— Вот и пытаюсь выяснить.
— Я поняла, что могу стать сильнее и вас сделаю сильнее, переродившись в своих ростках. И я смогла, и теперь всё будет ещё лучше!
— А сад? Как же Кластер⁈ — рыкнул я.
— Всё сделано! Причём в лучшем виде сделано! Сад стал лишь сильнее!
В ответ я сжал руку с феей.
— П-п-п-помру!
— Ты теперь материальная, что ли? — опешил я.
— Д-да!
— Тогда говори! Или думаешь, что я поверю в случайное появление кораллов⁈
— Упс… — сказала та, и я сжал руку. — Сдаюсь! Всё скажу! Всех сдам!
Я отпустил фею, и она, отлетев, села Любаве на плечо.
— Это всё твои женщины и Древо Мира. Кораллы — это подарок сорок седьмой жене…
У меня задёргался глаз. Вот прям сильно так задёргался. Любава так вообще рот раскрыла.
— Как? — спросил я.
— Эм-м-м, как я поняла, это из-за того, что ты, мой дорогой господин-хозяин, отдал Древу Мира своё ядро и магию. Теперь вы связаны душами…
Я хлопнул себя по лбу. Причём так сильно, что звёздочки появились перед глазами.
— Значит, ты — их глаза и уши?
— Немного… — неуверенно ответила коротышка, и не успела она взлететь, как была поймана Любавой. Правда, ткань опала, обнажая мою красавицу. — Н-н-н-не бейте! У меня не было выбора! Меня заставили!
— Кто сорок шестая⁈ Кирри, да?
— Эм-м-м… да…
— Передай женщинам, что… я их всех люблю, — вздыхал я. — Но по заднице всем надаю!
— А… кто такая Кирри? — опешила Любава.
— Феникс. Огненная птица. И она вселилась в тебя. Так ведь? — я строго посмотрел на коротышку.
— Да… Она вселилась в Любу…
— Так и знал. Ну не могла моя магия не сработать! Я её четыре века оттачивал!
— Значит, я из-за этой Кирри забеременела? — удивилась рыжая, и я кивнул. — Значит, нужно сказать ей спасибо, — захихикала она вдруг. — И это из-за неё я резко стала сильнее?
— Подарок для сорок пятой! — Аля вырвалась и взлетела. — Так что все довольны, все молодцы, и все счастливы.
— Я бы так не сказал… — покачал я головой. — Есть шанс, что вся эта катавасия с пробуждением духов на Земле началась как раз из-за этой связи. Ну или всё вместе взятое.
— Нет, связь наладилась лишь совсем недавно, с ростом моей силы, — возразила мелочь.
— Неважно. Связь души есть, и это главное. Она могла пробудить «нечто» или какие-то «процессы». Впрочем, вмешательство Белой ещё больше могло на это повлиять, — я призадумался, вспоминая про проклятие. — Чем я сильнее, тем тяжелее проклятию влиять на меня и на мир. И страшно представить, сколько сил на это тратится…
— А с деревом что? — спросила Люба, указывая на гниющий дуб, и фея ответила:
— Мне пришлось его съесть…
— А руны? — опешила рыжая.
— Перенеслись вместе со мной. Так что барьер на месте, а ещё он стал сильнее, и теперь у меня два надзирателя…
— Ингвару как там жить теперь? — поинтересовался я.
— Да нормально ему жить. Я свои новые корни протянула и обогреваю его дом. А этот, — она кивнула на дуб, — сгниёт полностью. Можно на его месте поставить сарай какой…
Я покачал головой. Вот что бывает, когда женщины всё делают втихаря. Всё выходит через одно место.
Вздыхая и думая, как всё сделать по нормальному, отправился домой. Сразу в душ и оттуда на кухню, чая сделать. Но…
— Ой, господин, вы, наверное, удивиться, что я здесь, — сказала китаянка, стоявшая на маленьком стульчике и готовящая завтрак.
— Безусловно, — кивнул ей и полотенце обвязал вокруг талии, делая юбку.
— Я проснуться пораньше, чтобы отблагодарить вас все за чудесный вечер. Мне понравиться.
— Хорошо, спасибо.
Покинув кухню, вернулся в комнату, так как завтрак обещает быть сытным. Подожду с чаем. А в спальне уже было шумно: Аква с Любавой разговорились. И, судя по всему, рыжая рассказала русоволосой про подарок. Так что Даша была счастлива, аж до слёз.
— Ваня! Меня приняли! — Аква тут же набросилась на меня, прижимая к своей большой груди — Приняли… меня! Все эти красавицы и силачки приняли меня!
— Звучит так, будто моё мнение мало кого интересует, — проворчал я, когда вырвался из сисько-хвата.
— Так это другое! — воскликнули обе. И обе были счастливы.
Да, обеих ведь приняли в мой гарем. Так что я лишь фыркнул и забрался под одеяло. А я ведь хотел всего лишь огородик и тихую жизнь, а не это всё…
Но… Меня придавили с двух сторон и на меня ножки закинули. Вот только я не закрыл окно и услышал: «Карамба!», а затем мексиканские возгласы.
— Эй! — к окну подбежала Амерта. — Там дерево сдохло! Совсем сдохло!
— Аля переродилась, так что всё хорошо. Она теперь это дом, — ответила Аква.
— Вот как. Ничего не понятно, но ладно! И вы чего лежите? А завтрак кто приготовит?
— Сюемэй.
— Не хочу жрать рис, хочу мяса! — возмутилась Амерта.
— Там будет лапша с мясом, — издал я голос из-под одеяла.
— Ну… возможно…
Амерта пошла на кухню, и я тоже попытался выбраться, но…
— И куда мы это собрались? — игриво спросила Любава, крепче прижимая меня мощной ножкой.
— Сдаюсь. Что вам нужно, женщины?..
— Так не интересно, — разворчалась рыжая.
— Бесполезно, я уже учёный и знаю, что если сопротивление бесполезно, то лучше сразу сдаваться.
— Ну почему бесполезно… Хотя, да, абсолютно полностью бесполезно! — захихикала она, а следом и Аква. А затем с меня частично содрали одеяло. — Мы. Твои. Жёны. Так сказал совет гарема!
— Да, — смущаясь, добавила Аква. — Ж-ж-ж-жёны…
— Поэтому обрюхать её, — Люба ткнула пальцем в живот Аквы, и та аж подскочила и с кровати упала.
— Р-р-р-ребёночка⁈ — выглянула она из-за кровати. — Я ещё не готова! Морально. И… физически!
Нырнув под кровать, Аква ловко проползла под ней и, выскочив в коридор, убежала. И, кажется, кого-то сбила с ног. А затем в дверях показалась Инди в ночнушке.
— Что с ней? И вы «уже»?
— Уже. И Люба говорит, что ей скучно одной в беременяшках быть.
— Аа-а-а-а. Ну так Сюемэй скоро тоже забеременеет. Будете вдвоём с животами ходить.
— Точно! — оживилась Любава, а я выскользнул, скатился с кровати да закатился под кровать. Миг спустя кинулся к двери, но Инди перегородила мне выход, и сзади навалилась Любава, хватая голого меня.
— Попался, который кусался и сосался! — хохотала рыжая.
— Сосался? — удивилась индианка.
— Н-неважно… — смутилась Люба.
— Извращенки! — воскликнул я. — Одна держит, а вторая что? Насиловать будет?
— А может, и буду? — хмыкнула Инди и начала расстёгивать свою пижаму. Любава аж рот раскрыла, а эта расхохоталась. — Шучу я!
Инди пошла дальше, а я вырвался и, хлопнув Любаву по заднице, приводя в чувства, принялся одеваться.
— Шутница! — топнула рыжая и обернулась. — А тебя я ночью покусаю!
— До ночи ещё дожить нужно, — покачав головой, пошёл на выход. Люба же ушла в душевую, а я вскоре сидел на кухне и ждал завтрак. А там и остальной народ подтягивался. Ну и пришлось рассказать, что да как.
— Значит, у нас тут будет больше маны? — спросил Ли, и я кивнул. — Даже больше, чем в пагоде?
— Не знаю, но думаю, что будет неплохо. Кстати. Сегодня делаем лекарства.
— Без проблем. И это. Можно я домой часть отправлю? Там тоже началась эпидемия. Грёбаная…
— Тоже всё плохо?
— Людей помаленьку отправляют на удалёнку, и ситуация потяжелее, чем здесь. По крайней мере мне так показалось, — ответил китаец.
— Тогда сделаем побольше. И туда, и сюда отправим.
— Спасибо.
Вскоре за стол пришли распаренные женщины, а Сюемэй поставила нам большие чаши с лапшой, мясом и всем прочим. Также были паровые булочки с мясом, яичные лепёшки и рис. Всё ароматное и очень вкусное.
И после еды, мы занялись работой. Игнат с Любой делали частокол, а мы — лекарство, но на это раз всё было более «эффективно». Так что и скорость работы выше. К тому же мы уже подготовили все ингредиенты, а на поле растёт новая партия магического тысячелистника.
