— Злые вы, нет бы красоту показывать…
— А это чем не красота? — спросила Аква, приподнимая грудь.
— Она почти чёрная, и вены вздуты, будто под кожей ползут змеи, — возразил я.
— Озабоченный, — заявила Валькирия.
— А ещё он лизал нашу грудь, — заявила Соён, и мою руку крепко сжали.
— Лизал-лизал, и щёки, и живот, и… — продолжила Ёнхи, но получила от Любавы волной воды. Но обрызгало ещё и Инди с Аквой.
— Волком же был? Волком⁈ — спрашивала Любава.
— Волком-волком, — вздыхал я. — Они обе обмазались манго, а салфеток не было. Вот я с волчьими мозгами и решил слизать с них сок.
— Я кончила, — черноголовая показала большой палец и тут же была сбита волной воды.
— Я вас сейчас побью! — заявила рыжая, и полторашки спрятались под грудью Инди.
— Тяжёлые… — жаловались сёстры.
— Очень… спина болит… — вздыхала Инди.
— Ты волосы состригла? — спросил у неё.
— Да. Зачем мне пять метров? Оставила до попы.
— Вань, тут это… — к нам влетел Ли, посмотрел на нас, перекрестился, хоть и не христианин, и ушёл да закрыл за собой дверь.
— Мне захотелось его побить, — заявила Ночь, и все женщины закивали. — И вообще вам нормально с мужиком купаться? Вдруг они с Любавой сексом займутся или ещё что.
— Никакого секса в общественных местах, — возразил я. — И вообще, я уже накупался.
Я выбрался и тут же обернулся.
— Что?
— Задница класс, — Вика показала большой палец.
— Тут я соглашусь, — хохотала Ночь. — Если бы не была вся в чёрных венах, то вообще шик.
— Извращенки, — заявил я и, прикрыв зад руками, под женский хохот поспешил в помывочную. Там я ополоснулся и, опоясавшись полотенцем, вышел на улицу.
Там было тепло и хорошо… Хм. Куда теплее, чем раньше!
— Аля.
— Да-да? — мне на плечо тут же села фея.
— Стало теплее.
— Ну так сливы подросли. Ты же желал этого.
— И пришёл злой дух… Да уж, как говорится, «бойся своих желаний»…
— Ага. Но тут много что подросло. Мои корни так вообще на полкилометра вытягиваются.
— Неплохо, да.
— Ага. Я довольна. Зови больше злых духов! — заявила уже немаленькая фея.
— Нам бы после этого боя очухаться…
— Ой, точно… Но в следующем сражении от меня будет куда больше пользы! Обещаю!
— Хорошо, — улыбнувшись ей, погладил по голове, после чего пошёл в спальню и уснул.
И я совершил огромную ошибку, не заперся… Потому что проснулся я в женском окружении! Слева Любава, справа Валькирия, посередине, на моей грудине пригрелись полторашки. В ночнушках все, правда, были. Даже Любава. Хм. И не такая горячая как обычно.
Как теперь выбраться?.. Хотя знаю. Целую Любаву в лоб, потом дунул в ушко, потом ещё раз, и она открыла глаза.
— Спасай, меня пленили, — тихо сказал я, и она отпустила мою руку, после чего встала и потянулась. Я же уложил полторашек и тоже встал.
— Да-а-а-а… Иван… сильнее, глубже… Ай! — сказала Соён и тут же получила от Любавы шлепок по заднице. Открыв глаза, полторашка хитро заулыбалась.
— Пустила на свою голову! — тихо ругалась рыжая.
— Поздно, эта ночь, пока ты спала, была горяча, — добавила вторая полторашка.
— Врут, — проснулась Валькирия и приподнялась. — Они храпели как суслики.
— Поймаю и… Хах, поймала! — Любава схватила полторашек, которые не смогли уйти в тень.
Колдовать-то сейчас всем тяжело. Но они скорчили полные боли рожицы, и рыжая ойкнула. Однако эти тут же умчались к двери и сбежали.
— Вот же!!! Всё, нет им веры!
— Ты каждый раз так говоришь, — улыбнулся ей и побрёл в душ, а за мной и Люба с Викой. А там уже полторашки купались. С них уже почти сошла чернота, что неудивительно, они ведь тёмные маги и тёмную ману легко усваивают. А когда мы пришли на кухню, то ахнули.
— Ну я, это, завтрак решил сделать, — сказал Сергей в фартуке, стоявший за плитой.
— Пахнет неплохо, — кивал я и сел за стол. Любава же пошла на «разборки».
— А это что? А это? Ого! А это?
— Это мисо-суп, это тамаго с яйцом, а это…
Любава мигом присоединилась к готовке, а затем на запах слетелся и остальной народ. Китаец пришёл со «сладкой парочкой», а Аква с Инди приползли. И последняя буквально уложила грудь на стол. На девушке была безразмерная кофта и, судя по всему, на голое тело. А затем пришли Ночь с Ингваром. Ну а Яша показалась из-под стола. Она, оказывается, всю ночь там спала.
Вскоре нам подали завтрак, а именно рыбу, облитую лимонным соком. Рис с полусырым яйцом. Мисо-суп, ну и немного салата.
— Тамаго нужно есть так, — Сергей вилкой размешал яйцо с рисом и начал есть. Мы повторили и тоже начали есть… А неплохо, да. Ну и пока ели, я рассказал о том, кем был наш противник.
— Он сказал «мы», значит, их много? — спросил Ли.
— Вероятно, так и есть. Как поправимся, нужно будет вызвонить Сяо Ли и рассказать ему об этом. У него в Китае тоже могут быть злые духи, — предложил я.
— Во время Второй мировой войны в Китае погибло от пятнадцати до двадцати миллионов человек, — ответил Ли. — Так что, да, всё возможно.
— А если Джеймс начнёт охотиться на злых духов? — спросила Ночь, и мы все нахмурились. Будет очень неприятно! И ладно, на сильных духов, но немало и слабаков…
— Остаётся надеяться, что никто не умеет на них охотиться, — вздыхал я. Да и у людей настроение подиспортилось. Но! Вкусный завтрак всё исправил.
— Сергей, а где ты научился готовить? — спросила Любава у худого черноволосого парня. Он ещё был бледноват, но вены уже не чёрные. Всё же его дом защитил, но дозу энергии парень всё же получил, когда попытался выйти на улицу.
— Да я один живу… Вот и научился. Ну, ещё я пару раз в Японию летал и даже год там жил.
Все тут же переключились на Сергея. Ну и на его жизнь в Ином мире. Но там он был эдаким отшельником и погрузился в магию и науку. С демонами поначалу не сражался, подвиги не совершал. Разбогател на своих изобретениях, потом построил уединённую лабораторию и не покидал ту сотню лет.
Но где-то в начале третьего века с прибытия героев в Иной мир, на лабораторию напали орды демонов.
— И тогда ты умер? — спросила Любава.
— Нет. Умер я в двести семьдесят девятом году. А все эти годы посвятил мести за убитую Алису! Чёртовы демоны! — воспылал парень. Но лишь эмоционально. — Я построил мобильную лабораторию, создавал боевых автоматронов и бился с демонами, пока у меня не закончились ресурсы, а демоны не завалили числом…
— А что такое «автоматроны»? Роботы?
— Не совсем, это биоандроиды. Они наполовину машины, наполовину живые. У них есть подобие разума. Кроме Алисы, у неё была полноценная живая душа!
Мы тут же уставились на Сергея.
— Ты создал искусственную душу? — поинтересовался я.
— Нет, конечно. Это ведь невозможно. Я создал живой организм. Суперумный! И он стал основой Алисы, — объяснил парень, ещё больше шокируя нас.
— Серёг… а какая у тебя магия? — спросил Ли.
— Жизни, — спокойно ответил тот, и мы ещё сильнее впились в него взглядами. — Что?
— Понятно, почему мы проиграли, — хмыкнула Ночь и продолжила: — Один маг жизни скрывался и притворялся обычным целителем. Второй скрывался и делал секс-роботов. А лечили нас обычные целители… и не справлялись.
— Лечить тех, кто в академии издевался надо мной? — хмыкнул Сергей. — Прости, конечно, но я поздно проявил магию, и к этому моменту меня уже зачмырили все, кто мог и хотел самоутвердиться за чужой счёт. А то, что я — маг жизни, я понял, уже когда ушёл в науку. И я — маг-самоучка.
— Значит, из-за обиды ты позволил умереть всем нам, а также миллиардам разумных существ? — рассердилась Ночь.
— Считай как хочешь, но мне было совершенно плевать на мир, где у меня нет ни одного друга и чего-то дорогого мне.
— Эгоист, — фыркнула она.
— А кто не эгоист? — спросил я, Ночь же ничего не ответила. Так что я обернулся к Сергею. — Значит, ты — кто-то вроде магического механика?
— Можно и так сказать. Лечить не умею, сразу говорю.
