Громкий стук в дверь заставил деревенского священника покинуть свою постель. Ничего не объясняя, гвардеец прежнего короля привёл его в пустую часовню и, вручив Библию, заставил немедленно совершить обряд венчания. В ночной тишине деревенской часовни зазвучал тихий голос святого отца. Стоя перед алтарём, двое влюблённых не спускали друг с друга счастливых глаз. Им не нужны были ни Парижский собор, ни сотни чужих глаз. Здесь, в деревенской глуши, наедине друг с другом, они были свободны и по-настоящему честны перед собой. Священник, окинув взглядом молодую пару, наконец задал свой главный вопрос.
– Фабьен, берёшь ли ты в жёны эту женщину?
– Беру, – без колебаний ответил гвардеец.
– Берёшь ли ты, Селеста, в мужья этого мужчину?
– Беру, – задыхаясь от счастья, ответила мадемуазель Моро.
– И коль не существует в мире причин, препятствующих этому союзу, я нарекаю вас мужем и женой.
Притянув к себе девушку, Фабьен прошептал ей на ухо:
– Ну, вот и всё. Селеста Триаль, теперь вы навеки моя.
Губы девушки дрогнули в улыбке, а в следующую секунду ощутили нежный дурманящий поцелуй, подаренный Фабьеном. Этот миг навсегда перевернул две жизни. Отныне и вовек Селеста доверила своё будущее Фабьену, а гвардеец, без тени сомнения, взял на себя ответственность за жизнь и судьбу любимой.
В эту часовню они ступили женихом и невестой, а вышли супругами, навсегда связавшими воедино нити своих жизней.
Позволив святому отцу вернуться домой, влюблённые задержались в часовне.
Глядя на молодую супругу, Фабьен заявил:
– Теперь я не оставлю Селесту. Я поеду с вами, куда бы вы ни направлялись.
– Нет, – резко обрезала его Мадлен. – Извини, но тебе придётся отправиться в Париж.
Фабьен удивлённо сдвинул брови.
– Вернуться в Париж? Невозможно! Я не брошу свою жену, когда ей грозит смертельная опасность.
– Останешься здесь – навлечёшь на неё беду, – объяснила Мадлен. – Весь двор знает, куда и зачем ты отправился. Тебе нужно вернуться и сказать, что не нашёл ни меня, ни Селесты.
– К чему всё это?
– Никто не должен знать, где мы и что делаем. Анри снова и снова будет посылать за нами погоню. Ты должен сбить его с нашего пути. Помогай ему в поисках, направляя по ложной дороге. Только так у нас будет шанс спасти Селесту и найти способ одолеть Абраксаса.
Фабьен повесил голову, терзаясь сомнениями.
– Селеста, как я могу расстаться с тобой теперь… Оставить одну.
Постоянно думать, увижу ли я тебя снова.
– Я не одна, – нежно ответила девушка. – Мадлен и Калеб – отличные друзья, они не дадут меня в обиду. Очень скоро мы с тобой будем вместе, а пока тебе нужно вернуться в Париж. Только так ты сможешь уберечь меня от взора короля.
Тяжело вздохнув, Фабьен попытался вновь убедить девушку изменить планы, но успехом это не увенчалось. Тогда, поцеловав на прощание молодую жену, гвардеец вскочил в седло. Оставлять Селесту одну было невыносимо тяжело, но он понимал, что не может остаться.
Попрощавшись, Фабьен пришпорил коня и направился в Париж.
А путники до рассвета пробыли в деревне Лек-Клер, и с первыми лучами солнца вновь отправились в путь.
Прошло несколько долгих томительных дней, прежде чем путники достигли ворот замка Шенонсо. Где-то там, за высокими стенами, обрела новый приют бывшая королева Франции. Понимая, что его вид вызовет у стражи вопросы, Калеб решил остаться в окрестностях замка и дождаться возвращения девушек на лоне природы.
Когда Селеста и Мадлен приблизились к воротам, им преградили вход двое вооружённых алебардами солдат. Девушки, прибывшие в замок без кареты, в платьях, покрытых слоем дорожной пыли, не вызывали доверия стражи. Уговоры и объяснения не помогали пронять охрану. Спустя некоторое время Мадлен уже отчаялась попасть в Шенонсо, но вдруг Селеста вспомнила, что прихватила с собой на память письма покойной Екатерины. Показав солдатам печать Медичи, девушки наконец получили разрешение войти.
Их проводили в сад, окружавший замок, и велели ждать.
– Правильно ли мы поступили, явившись к Луизе без приглашения? – беспокоилась Селеста.
– У нас не было выбора. Я уверена, Её Величество поймёт, – ответила Мадлен.
– Только не Величество… Она ведь больше не королева, – тихо напомнила Селеста, не сумев удержать в себе знания придворного этикета.
Спустя четверть часа в сад вошла служанка королевы.
– Её светлость примет мадемуазель Бланкар в своих покоях, но аудиенция должна продлиться не более десяти минут.
Мадлен и Селеста удивлённо переглянулись.
– Её светлость занята? Тогда мы можем подождать, пока она освободится и сможет говорить с нами, – предложила Мадлен.
– Её светлость приказала никого к ней не впускать, – пояснила служанка. – Для вас сделано исключение, но лишь на десять минут.
Не понимая, что происходит, Мадлен отправилась вслед за служанкой, оставив Селесту в саду.
Приоткрыв дверь в покои Луизы, служанка пригласила Мадлен войти.
Как только девушка переступила порог комнаты, дверь за ней закрылась. Мадлен осмотрелась. Новые покои бывшей королевы совершенно не походили на те, что были у неё раньше. Здесь не было ни ярких цветов, ни блеска золота. Стены утопали в чёрном трауре.
А комната казалась воплощением аскетизма. Разглядывая убранство королевских покоев, девушка не сразу обратила внимание на закрытые балдахины. И лишь когда кто-то зашевелился на кровати, обернулась, глядя на плотную ткань.
– Мадлен, это ты? – послышался знакомый голос.
– Ваше Величество? – удивлённая поведением королевы, Мадлен забыла о том, что говорила ей Селеста.
– Вы на кровати? Вам нездоровится?
Медленно и осторожно Мадлен направилась к постели. Услышав её шаги, Луиза громко объявила:
– Не подходи близко, не смотри на меня.
– Что с вами?
– Со мной всё в порядке. Для переживаний нет причины. Говори, зачем пришла? – Голос бывшей королевы казался раздражённым и слегка усталым.
– Я прибыла к вам, чтобы просить о помощи.
– О помощи? – удивилась Луиза. – Сейчас я вряд ли могу кому-то помочь.
– Я прошу о помощи не для себя, для Селесты Моро.
– Селеста…я слышала, что случилось с её родителями. Бедная девочка…
– Ей угрожает опасность. И единственный способ спасти её – помочь покинуть Францию. Сами мы сделать этого не можем, поэтому пришли к вам.
– А что наш новый король? – поинтересовалась Луиза. – Неужели он не в силах переправить мадемуазель Моро в другую страну?
– Мы не можем обратиться к нему, Ваше Величество. Я и Селеста тайно покинули Лувр. Мы сбежали.
– Вот так? Получается, вы в бегах и вас наверняка уже ищут. В таком случае вам следует немедленно покинуть Шенонсо. Я осталась одна, меня некому защитить. И я не хочу навлечь на себя гнев нашего короля.
Мадлен совершенно не узнавала Луизу: некогда смелая, уверенная в себе женщина сейчас казалась ей загнанной в угол, сломанной деревянной куклой. «Что с ней случилось?»
– Так вы не поможете нам?
– Нет, Мадлен, это не в моих силах. Но… – Луиза замолчала, задумавшись над чем-то, – я знаю того, кто может оказать вам нужную помощь. Правда, взамен попросит ответную услугу.
– Кто это, Ваше Величество?
– Ты всё узнаешь. В двух днях езды от Шенонсо есть деревня Арбре-Верт. На севере от неё в поле стоит заброшенная мельница. Отправляйтесь туда, вас будут ждать.
– Благодарю вас, Ваше Величество.
– Не называй меня так и поспеши: вас не должны видеть близ Шенонсо.
Луиза заворочалась и замолчала, давая понять, что разговор окончен.
С тяжёлым сердцем Мадлен направилась к двери. Уже уходя, она напоследок обернулась, бросив взгляд на закрытый балдахин.
– Если вам нужна помощь, если я могу что-то сделать для вас…
– Мне ничего не нужно, Мадлен. Хотя… Скажи, как поживает Алехандро?
– Месье Ортега? – удивилась Мадлен, – Он всё ещё находится при дворе и выполняет обязанности посла.
