– Сестра ждала ребёнка, – пояснила девушка. – Спасибо вам, что вспомнили её. – И она заплакала.
– Постойте, но, если Эда умерла, вы должны были бы сразу узнать о её смерти! – вырвалось у меня.
– Как так? – спросила мать Эды, и в её голосе послышалась надежда.
– Но ведь это очевидно: магическая сила должна была вернуться в вашу семью.
– Но разве сила не направляется к королю, чтобы он определил её назначение при помощи Книги Судеб?
– В нашем королевстве это правило распространяется лишь на сильнейших. Книга контролирует силу магистров. Только тех, кто прошёл Храм Судьбы и получил кольцо. В других королевствах всё иначе. Так сила вернулась к вам?
– Она не возвращалась! – воскликнула девушка.
– Значит, Эда жива, – заплакала хозяйка дома. – Спасибо вам, вы дали нам надежду. Как же мне вас отблагодарить?
Я уходила от них с тяжёлым сердцем. Я никогда не задумывалась о судьбе бродячих магов, посетивших наш замок, о том, что было с ними после того, как они уходили от нас. Могла ли Эда остаться, чтобы родить ребёнка в безопасности, или Проклятие Пути вынудило её покинуть надёжное пристанище? И что было с ними дальше?
Я вернулась в трактир, но произошедшее не давало мне покоя. Мне было необходимо с кем-то поговорить об этом. Несмотря на поздний час, я направилась к магистру Рэуту.
Когда магистру о моём приходе доложила синяя кошка, Рэут уже спал. Он выбежал на крыльцо взлохмаченный и заспанный.
– Что случилось?! – крикнул он.
– Мне надо с вами кое-что обсудить.
– Так поздно? До утра это не может потерпеть? Впрочем, зачем я спрашиваю? – Он жестом пригласил меня в дом и отправился на кухню разливать чай.
На кухне было идеально чисто. Последствия моей магии и огня были давно уничтожены. Рэут указал мне на кресло.
– Что случилась, Дная?
Я рассказала ему о сегодняшней встрече.
– То есть они не получают от Эды вестей уже шесть лет, – нахмурился Рэут, – но сила в семью не вернулась. Интересно.
– У вас есть мысли по этому поводу?
– Вы говорили, у девушки были изуродованы руки.
– Да.
– Кто это сделал?
– Она сама. Кто-то пытался удержать её цепями. Она превратила металл в кислоту.
– Значит, это были не просто цепи, какое-то заклятие на них всё же имелось. Иначе бы не пришлось так уродовать себя. Её удерживали родные?
– Не думаю, мне они показались очень добрыми людьми. – Даже сама мысль об этом была для меня невозможна. – Сестра упоминала о какой-то любви, из-за которой Эда произнесла клятву бродячего мага. К тому же Эда ждала ребёнка.
– Значит, её возлюбленный?
– Возможно.
– Вы хотите узнать правду?
– Да, но только после того, как разрешу свои проблемы. Я понимаю, это эгоистично…
– Вы не можете помочь всем, – оборвал мои оправдания Рэут.
– Спасибо, что выслушали меня. Не знаю почему, но мне хотелось поделиться этим. – Я поднялась, собираясь уходить.
– Дная. – Рэут коснулся моей руки. – Останьтесь. Раз уж вы разбудили меня, будет честно, если это будет вознаграждено. Расскажите мне свою историю, я ведь ничего толком не знаю о вас. Почему вы покинули свой дом и стали бродячим магом?
И я поведала Рэуту, почему ушла из своего замка. Получилось очень путано. Я говорила то об охоте, то о женихе, то о Рони, то о Лени. В конце концов я разревелась. Рэут слушал очень внимательно. Когда я заплакала, он подошёл к окну и долго смотрел на улицу, о чём-то размышляя. Потом вернулся ко мне:
– Успокоились? – спросил он ласково.
И я снова заплакала.
– Ну будет, – вздохнул старый маг. – Скажите мне: что вы надеялись найти, выбирая судьбу бродячего мага?
– Найти помощь. И лекарство для Рони.
– Я бы на вашем месте сначала хотел найти правду.
– Правда – это не главное. Рони…
– Боюсь, вы ошибаетесь, Дная.
Я поднялась, обиженная тем, что Рэут считает моего брата не достойным внимания.
– Уходить посреди ночи не обязательно, – сказал Рэут, – у меня есть гостевая комната.
– Боюсь, там такой слой пыли, что я задохнусь, – огрызнулась я и пошла к выходу. Хлопнув входной дверью, я почувствовала себя самым несчастным человеком на свете. Рэута я обидела совершенно напрасно.
На углу проезда Аптекарей я встретила Жука.
– О, кого я вижу! – закричал он радостно. – Чего бродишь впотьмах?
– А ты?
– Возвращался домой.
– Я тоже.
– Проводить?
– Если у тебя нет более приятных занятий, – буркнула я.
– Ну что может быть приятнее, чем гулять по ночным улицам с красивой девушкой?
– Ну тогда проводи.
Некоторое время мы шли молча.
– Чего ты сегодня такая злая? Обидел кто? – спросил Жук. – Так ты только скажи!
– Это я обидела.
– Кого?
– Рэута. Он столько добра для меня сделал, а я пнула его в самое больное место. В его одиночество.
– Дная, Рэут уже старый, а значит, мудрый, он наверняка увидел, что ты сделала это не со зла.
– Ну так я со зла!
– Он поймёт всё так, как нужно.
– Хорошо бы. Рэут очень много для меня значит.
– Почему?
Я пожала плечами:
– Не знаю. Но сейчас у меня сердце разрывается от боли.
Жук взял меня за руку.
– Какие у тебя пальцы холодные, – сказал он. – Замёрзла?
Я кивнула.
Парень снял куртку и набросил мне на плечи.
– Вот, теперь мы действительно напоминаем влюблённую парочку. – Он снова взял меня за руку, и мы пошли дальше.
Удивительное дело, но мне совсем не хотелось освобождать свою руку из его пальцев. Напротив, мне хотелось идти рядом с ним как можно дольше.
Когда мы подошли к трактиру, Жук снял с моих плеч свою куртку. В глазах парня отражался свет фонаря, горящего над трактиром, словно яркие звёздочки играли в синей глубине. Я залюбовалась этими звёздами.
Жук наклонился и поцеловал меня в губы. Нежно, почти неощутимо. И тут же исчез в темноте улицы. А я, замерев, простояла на крыльце трактира ещё пару минут, пока дверь не распахнулась и не появились ночные гуляки. Я прошмыгнула мимо них и поспешила в свою комнату, прижимая ладонь к губам. Словно таким способом стараясь удержать на них поцелуй. Меня ещё никогда не целовали. Но моё сердце билось так часто не поэтому. Я даже не могла объяснить, почему произошедшее со мной так важно. Я никогда не думала о Жуке всерьёз, но сейчас, после поцелуя, меня почему-то переполняло ощущение счастья. Словно этот поцелуй научил меня вновь радоваться жизни.
Сон, пришедший ко мне этой ночью, напомнил, что я рождена не для радости. В этом сне я была маленькой девочкой, лет четырёх. Меня разбудил звон часов на старой башне Замка Седых земель. Часы били полночь. Я, дрожа, вслушивалась в каждый удар, и вдруг полночь разорвал крик, полный боли и страха.
– Мама, – прошептала я, – мама! – и бросилась прочь из комнаты.
Никем не замеченная, я выскользнула из замка. Была зима. А на мне не было ни шубки, ни тёплых сапожек. Домашние туфельки вскоре потерялись в снегу. Но и босая я упорно шла вперёд, туда, где, как мне казалось, я слышала голос мамы. Холод и снег причиняли мне боль. Наст резал голые пятки. Но я не сдавалась. Вдруг передо мной появилась красивая женщина в белых мехах. Она протянула ко мне руки.
– Иди сюда, дитя.
– Нет! – заявила я упрямо. – Меня ждёт мама.
– Тихо, девочка, – шепнула мне незнакомка, – твоя мама уснула. Скоро и ты уснёшь. Хочешь к ней?
Я кивнула:
– Хочу, а кто ты?
– Белая госпожа. Ты слышала обо мне?
– Да! Ты принесёшь мне подарок?
– Обязательно, моя дорогая. Обязательно. Я подарю тебе покой под моими снегами.
– Мать, отпусти её. – Из-за снежной завесы показался юноша, его длинные белые волосы трепал ветер.
– Что ты делаешь здесь, сын? Почему не спишь?
– Я видел эту девочку в своём сне.
– Вы знакомы?
– Мы будем знакомы через много-много лет. Я буду любить её.
