Тензор порядка (СИ) - Гор Алекс

Уже понимая, что, скорее всего, Гегемон забрал её для того, чтобы совершить месть, Агата вдруг успокоилась, отчётливо осознавая, что, похоже, её жизнь подошла к концу. Но в душе она чувствовала радость — человек, которого она любила, остался жив, и она перестала быть для него обузой. Как бы баронесса ни верила в слова Бора про необходимость ей быть рядом с ним, где-то глубоко в душе она прекрасно понимала что, по сути, землянину для осуществления плана по спасению вселенной никто не нужен. Поэтому она уже морально приготовилась умирать — раз уж других вариантов не предвидится. Аграфка не желала разговаривать с этим мерзким существом, уничтожающим всё вокруг, поэтому молча стояла и с призрением смотрела на своего похитителя.

А тот лишь улыбался и улыбался, всё шире растягивая пасть, и наконец прорычал:

— Наверное, ты думаешь, что я тебя сейчас уничтожу? Можешь не переживать, какое-то время у тебя ещё осталось. Твой друг мне ещё нужен. Поэтому пока я оставлю тебя в живых, — и Гегемон указал когтистым пальцем на одно из помещений для содержания узников. — Теперь это твоё место.

Агата бросила взгляд в указанном направлении и увидела тесное тёмное помещение — максимум четыре на четыре метра — с небольшой каменной скамьёй, видимо, заменявшей кровать. Условия здесь были спартанские, и, честно говоря, этой особе благородных кровей вообще не хотелось испытывать их на себе. Но её определённо обрадовало хотя бы то, что непосредственная гибель в данный момент не ей грозит. Девушка лихорадочно прокачивала в голове непростую ситуацию, в которой оказалась, однако, раз уж так получилось, что она сейчас с этим ублюдком, нужно пытаться хоть чем-то помочь Винду. Поэтому она собралась с мыслями и, как настоящая аграфская баронесса, максимально дружелюбно натянула на лицо дежурную улыбку, подкрепленную массой баз знаний в том числе и психологической направленности.

— И как же мне к Вам обращаться, мой коварный похититель? — проворковала она, моментально преображаясь из растерянной раненой девушки в окровавленном комбинезоне в очаровательную дурочку, но вместе с тем чертовски милую и непосредственную, чем сразу же сбила с толку абсолюта, прожившего миллионы циклов и начисто забывшего о том, какими могут быть женщины.

— Что? — растерянно спросил Гегемон, но тут же поправился. — Меня зовут Карра Кен.

— Какое удивительное имя! Прямо чувствуется мощь, что-то рычащее, грозное… А Вы, случайно, не правитель какого-нибудь государства?

— Ты что несёшь, самка? — прорычал ящер.

— Да ладно Вам, Кенчик! Ну Вы же должны понимать, что я не представляю для Вас абсолютно никакой опасности. И раз уж так получилось, что Вы взяли меня в плен и сделали заложницей, то какой смысл наказывать меня ещё и одиночеством? Я ведь девушка, и мне становится очень грустно от одной мысли, что я буду сидеть вот в этих четырёх стенах. Вы ведь понимаете, что я никоим образом не могу от Вас убежать? Я вообще не знаю, где нахожусь, да и у Вас здесь наверняка масса охраны, если она Вам вообще нужна… Поэтому, может быть, рассмотрите мою малюсенькую просьбу и разместите меня в каком-нибудь более-менее приличном месте? Я ведь всё-таки баронесса. Перед тем как вы меня похитили, я, кстати, доказала это в суде, прикончив на ритуальном поединке того, кто пытался обесчестить мой род. И было бы максимально учтивым с Вашей стороны, если бы Вы согласились предоставить мне доступ к медицинской капсуле — меня ранили, да и одежду испортили. Я думаю, Вам, как главе целого государства, это не составит абсолютно никаких трудностей, Вы даже не заметите финансовых потерь, связанных с этой крохотной просьбой. А я клятвенно обещаю не думать о Вас плохо. Мне, признаться честно, очень интересна причина Ваших с Бором разногласий.

— Хорошая попытка, девочка. Я бы сказал, творческая. Даже скажу так — она засчитана. Но не стоит пытаться играть со мной! При желании я выпотрошу твой разум, абсолютно не напрягаясь. Но так и быть, я пойду тебе навстречу.

Древний псион, наверное, один из самых старых существ, живущих в данный момент в этом варианте вселенной, потратил всего мгновение на то, чтобы проанализировать физические повреждения аграфки и запустить процесс ускоренной регенерации. Рана на боку у девушки буквально на глазах стала затягиваться и спустя всего несколько секунд полностью закрылась, оставив на месте кровоточащего повреждения лишь тонкую розовую кожу.

Восстанавливать пустотный комбинезон, в который была одета девушка, Гегемон не стал — лишних сил и, что самое главное, времени на это тратить он не хотел. Поэтому по его запросу искин дворца изготовил комплект, подходящий для ношения данным типом разумных существ. Комбинезон вскоре был доставлен небольшим сервисным дроидом, предназначенным для выполнения мелких операционных задач. Шустрый кибернетический помощник сгрузил свою ношу рядом с баронессой, и девушка, правильно интерпретировав ситуацию, молча развернулась спиной к ящеру и принялась снимать с себя повреждённый элемент униформы, вскоре оказавшись полностью обнажённой.

Карра Кен, внимательно следивший за поведением пленницы, вынужден был признать, что с точки зрения эстетики эта самка выглядела достаточно… привлекательно. Хотя, судя по всему, предоставленный комплект оказался явно не совсем по размеру — по крайней мере, магнитная застёжка на груди никак не желала полностью стягивать две половины комбинезона.

Совершив несколько бесплодных попыток, девушка бросила это занятие и практически искренне поблагодарила Гегемона:

— Кенчик, ты такой милый! Спасибо тебе большое. Вот зря говорят, что ты негодяй из негодяев. Они просто тебя плохо знают. На самом деле ты тот ещё душка, главное — найти к тебе подход.

Гегемон хотел что-то возразить, даже несколько секунд угрожающе смотрел прямо в глаза девушке, которая, по всей вероятности, хотела над ним поглумиться, но затем, решив, что тратить время на бессмысленные разговоры не стоит, попросту решил подкорректировать её ментальные установки. Однако, как только он попытался войти в её разум, то тут же попал в коварно устроенную ловушку и сразу же понял, что землянин оказался довольно хитёр и использовал свою женщину в качестве своеобразной наживки. Хотя, с другой стороны, возможно, таким образом он попытался просто обезопасить её разум от вторжения.

Как только рептилоид начал проникать в мыслительный процесс аграфки, тут же возникал очаг воронки ментального лабиринта, который не подразумевал никаких путей отхода. К счастью для себя, абсолют находился на такой стадии развития, что попасть в подобную западню не мог — по крайней мере, он сразу же видел технику, которая была применена в данном случае и всегда успевал выйти до того, как его засосёт ментальная воронка, и он окажется в безвыходной ситуации. Сделав несколько десятков попыток и убедившись в том, что он ничего не может сделать с разумом девушки, Гегемон прекратил эти бессмысленные действия и даже усмехнулся, признавая на данном этапе хоть и маленькое, но поражение.

Однако Карра Кену всё ещё можно было организовать доступ к мозгу девушки посредством удаленного подключения к её нейросети, и у него даже практически это получилось, хотя он и натолкнулся на мощный защитный контур, работающий на алгоритмах, с которыми он никогда раньше не имел дела. В открытом доступе оказалось всего несколько дампов памяти. Решив на всякий случай просмотреть, что в них находится, рептилоид в растерянности замер, потому что практически все они оказались заняты протокольными записями, описывающими процесс совокупления данной самки с таким ненавистным ему землянином. Причём, на его взгляд, выглядело это максимально омерзительно и неэстетично. К ужасу абсолюта, запись материалов велась через биологические оптические органы и, по сути, представляла собой видео от первого лица. То есть, восприняв эти воспоминания, Гегемон волей-неволей вынужден был поставить себя на место разумного, записывающего эти скабрезные материалы. Ему моментально захотелось прекратить этот травматичный опыт, что он и сделал, полностью разорвав контакт.