— Слушаю, — сказал я.
Глава 4
— Здравствуйте! — в динамиках прозвучал приятный женский голос, — пожалуйста, оставайтесь на линии, сейчас с вами будет говорить мэтр Амброзио Фумагалли, президент компании «Поле чудес».
Однако… Ребята понты колотят не по детски. От такой постановки вопроса меня начал разбирать нервный смех.
Секретарша этого Амброзио предлагает мне неизвестно сколько ждать, покуда её шеф соизволит со мной поговорить. И это при том, что на дисплее моего коммуникатора выскочил значок, говорящий, что вызов по гиперсвязи идёт за мой счёт…
Самый смак состоит в том, что она говорит со мной, словно я являюсь просителем. А я, на минуточку, заказчик.
Я заключил с этой управляющей компанией договор, согласно которому они должны решать все управленческие вопросы с нашей новой собственностью. Я имею ввиду плантации кофе на Латоти-3 и связанный с ними в единую производственную цепочку складской комплекс на арендованном астероиде.
Не нравится мне всё это. Лиха хлебнём мы с этими ушлыми дельцами, так мне кажется. И этот звонок, скорее всего, имеет своей причиной проблемы, которые эти ребята не могут, или, что ещё более вероятно, не хотят решать.
Но, не будем торопиться с выводами, может не так уж всё и плохо, и я просто загоняюсь.
И в этом я тоже, как показал дальнейший разговор, не ошибся. Хотя мне больше радости доставило бы то, что я оказался не прав. Увы, всё пошло в ожидаемом русле.
— Здравствуйте, — на этот раз я услышал хорошо поставленный баритон. Чувствовалось, что владелец этого голоса уделял своему тембру много внимания, как инструменту по работе с клиентурой. Он менял высоту тона и меня словно качало на невидимых волнах. Один из самых ходовых приёмов инфоцыган, кстати. Именно благодаря этому приёму им удаётся втирать обывателям всякую дичь и собирать обильные донаты.
А этот деятель явно собирался провернуть что-то к своей пользе… Ну и в ущерб заказчику, то есть мне…
— Здравствуйте, — холодно ответил я, включив всю свою харизму. Она, конечно, лучше работает при физической, так сказать, встрече. Но какой-то эффект достигается даже при разговоре по гиперсвязи. — спешу вас обрадовать. Вы мне уже задолжали пять сотен кредитов за то время, пока я ждал вашего появления на линии.
Было слышно, что обладатель волшебного голоса аж поперхнулся, услышав такое. И это немного согрело меня. Как говорится, сделал гадость — на сердце радость.
— Позвольте, позвольте… — его голос утратил свои бархатные обертона.
— Не позволю, — я тут же оборвал попытку подрядчика оправдаться, — сумма платежа за ваши услуги будет уменьшена на пятьсот кредитов. И давайте, быстрее к делу приступайте, иначе размер вычета из вашего гонорара будет ещё больше.
— Ну, если переходить к делу, — теперь голос господина Амброзио звучал глухо и печально, — то я вынужден признать, что наша компания не сможет выполнить полностью обязательства, которые взяла на себя.
— Та-ак, — услышав это признание, которое, сразу видно, нелегко далось господину Фумагалли, я понял, что дело дрянь, — то есть вы готовы выплатить неустойку за досрочное расторжение договора по инициативе одной из сторон, то есть по вашей инициативе?
Впрочем, да… Я очень плохо представлял себе проблемы, в которые мы ввязываемся, получая в собственность этот агрокомплекс. То-то Эрсилла не особо-то и сопротивлялась, когда я потребовал передачи нам этих активов.
— Да, поскольку мы не сможем наладить работу вашего предприятия надлежащим образом. — ответил господин Фумагалли. Голос его дрожал, — Наши аудиторы просто не в силах разобраться с тем, что там происходит.
— Ага. То есть вы просто сильно переоценили свои силы и возможности своих спецов… — хмыкнул я, — но, зная о собственных слабых местах всё равно пошли на заключение договора. Никак очень деньги нужны были?
— Деньги всегда нужны, — сварливо буркнул мой собеседник.
— Ну вот сейчас вам с деньгами придётся расставаться, — не без злорадства сказал я. — жадность порождает бедность.
— Не слышал такой поговорки, — грустно ответил Амброзио.
— Ну, вот и услышали, — гыгыкнул я, — и сразу убедились в её правоте… И так, к делу. Вы хотите расторгнуть договор. Я правильно вас понял?
— Да, — вздохнул президент компании «Поле чудес».
— Тогда направьте нам письмо за вашей электронной подписью, где вы чётко и ясно, по пунктам, перечислите причины, из-за которых расторгаете договор. — я говорил эти слова, и параллельно думал, как нам быть с этим со всем. — ну и про неустойку не забудьте. Сумма, прописанная в договоре должна поступить на наш счёт, прежде чем я поставлю свою подпись под актом о его прекращении.
— Но…
— Никаких «но!» — вы не хуже меня знаете, что местная юриспруденция оперирует не законом, а понятиями и правилами, которые установлены Советом Капитанов. — я жёстко прервал беднягу, поскольку теперь он мне был не интересен совсем. Я хотел получить свой клок шерсти с этой паршивой овцы и решать эту проблему дальше. — И поэтому вам дешевле выйдет просто разойтись со мной, как это у нас с вами прописано. В противном случае вы попадёте в лапы местных решал, и они обдерут вас, как липку, уж будьте уверены. Всё, конец связи. Жду от вас письменное уведомление.
Я мазнул пальцем по сенсору отбоя, поднял глаза и упёрся в пристальный взгляд Тихого:
— Опять проблемы? — этот вопрос он задал просто для того, чтобы мы потом плавно перешли к сути. Ибо по тому, что я говорил, можно было легко понять, что да, опять проблемы. Мы без них ни минуты не можем… Такова уж наша ублюжья доля, что поделаешь.
— Да, — ответил я, — я думаю, что из услышанного вы поняли — управляющая компания признала невозможность выполнить условия нашего договора.
— Это хреново, — Чиж озвучил очевидное, — и что теперь?
— Не знаю, — зло бросил я, — пока мы не получим хоть какую-то ясность с этим вопросом, ни о каком турне по банкам и речи быть не может. Если мы оставим без присмотра нашу новую собственность, то рискуем её просто потерять. Ведь если бы с ней было всё нормально, эти ребята с «Поля чудес» вряд ли отказались бы.
— Ну да, — это Тихий, — ситуация понятна. Плохо то, что у нас нет никого, кто бы этим мог заняться и быстро привести дела если не в полный, то хотя бы в относительный порядок. На людей Брукса я пока боюсь надеяться. Если у самого Брукса ИИР около 150, то у его парней этот показатель хоть не на много, но всё-таки меньше… Это не плохо, но для продвинутых нейронок не достаточно.
— Да это не проблема, — я вяло махнул рукой, — это решаемо с помощью имплантов. Но пока они придут в себя, пока то, пока сё, пока мы убедимся, что их можно будет использовать как управленцев… Пройдут не дни — недели… А это потерянное время. И тем более критично, что пока мы возимся со всем вот с этим, денежки и прочие ценности, что лежат в банковских ячейках Пхукунци и Лирока могут просто уплыть. У нас нет уверенности в том, что больше никто к ним доступа не имеет.
— То да… — печально согласился Чиж.
— А если просто пригнать туда взвод наёмников? — Гвидо всегда любил простые и незатейливые решения. Поотрывать всем головы, и тогда некому будет гадить.
— К сожалению, тут такое решение не подходит. — со вздохом ответил я, — для начала надо понять, в чём, собственно, дело…
В общем, мы разошлись и занялись каждый своим делом, ибо та проблема, что на нас сейчас обрушилась, была не единственной, а всего лишь одной из многих…
А через час мой коммуникатор звякнул. Я глянул на дисплей и увидел извещение из нашего банка, которое оповещало меня о том, что на счёт зачислено сто пятьдесят тысяч кредитов. Это пришла, значит, неустойка. Других денег я сейчас не ждал.
С одной стороны, конечно, хорошо. Эта контора, «Поле чудес», по крайней мере выполнила свои обязательства по уплате неустойки.
Плохо то, что у нас уйдёт гораздо больше денег и времени, чтобы взять, всё-таки, ситуацию с кофейными плантациями под контроль.
