Ну что. План готов. Приступим к завоеванию мира.
Глава 22
Новые вопросы
— Приветствую. Смотрю, вы, ваша милость, времени не теряли, — Володин встретил на пороге своего кабинета, лично выйдя в приёмную. — Получили личное благословение Её Высочества!
— Здравствуйте, Павел Маркович, — ответил я. — Давайте без милостей. То, что я стал бароном, не сделало меня другим человеком. Алексей — нормально. Как раньше. Вы меня старше, вот, — я показал полметра от пола, — таким ещё помните. Бегал, ноги в фонтане мыл… Ладно. Мне секретарь Великой княгини написала, что у вас здесь есть закрытая от всех зона. Внутренний сервер, помещение только для членов управляющего совета. Ведите в закрома, будем разбираться. Да и о проекте на «синице» уже надо поговорить. А то я чувствую, что скоро порвусь на сотню маленьких барончиков, если так дальше дела пойдут.
— Есть такая святая святых. Даже мне туда доступа нет. Там только ваш отец периодически обретался, — бодро ответил мне Володин.
Он стал выглядеть намного лучше после того, как мы с Кэт изничтожили его любовницу-шантажистку и по совместительству агента Орды. Тревожность ушла. Плечи распрямились. Вот что с человеком отсутствие стресса делает. Но ничего, стрессом я его обеспечу ещё. Не рад будет, что в партнёры мне набился.
— Не стойте на пороге, Алексей, — он бросил на меня косой взгляд, как бы ожидая подтверждения тона общения, а я легонько кивнул.
И двинулся за ним.
Секретарша проводила нас настороженным взглядом. Похоже, прекрасно понимала: если шеф лично выползает в приёмную встречать гостя, значит, разговор будет не про погоду и не про благотворительность. Володин, не сбавляя шага, провёл меня по короткому коридору, остановился возле глухой панели, приложил ладонь к пластине, дождался тихого щелчка и после этого показал на панель мне.
— Вашу биометрию должны были уже ввести. Прошу. Без второго отпечатка не открыть.
— А без вас? Простите, конечно, за вопрос.
— И без меня не открыть. Эта система безопасности ещё Григорием Алексеевичем заведена.
Я приложил ладонь. Сканер зажужжал, затем загорелся зелёным, и замок щёлкнул.
Комнатка внутри оказалась без окон, небольшая, тихая и какая-то нарочито пустая. Стол. Четыре кресла. Терминал без выхода в общий эфир. Даже воздух здесь был другой — сухой, прохладный и мёртвый, как в сейфовой комнате.
— Вот она, святая святых, — развёл руками Володин. — Внутренняя сеть, отдельный контур, запись не ведётся. Здесь иногда собирались члены управляющего совета. Ну или люди вашего отца.
— Прекрасно, — я огляделся и уселся в кресло. — Значит, можно поговорить нормально.
— Алексей, — он тоже сел, но не сразу, а будто проверяя, не передумаю ли я и не оставлю ли его стоять. — Судя по вашему тону, вы сейчас меня чем-то порадуете. Или добьёте. Одно из двух.
— Скорее первое, — весело ответил я. — Но в будущем это может обернуться вторым.
Он нервно улыбнулся.
— Обожаю такие заходы. Всегда после них либо деньги появляются, либо седые волосы.
— У вас и того и другого уже достаточно, Павел Маркович.
Он коротко фыркнул, но промолчал. Правильно. Почуял, что я перестал шутки шутить. Я откинулся в кресле и сказал:
— Я запускаю производство накопителей из дряни. Если помните патент из тех, что мы с вами обсуждали.
Володин моргнул. Потом ещё раз. Сцепил пальцы, положив руки на стол, и заявил:
— Алексей, я сейчас должен задать два вопроса. Первый: вы уверены, что правильно понимаете масштаб затеянного? Второй: это шутка?
— На второй отвечу сразу: нет. На первый — да.
— Хм, — он отвёл взгляд, потер переносицу. — Даже не знаю, радует меня это или пугает.
— Технический проект уже заказан. Не полностью на руках, но работа идёт. Дальше тянуть бессмысленно. Надо заранее собирать людей, площадку, оборудование, логистику. Я не могу ждать, пока мне принесут расчёты, лицензии и прочее. Надо уже сейчас начать набирать специалистов. И рабочих. И закупать производственные линии. И вы тот человек, который всем этим займётся. С моей посильной помощью.
Вот здесь он оживился, услышав знакомый ему язык. Язык «посредника». Собрать, найти, достать…
— Так, — быстро проговорил он, подаваясь вперёд. — Подождите. Подождите. Давайте сначала. Не забывайте, Алексей, что для меня это новость. Вы же выбрали проект, ни с кем не посоветовавшись.
— Ну почему ни с кем. С сестрой посоветовался. Она главный спонсор. Может выделить до двухсот миллионов рублей, — я специально занизил сумму, незачем ему аппетит разжигать большими деньгами.
— Понятно, — он потер руки. — А что ещё у нас уже есть, а чего нет? И, главное, какого масштаба вы хотите первую очередь производства?
— Первую — относительно небольшую. Мы начнём с Воронежа и губернии. Пощупаем ёмкость рынка. Расчёты будут через пару дней. С выходом продукции. Тысяч сто батареек в первый месяц.
— Ну хорошо, — он выдохнул. — Так. А сырьё? Хотя у вас же удел собственный…
— Зачем удел, когда у нас Синицынский район под боком. Там сырьё считай бесконечное.
— Ну… прямое управление Воронцовых… с бюрократией и лицензиями будет попроще и впрямь. У меня там и связи кое-какие есть в канцелярии князя… Хм. А ведь действительно идея-то на поверхности лежала.
Он чуть поморщился. Представил, наверное, каких денег уже лишился из-за упрямства моего отца. Ничего. Переживёт. Если я всё правильно рассчитал, скоро он станет миллионером.
— Хорошо, — он кивнул. — То есть площадку нужно будет арендовать?
— Пока что да. Но вы же сами говорите, что у вас подвязки в канцелярии. Вы, Павел Маркович, партнёром стали не в последнюю очередь потому, что у вас везде связи.
— Так и есть. Проще всего арендовать площадку под завод утилизации.
— Но у нас же не… — ответил я и задумался.
— Если я правильно помню технологию, вы собираетесь выжимать из дряни эфир, а токсичный осадок остекловывать и складировать, я прав?
— Именно так, — подтвердил я. — В этом смысл. Вместо дорогущих сборников эфира, чувствительных к дряни, давлению, сырости и ревматизму главного инженера, выдавливать пенку из… хм, отходов. Я понял вашу мысль. Производство как-то надо указать как побочный продукт утилизации. Умно, партнёр.
Он насмешливо кашлянул.
— Вот поэтому я и пришёл к вам, — продолжил я мысль. — Я во всех этих схемах совершенно не разбираюсь.
Володин чуть расправил плечи. Лесть в правильной дозировке на него действовала прекрасно.
— Так. Сырьё, площадка — с этим всё ясно. А вот с оборудованием… Вы же понимаете, что не найдёте готовую новую линию?
— Понимаю, — я смахнул пылинку с брюк. — Я и не буду искать. Это ваша задача, Павел Маркович. Нам и не нужна новая линия.
Он прищурился.
— А что тогда?
— Нам придётся использовать старьё. Без электроники, роботизации и прочих прелестей прогресса. Как вникнете в тему, поймёте почему. Старьё, но живое. То, что можно перебрать, допилить и пустить в ход.
На несколько минут установилась тишина. Володин прикрыл глаза, видимо обдумывая проект целиком. Даже пальцы расцепил и теперь стучал ими по столу.
— Да, — наконец проговорил он. — Да, старые линии… Земства. Уделы. Частные дворянские производства средней руки. Особенно старые семейные, где хозяин считает каждый рубль и до последнего выжимает ресурс из железа. Такие люди слово «модернизация» почитают ругательным. Пока агрегат хоть как-то дышит, они его не меняют.
— Это понятно. У меня одно опасение. А продадут?
— Продадут, — он усмехнулся. — Когда надо срочно латать кассовый разрыв. Когда сын хозяина проигрался. Когда дочь выходит замуж. Когда им нужен кэш, а выжимать, как вы сказали, сливки из… хлама надоело. Причин масса. Особенно в уделах. Там полно старого добра, которое в полисе бы давно списали и выкинули на свалку. А на местах оно ещё считается «вполне рабочим».
