— А что является недопустимой жертвой?
— Надеюсь, нам не придётся об этом думать, — ответил шеф. — До связи.
На входе меня приветствовала хмурая Рита. Она смотрела в сторону. Бросила короткий взгляд и отвернулась. Внутри пела песни Саша. Как раз подходил к концу последний куплет «Дагона».
У стены на диванчике сидел Феликс, как всегда залипнув в телефоне.
— Так, все, кто может охотиться самостоятельно, подойдите на совет клана, — процитировал я одну старую книгу.
— Смотрю, настроение у нашего уважаемого начальника на высоте. Что-то хорошее случилось?
— Очень, — ответил я. — Этот круг заканчивается, и, возможно, кого-то из нас сегодня сотрут. Кто помнит, сколько было максимально стирателей за один раз?
— На прошлом круге сперва четверо, а потом сорок восемь, — спокойно ответил Феликс.
— А до этого?
Молчание.
— Восемнадцать во время кризиса Несбывшейся. Это самый крупный отсечённый участок Города, — сказала Марта, выходя в коридор.
— Сегодня у нас вновь сорок восемь. И мы понятия не имеем, какого хрена они припёрлись. В Городе нет крупных аномалий, тем более на такое количество стирателей.
— Что говорит Миша? — спросила готесса.
— Собираться и выходить в центр. Но в целом они тоже не в курсе, что происходит.
Город спал. Это было частью кризиса стирателей. Обычные первоуровневые засыпали, чтобы плавно перейти в следующую жизнь. Стиратели шли через Город, попутно избавляясь от всего, что может ходить и не наряжено в жёлтый.
Мы вышли всей компанией из офиса. Вооружённые, насколько это позволяло первое эхо. Миша сбросил карту с отметками, где было хорошо видно множество красных точек. Стиратели шли со всех сторон, окружая центр города, чтобы никто не мог выбраться.
У меня закрались некоторые смутные подозрения, и я хотел набрать начальству, но Михаил меня опередил.
— Полярис! Вы где сейчас⁈ — голос у него был нервным, что для Миши явление нестандартное.
— Идём в центр…
— Феликс с Тобой? Где Миттани?
— Да, со мной. Твоя дочь осталась в офисе, сказала, что ты ей напишешь.
— Точно! — он обрадовался, будто забыл о ней. — Смотри, войдите в ближайший дом с подвалом, или глубоким погребом. Спрячь Феликса там, затем в центр. Задачу понял?
— Да. А что… — в ответ послышались гудки.
Я так и не задал вопрос, но два и два сложить умею. У Феликса и Миттани была лишь одна общая черта.
Беру телефон и набираю Маруславу, которая осталась у офиса вместе с Красноглазкой и Церхесом.
— Полярский?
— Бери своих подопечных и дуй в подвал. Самый глубокий. Спрячь их где-нибудь.
— Что случилось?
— Не знаю, но сходка прячет бывших стирателей. Перестраховка лишней не будет.
— Поняла. Здесь рядом маркет с подземной парковкой. Пойдёт?
— Сильно не гуляйте по улицам. Избегайте всего что шевелится, первоуровневые все спят.
— Поняла, — повторила Маруслава и положила трубку.
Я посмотрел на побледневшую Таню.
— Где твой брат?
— Дома… как всегда… И он не пользуется телефоном…
— Езжай домой. Я отмечу тебя лидерством, остальное сделает акцессия. Береги себя. Не позволяй себя стереть.
Она кивнула и отошла от группы. Присела на асфальт и начала вытаскивать спрятанные внутри подошвы обуви колёса роликов.
— Личное всегда превыше общественного, — не удержалась Саша, на что Таня только скривилась.
— Феликс! — обратился я к искателю. — Тебе Миша говорит спускаться в самую глубокую нору и не отсвечивать.
Парень удивился, но кивнул и не стал задавать лишних вопросов.
— Считай, что меня уже нет.
— Если что-то изменится, я пришлю сообщение.
— Или просто знай, что я буду вон там, — он указал на возвышавшийся над домами купол церкви. — В этом храме очень глубокий подвал, выходящий в подземные кельи. Только связь там не ловит, понятное дело.
— Если что, я зайду за тобой, но, скорее всего, мы прощаемся до следующего круга. Береги себя.
— Не сомневайся, буду. Ты тоже берегись и береги остальных, шеф.
На площади была уже собрана вся элита пробуждённых. Я впервые увидел своих коллег-аномальщиков, с которыми до этого общался только в чате. А под памятником вождю собралась верхушка сходок. Полуликая в маске, закрывающей половину лица, в окружении пафосных ребят в косплее. Именно так это смотрелась на фоне относительно современного города.
— О, Малигос! Привет, вы тоже тут! — радостно приветствовала нас пробуждённая, которая слегка шепелявила из-за отсутствия трёх верхних передних зубов.
— Рад вас видеть! — обрадовался мой друг и принялся обниматься с девушкой и её спутниками, кудрявым бородатым парнем и ещё кем-то. Моё внимание привлёк их лидер.
— Полночный Понь, — протянул мне руку высокий блондин с длинными волосами, собранными в хвост. Одет он был в простую рубашку и джинсы.
— Полярис, — я пожал руку пробуждённого.
— Наши имена похожи. Хороший повод для начала дружбы.
— Я только за, коллега, — улыбнулся я. — Есть новости, зачем мы здесь? Надеюсь, не воевать со стирателями?
Понь засмеялся но как-то нервно.
— Что, я угадал? Их сорок восемь штук, ты в курсе?
— В курсе, — ответил он. — Тут даже оргия с богами хаоса не поможет. Но, наверное, наверху же есть хитрый план, да?
— Приятно видеть человека с чувством юмора, — улыбнулся я. — Они выжидают. Вообще непонятно, что стирателям тут нужно. Есть, кстати, идеи?
— Вы же, как и мы, бродили по Городу в поисках аномалий. Я бы сообщил наверх, если бы нашёл что-то серьёзное.
— Гляди-ка, — обратил я внимание аномальщика на кудрявую девушку в жёлтом плаще, за которой шли двое мужчин с большими мешками.
Внутри были другие жёлтые плащи с капюшоном.
— Не нравится мне всё это, — выразила общее мнение Марта.
— Но от халявы отказываться не будем, — криво улыбнулся я и шагнул к раздаче.
Другие тоже собирались поближе и создавали толпу. Я задержался, не горя желанием толкаться ради плащей, которых и так на всех хватит. Со стороны памятника как раз шли ещё двое с мешками.
А дальше, под самым постаментом, стояли наряженные точно такие же плащи Вечные.
Где-то вдали раздался трубный рёв. Будто охотничий рог, которому вторил механический звон сирены. Я обернулся и увидел фигуры в красном, двигающиеся на нас из-за переулка.
Стиратели уже были тут, и они пришли за нами на площадь.
Почему так быстро?
Что, если мы сильно ошибались, и их целью были всё это время пробуждённые? Город решил избавиться от всех с инкарнацией выше единицы?
Я выхватил протянутую мне связку плащей и потащил их к остальным. Полоскун был тут как тут, хватая ещё несколько и сразу принимаясь раздавать остальным. Накинул желтизну и я. Не знаю, насколько это помогает, и почему вообще должно. Ладно, у монстров реакция может быть такая на жёлтое, а эти-то относительно разумны.
Через ряды в нашу сторону направлялся Михаил. Но не к нам, а мимо. Он шёл в сторону показавшейся группы стирателей, а жёлтый плащ трепетал на ветру.
— Руководствуясь правом древнего договора, я требую ответ! — воскликнул Миша и встряхнул свитком, который развернулся почти до самой земли.
Тишина. Стиратели застыли, глядя на него и не предпринимая никаких действий.
— Руководствуясь правом древнего договора, я требую ответ! — повторил Михаил во второй раз.
Тишина.
Площадь замерла. Ряды ничего не понимающих людей стояли, глядя на страшного противника, с которым никто здесь не хотел иметь дел. Аномальщики не были спецназом, и к бою с такого рода существами никто не был готов. Да что там, от всех собравшихся толку почти не будет. На первом эхо большинство присутствующих — просто обычные люди. Стиратели же против нас, как супергерои.
— Руководствуясь правом древнего договора, я требую ответ! — повторил Михаил в третий раз. — Зачем вы явились⁈
У стирателя, который шёл первым как главный, будто бы не было голоса. Он что-то прохрипел неразборчиво, а затем указал длинным крючковатым пальцем в сторону площади.
