Сын абеллурга Данальба Керт был самым грубым и наглым мальчишкой в школе. С ним старались не связываться, тем более что ему всё сходило с рук. Его отец подчинялся только Эрину и главному абеллургу. Керту было двенадцать, а выглядел он на все четырнадцать. Однажды вечером, после какого-то школьного праздника, он подкараулил Амниту в парке. Он явно собирался сделать с ней какую-нибудь мерзость. Она слышала, на что он способен... Амнита убегала от него, пока не наткнулась на стену густого колючего кустарника. И в тот момент, когда она поняла, что ей не убежать, на смену страху пришла отчаянная решимость. Она должна что-то сделать! Она не позволит этому негодяю прикоснуться к ней!
«Арна, защити меня! – мысленно взмолилась Амнита. – Помоги мне, и я буду чтить тебя, как богиню. Я буду чтить тебя больше, чем Эрина и Эрну!»
Она вытащила кулон из ворота платья и повернулась лицом к своему преследователю.
– Не смей меня трогать! Иначе пожалеешь!
Камень у неё на груди начал светиться. В полумраке это было хорошо видно.
– Ну и что? – ухмыльнулся Керт. – Намазала свою подвеску фастаном и пугает. Ведьмы, которые служили демонице Арне, тоже так делали, но я же не какой-нибудь суеверный дурень. Может, ещё вызовешь призрак своего дедушки, чтобы он тебя защитил?
– Может, и вызову!
Керт шагнул к Амните и протянул руку, видимо, собираясь схватить её за плечо, и вдруг в ужасе отпрянул назад. Амнита не сразу поняла, чего он испугался. Керт смотрел куда-то поверх её головы.
– Ведьма... – прошептал он.
Амнита оглянулась, и ей показалось, что в темноте над кустами метнулось что-то белое. Керт кинулся прочь. Отбежав шагов на пятьдесят, он остановился и крикнул:
– Ведьма! Демоница! Моя мать правду говорила, что в тебя вселился демон, потому ты и не сдохла. Все знают, что этой болезни не вылечишь… Дочь Арны! Ты не человек, не человек! Я всем расскажу, что ты служишь Арне и водишься с призраками! Твоего отца казнят... И тебя тоже!
Керт снова пустился бежать.
«Он же действительно расскажет, – подумала Амнита. – Про кулон и вообще... Что же делать?»
Её размышления прервал короткий сдавленный крик. Это вскрикнул Керт. Вскрикнул и тут же умолк. Амнита сразу поняла – с ним случилось что-то ужасное, непоправимое. И причиной этому была она. Ей стало страшно. Она со всех ног кинулась домой.
Керта наши утром. Врач сказал, что смерть наступила мгновенно. Мальчик бежал по тёмному парку и наткнулся горлом на острый сук. Амните казалось, что кулон с белым камнем жжёт ей грудь. Она сняла его, но, подумав, надела снова. Нельзя ссориться с Арной. Ведь она спасла её. Сначала от Керта, а потом от того, что могло на неё обрушиться, расскажи Керт об увиденном. Да, призвав на помощь Арну, она убила человека, но она защищалась, и стоит ли сожалеть о таком мерзавце?
Амнита с раннего детства привыкла слышать, что Арна не богиня, а злобная демоница, которая вместе с водяными демонами погубила Валлондол. А может, она разгневалась на людей за то, что они перестали чтить её, как богиню? Арна действительно богиня. И могущественная. Нельзя её сердить. Но и демонстрировать её покровительство тоже не следует.
Керт не успел ничего рассказать, но у этого паршивца был брат, который учился в одной группе с Амнитой. Олор не видел, что произошло в парке, но, похоже, он знал, зачем его старший брат отправился туда в тот злополучный вечер. Олор вечно восхищался «подвигами» Керта и хвастался, что у того нет от него секретов.
– Неужели ты тогда ничего не видела и не слышала? – спросил Олор у Амниты вскоре после похорон. – Ведь ты пошла домой той же дорогой – через парк.
Он её в чём-то подозревал. Врач, который обследовал тело Керта, по составу крови определил, что в момент гибели парень был сильно напуган. Наверняка, Олор, как и его старший брат, слышал от матери о загадочном выздоровлении Амниты, которой все лечившие её врачи вынесли смертный приговор. Амнита заметила, что в школе на неё стали как-то странно смотреть. Её и раньше недолюбливали, главным образом из зависти к её успехам. Теперь она всё чаще и чаще слышала за спиной враждебный шепоток. Потом начались откровенные выпады. Амнита не терялась и давала обидчикам отпор. Язычок у неё был острый, и очень скоро все поняли, что лучше не нарываться на её насмешки и язвительные замечания. И всё же скандал назревал. А разразился он вскоре после Эрнадий. В первый день праздника выбирали самую красивую девочку в школе, которая получала право украсить венком статую Эрны в школьном святилище. На это право уверенно претендовала подружка Олора Мона, пухленькая голубоглазая кокетка. В своя девять лет она имела уже такие развитые формы, что на неё поглядывали парни из школы второй ступени. Мона была вне себя от ярости, когда старший наставник объявил, что украшение статуи поручено Амните.
– Она зубрила, вот учителя её и любят, – брюзжала Мона. – Они всегда любят таких. Тоже мне красавица… Бледная, как призрак.
Спустя три дня Мона и Олор выследили Амниту, когда она забавлялась со своим амулетом. В перерывах между занятиями она обычно уединялась в самом дальнем уголке школьного сада, где в тени старых акав стояла резная деревянная скамейка. Амнита терпеть не могла все эти глупые догонялки и прыганье через верёвочку. Повторять уроки ей было незачем, она всё запоминала с первого раза. Она любили тишину и одиночество, когда в голову приходили всякие интересные мысли. И ещё ей понравилось «зажигать» свой лунный камень. Она заметила, что он начинает светиться, когда ей этого хочется. Значит, богиня говорит с ней. Эта таинственная связь с великой и грозной богиней пугала Амниту и в то же время наполняла её сердце гордостью. Чувство избранности ещё больше укрепляло стену, отделявшую её от сверстников. В конце концов, основной причиной их неприязни была самая обыкновенная зависть. Так стоило ли вообще считаться с этими посредственностями, которые только и умели, что завидовать? Амнита и раньше не нуждалась в их расположении, а теперь у неё была подруга и заступница, о которой другие не посмели бы и мечтать.
Полупрозрачный белый камешек стал её поверенным. Амнита рассказывала ему о своих успехах и неудачах, делилась секретами. Незадолго до Эрнадий она услышала сантарийскую легенду о соперничестве Эрны и Арны. Будто бы яркая луна хотела стать женой Эрина, потому что любила его, а бледная добивалась этого брака из корыстных соображений. Она мечтала о власти над миром. И до сих пор мечтает.
В тот день Амнита сидела на своей любимой скамье между акавами и размышляла о недавно услышанной легенде.
– Тебе действительно нужна власть над этим миром? – прошептала она, глядя на кулон.
Камень засиял нежным голубовато-белым светом.
– В этом городе чуть ли не каждый мечтает о власти. Если разобраться, большинство людей ужасно глупые, и хочется быть от них подальше. Наверное, править ими утомительно и скучно. Я хотела бы превратиться в птицу, но только так, чтобы у меня остался мой ум. Когда-нибудь я сделаю большую железную птицу и прилечу к тебе в гости. Все говорят, что ты злая, а какое мне до этого дело, если ко мне ты добра.
Камень засветился ярче.
– Нет, ты только послушай – она разговаривает со своим кулоном! –
раздался сзади насмешливый голос Олора.
– Ой, а он у неё светится! – восторженно запищала Мона. – Ты видел?
Амнита досадливо поморщилась. Она даже не заметила, как эти двое к ней подкрались.
– Амнита, давай поменяемся, – предложила Мона. – Ты мне свой кулон,
а я тебе тоже что-нибудь красивое. У меня полно всяких таких вещиц…
Ничего не ответив, Амнита встала и пошла на пришкольную площадку. Всё равно скоро урок начнётся. Но противная парочка пристала к ней и там.
– Эй, послушай! – Олор навис над ней, засунув руки за пояс куртки. Он был таким же рослым, как и брат, и вообще очень на него походил. Амниту тошнило от одного его вида. – Отдай ты Моне этот камешек, ты ведь уже с ним наигралась. А я подарю тебе золотой браслет с санаритом. Между прочим, фамильная драгоценность. Мать его всё равно не носит – растолстела… Очень красивый браслет. Он в сто раз дороже этого кулона.
