"Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Хонихоев Виталий

Ещё одной новинкой стала доработанная активная защита от радиации. Она работала в фоновом режиме, но мощность можно было регулировать в случае солнечных вспышек. Очень бы хотелось избежать таких неприятностей, но на деле никто от них не застрахован. Не стоило забывать и о физических тренировках, которые проводили ежедневно, чтобы поддерживать тело в хорошей форме.

Помимо всего прочего приходилось снимать показания с десятков приборов, которые отслеживали наше положение и расположение других космических объектов относительно нашего корабля и Земли. По сути сейчас мы были теми самыми первопроходцами, которые первыми проходили там, где до нас бывали только бездушные ракеты и разведывательные зонды.

Чтобы не сойти с ума от постоянного пребывания в замкнутом пространстве и не переругаться, мы старались проводить свободное время за настольными играми или уединяться за любимым делом. Я взял с собой пару книг фантастики и с головой погружался в фантастические миры. Конечно, было немного непривычно читать о космических путешествиях, находясь на борту межпланетного корабля. Чувствовалась в этом какая-то ирония. Артём собирал кубик Рубика и резался в игрушки, а Захарова вязала, вышивала и даже рисовала. Всеми силами мы старались избавиться от мысли, что в любой момент может произойти взрыв, и наше путешествие закончится. За два месяца мы перепробовали почти всё: оказались прочитаны книги, вышла из строя портативная игровая консоль Абрамова, закончились краски и нитки у Алёны. Единственным развлечением, которое нам оставалось доступно, оставались настольные игры, которые помогали укрепить командный дух. А иногда мы просто болтали, вспоминая прошлое и мечтая о будущем. Непременно счастливом будущем, как же иначе?

Но свободного времени у нас было не так-то и много, а потому рутина заедала. Это на орбитальной станции можно было разгуляться. Если разобраться, там было целых восемь отсеков, и в каждом своя обстановка, а тут всего три отсека и то для посещения доступен всего один.

Именно поэтому, когда Красная планета показалась впереди, мы были вне себя от счастья. Нам удалось попасть туда, куда не добирался ещё никто из людей! А кроме того, в нашем путешествии появилось хоть что-то новое. Усталость и тоска вмиг улетучились, у всего экипажа загорелись глаза, потому как мы готовились к ответственному этапу, ключевой части нашего путешествия.

— Готовим планетарный корабль к посадке на поверхность Марса, — отчиталась Захарова, выйдя на связь с Центром. Благодаря ретрансляторам, запущенным с нашей орбитальной станции, нам удалось поддерживать устойчивую связь с Землёй.

Спускаться в корабле предстояло Захаровой и Абрамову. Я знал, что мне не суждено ступить на поверхность Красной планеты, потому как так было решено в Центре управления полётами ещё в то время, когда мы были на земле. Был ли я расстроен тем, что окажусь единственным членом экипажа, кто оказался так близко от поверхности Марса, но так и не побывал там? Да, я печалился, но для меня это не было катастрофой. Я своими глазами увижу как друзья спустятся на поверхность соседней планеты и установят флаг нашей Родины. Пусть через камеры наблюдения, но в этот момент я буду ближе к ним, чем миллиарды других людей.

— Посадку разрешаю! По нашим наблюдениям на поверхности планеты всё спокойно, — отчитался диспетчер.

Мы обнялись с Алёной и Артёмом перед расставанием, я закрыл за ними шлюз и проследил как небольшой корабль устремился к поверхности планеты. Конечно, в размерах он был огромным, но ему никак не сравниться с той громадиной, на которой мы летели сюда. А всё потому, что у этого корабля была одна единственная цель — добраться до поверхности планеты и вернуть экипаж обратно на орбиту, где ждёт основной корабль «Буран-1». Остальное уже на совести межпланетного корабля, заправленного топливом на сколько хватило мощностей.

Я устроился в кресле и запустил системы мониторинга поверхности планеты. И тут меня ждал неприятный сюрприз. Мгновенно связался с кораблём и передал обновлённые данные.

— Тёма, отбой отправки корабля! К вам двигается мощный ураган. Возвращайтесь обратно, и будем дожидаться более благоприятных условий.

Не понимаю, как с Земли могли проморгать такую серьёзную бурю? Хотя, если учесть, что до них картинка доходит немного позже, ничего удивительного в этом нет. Пылевые вихри — обычное дело на поверхности планеты и возникают они невероятно быстро. Перед отправкой корабля мы проверяли условия и не видели даже намёка на приближающуюся бурю, но вот солнце пригрело поверхность, и разогретый разреженный воздух устремился вверх. И это при том, что Марс сейчас находится на максимальном удалении от Солнца, и такие являения должны быть совсем редкими. Надеюсь, что моей расторопности оказалось достаточно, и я смогу вовремя предупредить друзей.

— Прости, брат, но мы уже вошли в атмосферу и направляемся к поверхности планеты. Сейчас нас немного потрясё-ё-ёт… и мы вернёмся. Не скучай!

Судя по всему, прямо сейчас корабль совершал посадку на равнину Эллада и остановить спуск было слишком поздно. Это место, расположенное на дне огромного кратера, выбрали неслучайно: здесь и достаточное количество ровного пространства, и прочный грунт, и более плотная атмосфера, облегчающая торможение корабля при посадке. А ещё природные условия отлично защищают от сильных бурь, которые случаются здесь довольно часто. Пылевой вихрь, в который попали Алёна с Артёмом — сущая ерунда в сравнении с той бурей, которая затрагивает целые регионы, а раз в несколько лет эти бури сливаются воедино и полностью покрывают пылью планету.

— Чудинов… как слышно? — прохрипел в динамике напряжённый голос Абрамова, а затем связь оборвалась.

Мне оставалось только гадать что сейчас происходит с планетарным кораблём и его экипажем. Надеюсь, им удалось успешно совершить посадку. Я не мог ни выйти на связь, ни получить данные с их внешних камер, ни рассмотреть положение корабля с орбиты с помощью специальных устройств. Песчаная буря полностью застилала обзор и глушила любые попытки выйти на связь.

— МКК «Буран-1», как прошла посадка планетарного корабля? — потребовали от меня информацию в Центре, а я даже не знал что и ответить.

— Корабль попал в пылевую бурю, которая стихийно образовалась непосредственно после отправления экипажа, — отчитался я, как только голос диспетчера послышался в динамике, а затем описал ситуацию.

— Продолжайте наблюдение! Обо всех изменениях докладывать незамедлительно!

Хорошо вам там сидеть и командовать, а какого быть мне здесь, молча наблюдая за тем, как друзья находятся в беде, а я ничем не могу им помочь? Ждать пришлось несколько часов, пока условия наладятся. Но как только наступило затишье, я получил награду. Абрамов попытался выйти на связь.

— Пшшш… Мишка… пшшш… слышно? — послышалось по связи. — Захарова… сказала… не выйти наружу.

Судя по всему, Артём пытался выйти на связь как только я сделал оборот вокруг Марса и оказался достаточно близко, чтобы принять сигнал. Уже то, что Абрамов пытается выйти на связь, означает, что он жив и находится в сознании. И, судя по всему, Захаровой тоже удалось выжить после неудачной посадки.

— Центр, получил сигнал с поверхности Марса. Захарова и Абрамов живы, но заблокированы внутри корабля и не могут выбраться наружу. Системы управления также вышли из строя после бури. При детальном осмотре с орбиты вижу механические повреждения на поверхности корабля. Разрешите совершить посадку, чтобы помочь членам команды.

— Ожидайте решения комиссии! — строго ответил мне диспетчер и отключился. — Самостоятельно никаких решений не принимать.

Ожидание тянулось словно целая вечность. Я не представлял что происходило сейчас внутри развороченного корабля, очутившегося на поверхности Марса. Если там до сих пор остаются выжившие, то им может понадобиться помощь. Наверняка произошла разгерметизация, а это значит, что запас кислорода у экипажа крайне ограничен.

Сейчас межпланетный корабль вращался на орбите Марса, делая полный оборот за два часа по земному времени. В первый раз, когда я оказался неподалёку от места посадки нашего корабля, ещё бушевала буря, во второй раз я смог выйти на связь, но теперь, спустя следующие два часа, я понял, что у меня есть реальный шанс посадить корабль и прийти на помощь друзьям. Почему Центр медлит с ответом? Решение нужно было принимать в ближайшие минуты.