Ну а у Аквы в руках был большой, сделанный из воды, кхм… Промолчу что.
Понял, сваливаем, чтобы не смущать девушку. Тело молодое, гормоны, всё такое… Скоро двадцать два годика исполнится Акве.
— Ой! — перепугалась Инди, с которой я столкнулся в коридоре.
— Ты чего не спишь?
— Воды хочу попить…
— Не стоит… Там Аква.
— И что? — не понимала Инди. Да и сонная она. Пришлось объяснять, что именно там она делает. — Ох-х-х, неловко-то как вышло бы… Я пробовала ей гормоны поправить, но Аква сразу становится апатичной и вялой.
— Тогда молчим, это только её секрет.
— А что за порно-то? — смущаясь, спросила девушка, а я с недоумением посмотрел на неё. — Ну интересно же… Вдруг там пять негров или что-то жуткое с ремешками?
— Романтика.
— Как знала! — тихо воскликнула она.
— Значит, негры и ремешки?.. — я посмотрел на Инди, и девушка в ночнушке поколотила меня по груди.
— Дурак! — воскликнула та, покраснев как рак. Я лишь тихо хохотал. — Утром всё Любаве расскажу! — заявила она и поспешила уйти. Я же кинул взгляд на её изящную спину и опустился ниже. Всё же ночнушка была из шёлка и всё идеально подчёркивала.
— Где мне спать-то? — вздыхал я.
Выйдя на улицу, потянулся и хрустнул спиной. Привычка из Иного мира, старость не радость, так сказать. Интересно, как мои там все?.. Всё ли идёт по плану? Смогут ли девчата начать новую жизнь?..
Грустно вздохнув, побрёл к клинике, но… увидев вспышку, поспешил к пруду. И лучше бы я этого не видел.
— Ко-ко-ко! — курица махала куриной лапой, атакуя Серого. Пустельга ловко уклонялся, а потом в развороте ударил лапой по курице, роняя её.
Ряба тут же вскочила и, замахав крыльями, прыгнула на мини-сокола, но он ударил её крылом и… был повален. Курица слишком тяжёлая и массивная.
— Ко-о-о-о-о! — воскликнула победительница дуэли.
Что за фигню я сейчас увидел?..
Покачав головой, добрался до Клиники и, закрывшись занавеской, лёг спать. Но только закрыл глаза, как услышал рычание…
Вздыхая, погладил Яшу, и пришлось потесниться. Ягуарша далеко не маленькая. Зато мягкая и мурчащая. Так что, обняв зверюгу, сладко уснул.
* * *
Берлин.
Тем временем.
Это был старый немецкий бункер. Секретный бункер! Он находился в самом городе, но из ныне живущих о нём никто не знал. Точнее, так было год назад, сейчас же…
— Предайтесь же греху! Наслаждение, боль и страдания — вот три столпа которые положат конец этому миру! — заявил голубоглазый блондин. Парень был эффектно сложен, имел длинные волосы до плеч, связанные в хвост, а также он носил бороду эспаньолку.
(вот такая борода на примере Лео)
Блондин сидел на чём-то вроде трона, украшенного костями и черепами, а в просторном подземном зале творилась вакханалия. Его заполонили вопли, мольбы о пощаде и стоны наслаждений.
Вдоль стен в кандалах были закованы люди, а другие люди, одетые в костюмы нацистов, их жестоко пытали, при этом в центре зала сотня людей предавалась страсти. Их глаза были мутные из-за выпитых зелий, а тела испачканы чужой кровью. Но при этом оргия длилась больше часа, а люди не знали усталости. Их чувства были обострены до предела, и даже простое касание вызывало волну наслаждений.
Разве что некоторые люди были далеко не молоды, но возраст не был им помехой. Впрочем, как и молодёжи, которая являлась большинством. Но в основном люди до тридцати лет.
Блондин с довольной улыбкой наслаждался зрелищем, но к нему подошёл точно такой же парень. Разве что волосы короче.
— Цеппелин, готово, — прошептал он на ухо брату.
— Спасибо, Маузер. Несите.
Кивнув, Маузер ушёл. Слева и справа от трона находились металлические двери, одна из которых была закрыта. И вскоре оттуда вышли два блондина одинаковых лицом и четыре девушки в эффектных кожаных нарядах.
Один из парней на подносе нёс деревянную шкатулку, а девушки на подносах несли ритуальные ножи, пылающие чёрным пламенем.
— Прошу внимания! — громко сказал Цеппелин, и все замерли. Ну кроме стонущих от боли истерзанных людей, прикованных к стене. — Ритуал начинается!
— Наконец-то! — воскликнул седой худощавый мужчина, слезая с большегрудой девушки. Она так и осталась лежать, постанывая и призывно извиваясь, прося ещё «любви».
Один из блондинов принёс каменный пьедестал и поставил в центре зала. Но только он там оказался, как пол засиял! В нём были вырезаны небольшие канавки, уже заполненные кровью, и они засияли, формируя демонический круг, исписанный сложными рунами.
И на этот пьедестал поставили шкатулку, а девушки раздали ножи. Но их было всего четыре, а людей много…
— Можно начинать, — приказал Цеппелин.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся седой мужчина, хватая один из ножей. Он подскочил к грудастой девушке, с которой ранее слез, и жадно вонзил нож ей в сердце!
Тот же миг тело жертвы вспыхнуло чёрным пламенем, и под хохот мужчины оно сжигало девушку, но его самого огонь не трогал. И когда пламя погасло, остался лишь чёрный скелет. А тем временем у пожилого мужчины пропали морщины, волосы вновь стали чёрными, а сердце билось, как будто он снова молод.
— Великолепно… — пробормотал тот.
— Тогда мне отдай, — к нему подскочила женщина лет шестидесяти и, забрав нож, подскочила к своему любовнику. И стоило женщине встать перед ним, как он сразу же подскочил к ней и встал на колени, дабы ублажить. Но вместо любви получил нож в шею.
Хлынула кровь, но пламени не появилось. Пришлось женщине нанести ещё пять ударов, прежде чем любовник воспылал. И когда пламя погасло, перед людьми уже стояла серьёзно помолодевшая женщина. Она скинула лет десять или пятнадцать, а внутри ощущала себя молодой и полной сил.
— Ха-ха-ха-ха! — смеялась она, испытывая эйфорию и счастье от обретения более молодого тела. Но не она одна такая, и вскоре количество людей в зале уменьшилось ровно наполовину. Зато остальные были счастливы.
— А теперь приведите носителя, — потребовал Цеппелин, и люди разошлись в стороны от пьедестала.
— Куда вы меня ведёте? Не надо, нет! — кричал мужчина средних лет, его приволокли в зал, и он увидел весь этот кошмар. Измазанных в крови людей и чёрные скелеты, прикованные к стене.
— Йохан! Бриджит! Это вы? Вы всё затеяли? За то, что боитесь проиграть на выборах⁈ Вас арестуют! Найдут и арестуют! — кричал мужчина, но два блондина привели его к пьедесталу и поставили на колени. А затем подошёл Цеппелин.
— Возрадуйся, смертный, ты станешь носителем великого предка, — заявил тот и взял шкатулку.
— Вам это не сойдёт с рук! Я — политик! Наша партия самая популярная! Слышишь? Не сойдёт с рук! — кричал мужчина, но его никто не слушал. — Ч-ч-что там? Не открывай, не надо!
Цеппелин всё же открыл шкатулку, в которой была тьма! Густая, шевелящаяся тьма, полная энергии, которую она вытянула из зала. И она резко рванула на мужчину, закрывая всё его лицо и проникая в глаза, рот, нос и уши.
Мужчина поначалу кричал и дёргался, но вскоре затих. И минуту спустя он открыл глаза, полные тьмы, но тьма эта постепенно пропала, и мужчина встал.
— Где я?.. Война?.. Мы победили? — спросил мужчина.
— Нет, великий предок, мы проиграли.
— Проиграли… — пробормотал тот. — Зачем же меня пробудили?
— Путешествуй. Набирайся сил. Твори хаос! Этот мир прогнил, его нужно уничтожить, чтобы возродить заново! — заявил Цеппелин.
— Вот как… — сказал мужчина, и на его лице появилась безумная улыбка. — Я тебя понял, потомок. Этот мир погрузится в хаос!
* * *
Ферма.
Утро.
Сидя за столом, я прожигал полторашек взглядом. Заразы такие. Из-за них я не выспался. Сперва меня Яша с кровати столкнула. Потом устроила ночной тыгыдык, перевернув две кровати! Пришлось ловить зверюгу и усыплять. И то она ворочалась в кровати. А спать отдельно отказывалась.
