым дураком.

– И правда. Тебе наши бабьи дела без надобности, – свернула тему бабка. – Твое дело казачье. Землю защищать и добычу в дом везти.

Ее нравоучения прервала Нино, внесшая в комнату поднос, заставленный всякой снедью. Усадив мужа за стол, она ловко расставила тарелки и, повернувшись к Радмиле, спросила:

– А тебе, бабушка, принести чего?

– Благодарствую, милая. Чаю ежели только, – тепло улыбнулась в ответ бабка.

Кивнув, Нино снова унеслась на кухню. Елисей от такого зрелища чуть куском не подавился.

– Правильно ее мать покойница воспитывала, – одобрительно усмехнулась бабка вслед Нино. – И себя блюдет, и мужа почитает, и в хозяйстве понимание имеет. А что дурная иной раз бывает, так молодая еще. Кровь играет. Перебесится.

– Это ты про что? – насторожился парень, окончательно теряя аппетит. Подобные разговоры обычно бывали весьма непростыми.

– А то я не знаю, что она тебя к каждой юбке ревнует, – тихо рассмеялась Радмила. – Любит она тебя, вот и бесится. Не понимает еще, что от доброй жены только глупый муж загуляет. А тебя глупым никак назвать нельзя. Ты только не пришиби ее сдуру.

– Господь с тобой, бабушка, – поспешил откреститься Елисей. – И пальцем никогда не трогал.

– А то я норов твой бешеный не знаю, – фыркнула бабка. – Взбеленишься, махнешь раз лапой своей, и все.

– Вот потому и зарекаюсь, что лапы свои знаю, – закивал парень. – Я ж сам того не желая, руку по привычке кладу так, чтобы сразу убить.

– Знаю. Святослав, царствие ему небесное, таким же был, – грустно улыбнулась бабка.

Нино принесла ей чашку чая и сахарницу, тем самым прервав их беседу. Присев рядом с бабкой, девушка принялась увлеченно наблюдать, как парень поглощает принесенную снедь. Посмотрев на нее, Радмила только понимающе усмехнулась и, тихо вздохнув, проворчала:

– Вот то и есть, девонька, бабье счастье.

– Это в чем? – не понял Елисей.

– Смотреть, как любимый муж тобой приготовленное ест, и знать, что так он только твою стряпню есть станет.

«М-да, без стакана, эту домостроевскую философию хрен поймешь», – проворчал про себя парень, быстро доедая все поданное.

Подметя тарелки, он поблагодарил жену и отправился к себе, одеваться. Как ни крути, а если комендант посыльного присылал, значит, встретиться действительно надо. Надев все чистое, Елисей привычно затянул на талии пояс с оружием и вышел из дому. Через пятнадцать минут он, привычно постучав, вошел в кабинет коменданта и, поздоровавшись, спросил: