Охота на мастера. Том 3 (СИ) - Лисина Александра

— А что по видению Альвара?

— Он теперь постоянно видит свою смерть, — резко помрачнел его величество. — Я просмотрел записи. По Кэри сомнений почти нет — при анализе спектров его аура в конце видения даже не просматривается. Провидцы тоже склоняются к тому, что ситуация выйдет из-под контроля. Тогда как Люк… если Кэри действительно умрет, а он свалится из той машины, то о себе он думать уже не будет. Ему будет просто не до того. А если Кэри только травмируется, то Люк, если будет уверен в его смерти, все равно погибнет. И Кэри умрет вместе с ним.

— Они же связаны. Люк должен чувствовать мальчишку и точно знать, умирает тот или нет.

— Ему всего двенадцать. Мы его, конечно, готовим к любому повороту событий, даже к тому, что с Кэри ему однажды придется… расстаться. Но конкретно здесь он, скорее всего, не справится, поэтому, если нам не удастся предотвратить открытие разлома, высылать его из города нельзя.

Мастер Майэ посидел, подумал, рассеянно поглаживая полу своего белоснежного таоми, а потом снова спросил:

— А по Арросу что?

— Иэ пока молчит. Видение Люка тоже не очень конкретно. Но с высокой долей вероятности, чтобы не потерять сыновей, я должен буду сделать все наоборот — Люка оставить в городе, тогда как Арроса, напротив, отослать за пределы дворца. Аналитики прокручивают самые разные варианты. Ищут закономерности. Провидцы тоже прощупывают все существующие линии вероятности на предмет более мягких последствий. Но пока ясности нет. Когда ты сможешь дать мне своих портальщиков?

— Сейчас еще только конец года, — задумчиво проговорил мастер мастеров. — До середины осени точно успеем.

— Я хотел бы иметь гарантии…

— Гарантий нет, Аль, — со вздохом посмотрел на его величество мастер Майэ. — К сожалению, ситуация такова, что впервые за долгое время я не могу сказать ничего определенного. Это, боюсь, зависит не от меня.

— Может, с мальчишкой ты поторопился?

— Нет, — качнул головой старый маг. — Когда сразу две сильные провидицы в голос говорят, что он окажется в точке переплетения множества линий вероятностей, к этому следует отнестись более чем серьезно.

Его величество едва заметно вздрогнул.

— Гурто?

— Да, Аль, — вздохнул мастер Майэ. — Иэ до последнего не была уверена, но, похоже, нас в скором времени ждет именно это. Схождение множества линий вероятности в одну точку. Причем, судя по ряду признаков, это будет наихудший его вариант, когда будущее множества людей… и наше с тобой тоже… начнет зависеть от решений одного-единственного человека.

— Почему Иэ считает, что этим человеком станет именно Гурто?

— Потому что все к тому идет. Как ни странно, но именно он находится в центре темного полога и именно на нем завязаны чужие судьбы. Ему же в итоге придется решать, что с нами со всеми будет. И от того, как он к нам отнесется, будет очень сильно зависеть наше с тобой общее будущее.

Его величество поднялся из-за стола и, нахмурившись еще больше, подошел к окну. К ночи на улице начал накрапывать мелкий дождик. И без того темное небо, затянутое к тому же черными тучами, казалось сегодня особенно недобрым. Но это было сущим пустяком в сравнении с известием, что судьба первого рода… судьба его семьи и всей страны в целом… вдруг окажется зависима от прихотей какого-то подростка.

Если Иэ права насчет будущего, то мальчишка — как краеугольный камень в основании пошатнувшейся башни. Выдерни его или даже просто толкни, как вся конструкция мгновенно выйдет из равновесия. И как ее ни стабилизируй потом, как ни пытайся удержать, рано или поздно она все равно рухнет, тогда как казавшаяся незыблемой башня раскатится по земле бесполезными обломками, которые потом уже при всем желании воедино не соберешь.

Он не хотел для страны такой судьбы.

И не совсем понимал, почему именно этот подросток… именно Адрэа Гурто… должен был стать тем самым камнем, который нельзя даже пальцем тронуть.

Впрочем, не верить Иэ он тоже не мог. Да и учитель считал, что мальчишка особенный. Его собственный сын-провидец верил ему беззаветно. И это не могло не настораживать.

В то же время тэрнэ не мог не замечать, что некая доля правды в словах учителя все-таки есть. Вокруг Гурто, словно нарочно, все время что-то происходило. Он постоянно оказывался в фокусе чужого внимания. Всевозможные неприятности тянуло к нему как магнитом. А временами они подступали к нему настолько плотно и опутывали настолько тесным коконом, что казалось — все, больше он из этого кокона уже не выпутается.

В то же время создавалось впечатление, что сама судьба бережет его от смерти. Несмотря на возраст, он умудрился выпутаться из таких передряг, оказавшись в которых, мог спасовать и гораздо более опытный маг.

А он… как заговоренный… упорно шел по жизни, таща за собой темный полог, причем совершенно не ощущая его тяжести. Тогда как сам полог, будто привязанный, упорно следовал за ним по пятам, порой нависая так, словно был готов вот-вот обрушиться, но потом так же необъяснимо отступая, будто опасаясь лишний раз задеть макушку этого странного парня.

— Что ты предлагаешь? — спустя довольно продолжительное время осведомился его величество, продолжая напряженно размышлять. — Я, как ты и просил, его не трогаю. Мои люди за ним присматривают, но ненавязчиво. Издалека. Поэтому, если что, спасти его будет некому.

— Его и не нужно спасать, — улыбнулся мастер Майэ. — Если именно ему суждено оказаться однажды в точке переплетения, то спасение всех нас — это как раз его задача. Справится ли он… не знаю. Но Иэ в него верит. И ее правнучка тоже. Твой сын в этом абсолютно уверен. Да и моя ученица…

Он вдруг тихонько хмыкнул.

— В последнее время мне все больше начинает казаться, что она его от меня бережет. А от тебя — еще больше.

Его величество резко обернулся.

— Провидица? Та самая, что отказалась помогать тебе с Двойником?

— Она самая, — задумчиво проговорил мастер мастеров. — А провидцы, сам знаешь, просто так ничего не делают. Поэтому мой тебе совет — не дави на парня. И не мешай ему делать то, что он делает.

Тэрнэ страдальчески искривил лицо.

— Да не трогаю я его, не трогаю… совсем. И ты лучше кого бы то ни было знаешь, до какой степени мне это не нравится.

— Знаю, — грустно улыбнулся мастер Майэ. А потом с новым вздохом поднялся. — Спасибо, Аль. Не сомневайся, мальчик нас не подведет.

Его величество промолчал. А когда старый мастер ушел, вернулся за свой стол, какое-то время невидящим взглядом смотрел на монитор, на котором висел очередной отчет особого министерства. Немного подумал. А потом повторил про себя последние слова учителя насчет того, что Гурто их не подведет, и с тяжелым вздохом произнес:

— Хотелось бы в это верить…

— Что у тебя? — отрывисто спросил тан Эранд Босхо, когда в его кабинет бесшумно зашел, держа под мышкой неизменную черную папку, верный Тахо. — Есть новости?

Слуга коротко поклонился.

— Да, мой тан. Информации довольно много, поэтому, если позволите, я начну по порядку. От менее значимых событий к более значимым.

Перехватив разрешающий взгляд, Тахо выпрямился и, раскрыв папку, зашуршал листами.

— Итак, первое. Ваш кузен, лэн Норанд, этим утром в шесть тридцать две благополучно скончался в нашей семейной клинике, куда некоторое время назад был помещен на лечение. К сожалению, степень разрушения его мозговой ткани оказалась значительно больше, чем показала первичная диагностика, и эти разрушения, несмотря на проводимую терапию, продолжали нарастать вплоть до полной атрофии серого вещества преимущественно лобных долей. Вот заключение целителей…

Он подошел и тщательно отработанным жестом выложил на стол медицинское заключение команды целителей, которое подтверждало слова Тахо и давало крайне негативный прогноз для пациента.

— В последние недели ваш брат перестал узнавать родных и близких, — продолжил помощник, пока тан бегло просматривал бумагу, на которой стояло сразу несколько подписей и печатей от местных светил. — Одновременно с этим у него появились быстро прогрессирующие двигательные нарушения, скорректировать которые целителям не удалось. Нейростимуляция и медицинские препараты эффекта никакого не дали — изменения продолжали быстро нарастать. Поэтому шесть дней назад он перестал вставать с постели. А этим утром у него случился паралич диафрагмы и вскоре после этого остановилось сердце. Реанимационные мероприятия согласно вашему пожеланию не проводились. Смерть была констатирована в шесть тридцать две.