— Располагайтесь, Виктор, — президент кивает на кресло слева от себя.
С моей стороны сидит пресловутый Кондрашов, что очень хорошо — не придётся смотреть в его сторону. Остальные напротив, лица у всех приветливые. Что ещё хорошо — не стали мы друг другу руки пожимать, а то пришлось бы с порога на обострение идти. Кондрашова демонстративно в игнор ставить.
Приветливости доверять не лежит душа. Поэтому и организовал летучую встречу с журналистами у стен Кремля. А то кто его знает? Зайдёшь, а потом и не выйдешь.
— Что-то вы о нас совсем забыли, Виктор, — мягко пеняет президент.
Подарок небес! Лучшее начало даже представить сложно. Да, я сознательно игнорировал Москву в последнее время. Дал интервью Кире, посетил экс-президента, а затем при его содействии встретился с его людьми. Возможно, о чём-то Сазонов не знает, что вряд ли. Хотя демонстративного игнорирования не было, но вёл я себя в последнее время так, будто Кремль — далёкие задворки, до которых когда ещё очередь дойдёт.
— Как только вы пригласили, я немедленно откликнулся, — пожимаю плечами, дескать, о чём речь? — К тому же вы сами канал связи с российским правительством обрубили. Не я же Медведева уволил.
— Мы решили, что более молодой человек справится лучше, — вмешивается Куницын. — Семьдесят лет — это всё-таки возраст.
— Решили и решили, — снова пожимаю плечами. — Кто я такой, чтобы вмешиваться в кадровую политику правительства и президента? Только у каждого решения есть издержки. В данном случае это уничтожение надёжного канала связи между нами. Мне как-то не слишком удобно напрямую с президентом связываться по каждому мелкому вопросу. Всё-таки высший пост государства, любой вопрос для обсуждения должен быть масштабным.
— Вы сами ведь находите приемлемым обсуждать мелкие темы? Хотя ваша должность статусом не уступает посту Владислава Леонидовича, — тонко улыбается Куницын.
Есть в его облике что-то от ловкого зверя, давшего ему фамилию.
Пытается на слове меня ловить, ага. Хрен ты мой искин переиграешь!
— У нас совершенно разные ситуации. У Владислава Леонидовича развитый административный аппарат, мне же многими делами приходится заниматься лично. Это позже, когда я найду подходящих людей, введу их в курс дела, натаскаю, тогда и можно будет на них положиться.
— Вы хотите восстановить Медведева на прежнем месте? — по-армейски прямо и грубо бухает министр обороны.
Даже мы с Сазоновым переглянулись с пониманием. Остальные прячут улыбки.
— Нет. Это будет потерей лица. Злые языки сразу скажут, что буйный Колчин выкрутил руки президенту, а потом пойдёт целое цунами из слухов, предположений, измышлений. Журналисты, конечно, обрадуются…
Все расслабились после этих слов. А зря!
— Хотя, конечно, удаление Медведева не могу расценивать иначе, как недружественный акт по отношению к Луне. И не понимаю, с чем это связано.
— Зря вы так думаете, Виктор, — примирительно произносит президент. — Отставка Медведева не имела цели поссориться с Луной.
Немного жду, но не дожидаюсь, в чём состоял замысел. Давить бессмысленно, всё равно не скажет, по лицу вижу.
— Мы куда-то в сторону свернули, — в разговор вступает Полуянов, министр финансов. — Вызвали мы вас не по этому поводу… то есть пригласили. Дело в том, что в связи с созданием нового государства, Лунной республики, возникает целый ряд проблем. Между Луной и Российской Федерацией. Ведь все граждане Луны одновременно являются гражданами России. Или я ошибаюсь?
— Не ошибаетесь, Антон Максимович, — охотно подтверждаю.
Момент тонкий, малюсенькая информация открывается моим собеседникам. На Луне нет — по крайней мере пока — ни одного нероссийского гражданина. Если они думают, что я нечаянно проболтался, пусть думают.
— Но если так, то Российская Федерация несёт потери. Затрачены немалые средства на обучение и воспитание, медицинское обслуживание. Ведь вы и сами Московский университет закончили?
Подтверждаю кивком.
— Получается, что Россия является донором Лунной республики. Эту проблему следует утрясти.
— Не только упомянутую вами, Антон Максимович, — люблю вести переговоры в стиле айкидо. Сначала соглашаюсь, затем подсекаю. — Проблем возникло огромное количество. Но то, о чём вы говорите, это просто маленькая юридическая неувязка. Да, Луна потребляет какие-то ресурсы России. Спорить с этим бессмысленно. Однако Россия тоже имеет огромную выгоду от близости с Луной. Вы, как министр финансов, должны это знать. Например, контракт «Сферы-Ком» с Роскосмосом на изготовление и вывод на орбиту двух тысяч спутников. Сколько стоит один спутник?
Министр отводит глаза, остальные тоже молчат. Чернышов сегодня отсутствует, некому дать справку. Некому, кроме меня.
— Миллиард рублей он стоит, не меньше. Плюс запуск и вывод на орбиту, и в итоге получается сумма до полутора миллиардов. Контракт на семь лет, за время которых в экономику России вольётся около трёх триллионов рублей. Считайте, по полтриллиона в год. Это только один контракт, пусть и самый крупный! Причём это иностранные инвестиции в экономику России, — последнее замечание очень в тему, инвестиции из-за рубежа до сих пор для многих высоких лиц своего рода фетиш.
Главный финансист государства пытается изобразить скепсис, но получается плохо. Никто из высокого синклита его не поддерживает.
— Есть масса других мелочей. Само Агентство работает не в безвоздушном пространстве. Закупки оборудования и материалов идут постоянно. Мы как-то подсчитывали, что за первые пять лет пребывания на Байконуре мы приобрели в России товаров и услуг на полтриллиона рублей. Причём в большой степени это хайтековская продукция, часто с большим мультипликативным эффектом. Оборудование для космических кораблей, солнечные панели, микросхемы, программный код. Устно всё перечислить трудно, нужен список на несколько листов.
Министр финансов окончательно сдувается.
— В данном случае надо элементарно подписать соглашение с Луной, что-то вроде Таможенного Союза. В рамках ТС действует принцип свободного перемещения товаров, услуг, рабочей силы и капитала, — примирительно говорит министр юстиции. — Но с Антоном Максимовичем надо согласиться в части того, что вопрос следует утрясти. По моей линии тоже есть ряд вопросов.
— Я весь внимание, Олег Сергеевич.
— Юрисдикция граждан Лунной республики тоже нуждается в обсуждении. Будут ли они обладать двойным гражданством? Каков статус на территории Российской Федерации? Принципы налогообложения и множество прочих мелочей.
Сам могу добавить кое-что. Например, правовые основания для действий и просто нахождения на территории России наших андроидов. Но пока умолчу. Сюрприз будет. На самом деле, сам пока не знаю.
— Я бы хотел для граждан Луны дипломатическую неприкосновенность.
Моё заявление вызывает гул вздохов и переглядываний в стиле «Ишь, чего захотел!»
— Само собой, это обсуждаемо. Но, например, на Кубе к этому пожеланию отнеслись с пониманием.
Мощный аргумент. Сразу все задумываются. Подспудная мысль в том, что как бы Луна не сделала именно Кубу своей главной опорной страной. А что? Наша территория там уже есть. Как-то встречалась экономическая статья о том, что через месяц после нашего появления на Кубе её ВВП вырос на два процента.
— Естественно, мы собрались не для того, чтобы одним махом решить все проблемы, — закругляется Валерьянов. — Исключительно для того, чтобы оценить их в общих чертах.
— Да-да, — подключается министр обороны. — Виктор Александрович, мы получили ваше предложение встретиться с вами на Байконуре. Но поймите нас правильно, нам это страшно неудобно. Дело в том, что запрошенные вами документы под грифом «Секретно». Их, например, в электронном виде не существует, а вывозить из здания министерства вообще запрещено.
Ну, если просят, то можно и навстречу пойти. Кажется, уже можно, блюдо готово, можно подавать на стол. Не знаю всех целей, которые ставили перед собой эти высокостатусные персоны, но я своей главной достиг.
