Так что на фиг, на фиг…
Не забывая оборачиваться и посматривать по сторонам, я дошел до кустов, в которые нырнула тропинка, и полез в них, раздвигая ветки руками. А когда заросли остались позади, меня как-то вдруг со всех сторон окружил город.
Через дорогу серые громады девятиэтажек и нарядная бежевая высотка, сбоку выстроенное из красного кирпича здание госуниверситета.
Студенты, машины, фонарные столбы, троллейбусные провода, отъезжающий от остановки автобус. Духота, пыль, выхлопные газы. Дышать просто невозможно.
Стою на асфальте в кеды обутый, короче говоря…
Это что получается, я прямиком на улицу Пилотов вышел? А парковка университетская куда запропала? Да и Набережную отстраивать взялись; какими такими секретными тропами мне их миновать получилось?
Ничего не понимаю.
Не понимаю? А ведь все предельно ясно…
В голове забрезжила догадка, и я вернул уже вытащенный мобильник в карман. Сначала все как следует обмозговать надо, потом куратору звонить.
Перебежав через дорогу, я по железной лестнице поднялся в расположенный на первом этаже жилого дома магазинчик с завлекательной вывеской "ПИВО" и с сомнением прошелся вдоль многочисленных кранов.
И в самом деле — пиво, пиво, пиво…
А мне только пива сейчас для полного счастья не хватало!
— Литр кваса, — попросил я, заметив написанный от руки ценник, и кинул на прилавок мятую сторублевку. Дождался, пока продавщица наполнит пузатую пластиковую бутыль, забрал сдачу и вышел на улицу.
Там, не спеша попивая холодный квас, я прокрутил в голове сегодняшние события, не нашел в своей теории особых изъянов и набрал куратора.
— Что значит, где меня черти носят? — возмутился в ответ на необоснованную претензию. — Я работал вообще-то! Давайте, подъезжайте за мной на Пилотов. Магазин "ПИВО" через дорогу от главного корпуса университета. Все, жду.
И ничего больше не слушая, отключился. Скинул рюкзак на газон, сам улегся рядом и, заложив руки за голову, уставился в небо.
Хоть немного дух перевести. А то чего-то вымотался, сил никаких нет…
Виталий прикатил минут через десять. Заехав прямо на тротуар, он опустил боковое стекло и усмехнулся:
— Тут одно гостеприимное заведение во дворах расположено. Не знаю, как сейчас, а раньше оно медвытрезвителем именовалось…
— Мне столько квасу не выпить. — Я поднялся с газона и подошел к автомобилю. — А остальные где потерялись?
— Дела у них, — неопределенно хмыкнул водитель и протянул руку к пузатой бутылке: — Можно?
Я разрешил; Виталий протер ладонью горлышко, хлебнул и указал на магазин:
— Здесь брал?
— Ага.
— Посмотри за машиной, — попросил он и, на ходу доставая бумажник, взбежал по гулкой лестнице.
— Не проблема.
С рюкзаком в руках я забрался на заднее сиденье, кинул полупустую бутылку под ноги и вновь набрал куратора.
— Ну и где тебя черти носили? — с ходу зарычал в трубку Владимир Николаевич.
— В смысле?
— Ты издеваешься? Четыре часа до тебя дозвониться не могли!
— Четыре часа?! По моей оценке прошло существенно меньше времени…
— Да что ты говоришь?! Ну-ка проверь!
— Сейчас. — Я посмотрел на наручные часы, перевел взгляд на экран телефона, который получал данные напрямую от мобильного оператора, и обнаружил, что "командирские" отстают на три с четвертью часа. — Блин, есть такое дело…
— Ладно, докладывай, — потребовал отчета Шептало. — У меня как раз несколько свободных минут образовалось.
Подводя стрелки часов, я вкратце рассказал о случившемся, но выводами делиться пока не стал, как не стал и отговаривать куратора, вознамерившегося отправить по моему маршруту пару человек.
Пусть пройдутся, дополнительная проверка моей гипотезы лишней точно не будет.
Тут вернулся Виталий, я принял у него пару пузатых бутылей с квасом, устроил их рядом и спросил:
— Куда сейчас?
— В институт велели, — усаживаясь за руль, ответил водитель. — Нет возражений?
— Нормально.
И мы поехали. Быстро так поехали, но нельзя сказать, чтобы очень уж весело. Виталий включил "Радио Шансон", а поскольку от большинства резидентов этой станции меня откровенно подташнивало, я вскоре не выдержал и поинтересовался:
— Слушай, у тебя Наговицына нет случаем?
— Почему нет? — И водитель вставил в магнитолу компакт-диск со сделанной черным маркером надписью "Дори-Дори".
Распластались у двери глухари,
Поохотились не зря егеря.
Одинокая свеча догорит,
Да потом ее заменит заря.
Пули бронзовой блеск,
Укороченный ствол…
Ну вот, другое дело! Насколько наших так называемых шансонье на дух не переношу, настолько Наговицын цепляет. Присутствуют у него в голосе интонации какие-то…
И, развалившись поудобней на широченном сиденье, я как-то совершенно незаметно для себя самого задремал. Все же ничто так не восстанавливает душевное равновесие, как осознание того, что с твоими проблемами придется разбираться кому-то другому…
— Приехали! — вырвал меня из полудремы голос Виталия.
Я продрал глаза и увидел, что внедорожник въехал в просторный двор, а за нами, отсекая глухую улочку, медленно закрываются автоматические ворота.
Надо сказать, само по себе здание НИИ впечатления не производило. Обычная трехэтажная коробка, втиснутая меж разделенным на офисы проектным учреждением и глухим торцом жилого дома. Внимание привлекали разве что глухой забор с пущенными поверху витками колючей проволоки да лес антенн на крыше. Ну и машины на территории вовсе не дешевые стояли.
Виталий загнал внедорожник на свободное место, я выбрался из салона и уточнил:
— Куда теперь?
— Оружие сдавай.
— Держи.
Вытащил из кобуры ПМ, вынул магазин, выщелкнул досланный патрон. Вернул пистолет Виталию и взамен получил пластиковую карточку с фотографией, фамилией-именем-отчеством и институтской должностью.
— Это местный пропуск. — Водитель захлопнул дверцу, поставил машину на сигнализацию и зашагал к ближнему крыльцу. — Идем, нам сюда.
Мы поднялись по выщербленным бетонным ступенькам, и парень, проведя собственным электронным пропуском у датчика, отпер замок. Дальше оказался небольшой тамбур, где бдительный охранник внимательнейшим образом изучил наши документы и только после этого разблокировал ведущую во внутренние помещения дверь.
— Все серьезно у вас, погляжу, — не удержался я от усмешки, поднимаясь на второй этаж.
— Выездная проверка Счетной палаты идет, вот и соблюдают инструкции от и до, — пояснил Виталий.
— Проверяют, сколько наворовали?
— Так точно.
По пустому коридору мы дошли до приемной с табличкой "Григорий Петрович Грачев, заместитель директора по транспорту", и там водитель спросил у сидевшей за столом тетеньки средних лет:
— Можно?
— Вас ожидают, — кивнула та.
Виталий приоткрыл обитую искусственной кожей дверь и заглянул внутрь:
— Не помешаем?
— Входите, — отозвались из кабинета.
Водитель пропустил меня вперед и поинтересовался:
— Владимир Николаевич, я схожу пока оружие сдать?
— Разумеется, — отпустил его Шептало и обратился к хозяину кабинета: — Григорий Петрович, это заместитель начальника нашего центра повышения квалификации. Леднев его фамилия. Он же Лед, он же Скользкий, ну да вы в курсе.
— Наслышан, наслышан. — Замдиректора по транспорту, на длинной птичьей шее которого выделялось крупное адамово яблоко, привстал из-за стола и протянул руку. — Александр Сергеевич, если не ошибаюсь?
— Все верно, — ответил я на рукопожатие.
Григорию Петровичу оказалось лет под сорок, и внешность его полностью соответствовала занимаемой должности. Этакий якобы простоватый мужичок, неотесанный, угловатый, в немного косо сидящем пиджаке и рубашке с расстегнутой верхней пуговицей. Снятый галстук обнаружился на подоконнике, и, вероятно, надевался он исключительно на время общения с ревизорами.
