— Я попробую поговорить с Её величеством. — после долгого раздумья выдал ответ генерал-майор Ла Розе. Йес! Да! Два пальца вверх — это победа! [38]
Глава девятая
Людвиг на отдыхе
Бавария. Ашаффенбург. Замок Йоханнесбург
7 июля 1860 года
(замок Йоханнесбург)
Короли не властны над своей судьбой. Что-то вроде такого должен был я произнести, глядя со стен старинного замка на живописные окрестности Ашафенбурга. Прекрасное жаркое лето, щебет птиц, на небе ни облачка (что для этих мест весьма примечательно). Конечно, местность в Баварских Альпах еще более изобильна на великолепные пейзажи, но я здесь скорее для того, чтобы исправить большой пробел в жизни своего визави: общение с родным дедом. Когда король Людвиг I был при власти — ему оказалось не до сюсюканья с внуком, он вообще не так много времени уделял семье, как хотелось бы. А история с Лолой Монтес еще и стала тем камнем преткновения, которое отдалило опального короля в отставке от семьи действующего монарха. Максимиллиан старался выглядеть безупречным в этом плане, и пруссачка Мария цепко держала его в ежовых рукавицах. Увы, мой номинальный отец оказался банальным подкаблучником. Впрочем, его супруга, в отличии от Раисы Максимовны (не к ночи будет помянута, тьфу-тьфу-тьфу три раза через левое плечо), была женщиной умной и тактичной, и то, что ныне действующим королем она крутит как хочет, нигде не выпячивала.
Замок, расположенный на берегу реки Майн мне сразу же, понравился. Впрочем, вкус у моего деда всегда был отменным. Да, до того, как король Леопольд I за это здание взялся, Йоханесбург представлял весьма унылое зрелище. Деду понравилось место его расположения, поэтому в реставрацию этого здания он вложил серьезные деньги. После своего ухода с трона он тут проводил достаточно много времени. Иногда выезжал в Ниццу, да и я должен был ехать в на морское побережье, а не сюда, но, как сказал Леопольд старший, там, на берегу Средиземного моря сейчас неспокойно. Наполеон III, который племянник Наполеона Великого прибрал Ниццу к рукам, а время перехода власти всегда весьма неспокойное, поэтому, чтобы провести со мной время и уделить должное внимание, старейшина дома Виттельсбахов выбрал свою резиденцию в Ашафенбурге.
Еще больше авторитет деда поднялся, когда я сумел оценить внутренние интерьеры замка и сравнить их с Замком Лебединых Рыцарей (вообще-то именно так звучит перевод Хоэншвангау на русский язык). У дедули вкуса-то побольше, нежели у папашки будет!
(спальня в замке Йоханесбург)
(спальня замка Хоэншвангау)
Надо сказать, что король Людвиг I слыл тем еще чудаком. Он не слишком обращал внимания на свой внешний вид, и мог показаться в старом заношенном сюртуке, ибо вообще не придавал таким мелочам столь огромное значение. Его встречали как короля независимо от одежки! Зато в строительство, интерьеры помещений, приобретение предметов искусства он вкладывался всей душой и почти всеми финансами, которые у него водились. Мне нравилась в его дворце такая простота и лаконичность (по сравнению с моим предыдущим местом пребывания), которая, тем не менее, говорила и о богатстве, и о наличии художественного вкуса. Нет, до хай-тека тут далеко, весьма далеко, но нет нагромождения множества никому не нужных деталей, которые делают невыносимо тяжелым пребывание в таком обилии роскоши.
Наш первый серьезный разговор случился уже на вечерней прогулке, после весьма недурственного ужина, на которой бывший король хотел показать будущему берега Майна. Удивительное дело, но мы обошлись без охраны, а единственный адъютант Леопольда I сопровождал нас на приличном расстоянии, дабы не мешать разговору. Хочу заметить одну особенность, тут я с дедом общался безо всяких чинов, но вот сказать Максимиллиану «отец» — это нарушить все мыслимые приличия, и за такие вольности предыдущий владелец этого тела был дважды выпорот. Третьей попытки уже не совершал. Я тем более.
— Скажи, дед, почему ты отказался от власти? Нет, я не про эту историю и революцию в Баварии, я про то, почему ты моего отца ограничил, дав государству конституционную монархию?
— А ты взрослеешь, внучок, да и вопросы у тебя уже взрослые. Макс (так он называл своего старшего сына — за глаза) писал, что ты читал Макиавелли. Значит, интересуешься серьезными вещами. Это хорошо. Искусство управлять страной — это возможность поиска компромиссов, не только исполнения своих желаний. История с Лолой Монтес…
Тут Людвиг тяжело вздохнул. Воспоминания о его поздней любви все еще оказалось болезненным и неприятно царапало его душу.
— Это был только повод, не причина. Причина в том, что наши бюргеры хотели получить свой кусочек власти. Пример Франции стал слишком губителен для европейских монархий. Увы, но это так… Возможно, если бы твой отец был несколько иным человеком, я бы боролся за власть тем либо иным образом. Но… если бы я просто ушёл и оставил всё как есть — то монархии в Баварии пришёл бы конец.
— Отец недостаточно жесткий человек? — попробовал уточнить.
— Нет, он слишком прямолинеен. И он… скажем откровенно, подкаблучник. Баварией правит прусская принцесса, а не наш драгоценный родственник. Думаю, для тебя это не секрет. Даже в Хоэншвангау все происходит так, как хочет Мари.
— Поэтому конституционная монархия — это некий рычажок, предохранитель, который позволяет сохранить баланс сил в королевстве. — бывший самодержец грустно улыбнулся.
— Верная мысль, Людвиг. Как ты думаешь, зачем он нужен?
— Уверен для того, чтобы страна не попала под влияние Пруссии. Сохранить нашу независимость? — мой ответ прозвучал после небольшого раздумья. И, кажется, дед оказался им очень доволен.
— Одна из главных причин именно эта! Ты, верно, дал оценку. Добавь к этому еще и угрозу революции, которую надо как-то погасить, желательно бескровно.
— А разве нельзя было привлечь армию, если полиция не могла справиться самостоятельно? –вполне резонный вопрос, но он привёл старого короля в замешательство. Мне показалось, что он думает, как избежать на него ответа. Но надо дать старому королю должное — он решил со мной вести себя честно. Поэтому произнёс почти что шёпотом.
— У меня не было надежды, что армия выполнит приказ. Генералитет… Наш генералитет — это скопище тех еще сволочей и мерзавцев, Людвиг! Помни об этом! Помни всегда! Они клянутся в преданности, но блюдут только свои интересы! Только свои!
— Тебя предали, дед?
— Можно сказать и так, главное… запомни… применить армию против своего народа можно, но… если ты будешь сидеть на троне только на штыках своих солдат — долго не просидишь. Может быть, армия выполнила бы приказ. Не вся, хотя бы гвардия, но я тогда утратил власть в любом случае. Страной стали бы править генералы — за моей спиной. А превратиться в их марионетку — не для меня! И не для тебя тоже. Надеюсь на это! Запомни, внук. Твое окружение — главный ресурс твоей власти.
— Получается, ты окружал себя не теми людьми? — вопрос оказался более чем жестким, может быть, даже жестоким… Но мне надо было его задать.
— Не все оказались мне преданы, особенно льстецы и подхалимы. Они первыми предали. Канальи! [39]
Неожиданно, последнее слово старый король произнёс на русском языке!
— Дедуля, ты знаешь русский? А я тоже начал его изучать! Это очень сложно, но и весьма интересно.
