Он попытался их раздвинуть, но не вышло! Понимая, что я делаю, он сжимает кулаки и начинает меня бить! В челюсть, нос, грудь, шею, кадык! Везде. Самые уязвимые точки!
Весь урон поглощается. И часть возвращается, отбивая его кости.
А я не останавливаюсь. Смотря прямо в его распахнутые, полные ужаса глаза, я продолжаю сводить ладони вместе, кроша препятствие между ними!
— М-М-М! — его мычание перерастало в крик, — МЫА-А-А-ААА! АААААА! ААААААААААА!
Его руки превратились в два опухших бивня, его глаза налились кровью, а крик уже перешёл в хрип! Он висел над землёй, я поднимал его, словно тот ничего не весит!
Его череп сейчас треснет. Я превращу его голову в кашу, распрыскивая мозги по всей арене!
«Пользователь, примерно сейчас система в дуэльных костюмах расценит смертельную опасность для оппонента и вас дисквалифицируют»
Я резко расслабляю хват, враг падает на колени, и я моментально встаю сбоку. Просовываю правую руку в его открытый рот и хватаю нижнюю челюсть. Левой за верхнюю. Направляю его лицо на меня, смотря прямо ему в глаза.
— Ты сам меня вызвал, помнишь? — спросил я без эмоций, — Передай всем, что ты сегодня чувствовал.
Он ничего не ответил. Он не мог. И не дождавшись ответа, я напрягаю обе руки…
И РАЗРЫВАЮ ЧЕРЕП СЛОВНО МЕШО…
— СТОООП! — слышу крик.
Гонг. И я резко отпускаю тело. То валится, будто безжизненное, хотя парень просто застыл от шока.
Я протяжно выдыхаю. Успели, значит.
Я бы его, конечно, и так не убил, но было бы неловко, если бы пришлось просто сломать нижнюю челюсть. Но нет, однако — всё сработало как и задумано.
На арену выбегают медики, и со всех ног несётся секундант! Барьеры с трибун опускаются, звуки оттуда возвращаются, и я слышу… тишину.
Никто не мог проронить и слова. Все просто обомлели.
— Чья победа, рефери? — спросил я подбежавшего мужчину, — Громко и чётко!
И знаете, что самое ужасное? В чём истинный ужас, увиденный зрителями? Не то, что я даже не шелохнулся от ударов. Не то, что об меня отбивали кулаки словно об камень. И даже не моя феноменальная сила, позволяющая сдавить череп человеку.
А то, что за всё время… ЗА ВСЁ грёбанное время, на моём лице не дрогнул и мускул. ВЕСЬ этот ужас я творил с совершенно мёртвым, безынтересным лицом. Всё равно что машина.
Машина, которую «едва успели остановить от разрыва чьего-то черепа надвое».
— П-победа присуждается… Михаэлю Кайзеру!
И развернувшись, я так же молча зашагал на выход.
«Умница, Рой. Ты спас человека. От меня»
«Всегда пожалуйста»
И под гробовое молчание я покидаю арену, оставляя медиков бороться за психику слишком самоуверенного парня.
Я ничего не показал, кроме обычной физической силы и крепости тела. Да я даже лозы на правой руке скрыл длинным рукавом.
Всё вышло… просто идеально.
«Я Катин должник», — вздыхаю, заходя в темноватый коридор между ареной и раздевалкой.
И стоило мне оказаться в темноте, как здесь меня уже ждали.
— Хороший бой, Кайзер, — девочка с зонтиком отпрянула от стены, — Сражался как чудовище, как зверь. Мне нравится.
— Лунасетта…, — прошипел я.
— Просто Лу́на. На «У», — улыбается она.
Глава 12
Лунасетта стояла у стены и очевидно уже не первую минуту, раз она об неё опёрлась.
— Я видел тебя на трибунах, — говорю я, — Ты не могла за две секунды сюда спуститься!
— Как только тот болван отбил об тебя руку — исход был очевиден. Уже тогда и спустилась, — она постоянно говорила со своей не спадающей улыбкой, будто всё это для неё развлечение, — Ну и из ВИП мест есть быстрый доступ, если что. На будущее, мало ли… — чуть прищурилась она, — Влиятельных фанаток наберёшься?
Я не понимаю как на неё реагировать. Честно говоря — немного злился. Но это всё от сегодняшних событий. Луна же просто попалась очень невовремя под горячую руку, так что частично злился я и на неё. Но мой организм перерабатывает злость в ясность, потому я лишь продолжал сверлить её взглядом.
Недобрым взглядом.
— Ну что за взгляд, Кайзер? Мы только познакомились, а уже поругались? Тяжело нам будет, ха-ха, — она прикрыла смешок ладошкой.
— Хватит играться, — сказал я чётко и грубо.
— Не в настроении? Хорошо. Я женщина умная, вовремя умолкаю, — она убрала ладошку, и на лице уже не было раздражающей меня улыбки.
И честно — это помогло. Я действительно перестал так сильно раздражаться! И потому, как только уровень стресса перестал поддерживаться и наконец начал снижаться, я по-новому взглянул на девочку.
Она была уже в другом платье — на сей раз чёрном. По бокам на волосах были такие же чёрные ленточки, а зонтик сменился на другую расцветку — очевидно, чёрную.
— У меня вопросы, Луна. И поверь, лучше на них ответить прямо, чтобы потом не было беды.
— Ага, приносить Бедствия ты наверняка способен, — кивает она, держа зонтик обеими руками, — Откуда я тебя знаю? Папа рассказал. Каждому ли я так строю глазки, как тебе в первый день? Ты у меня первый. Связана ли я как-то с этой дуэлью? Не-а. Рада ли я, что она случилась? Каюсь, грешна — мне интересно тебя изучить! Ещё вопросы?
— Я… э… ты… — у меня дёргается глаз, — Да ты смеёшься⁈
— Частенько, ха-ха! — и она снова улыбнулась.
У меня аж чуть лицо не свело. Да чёрт! Она издевается! Так… так-так… что ещё-то спросить⁈
Да чёрт! Я не был готов так быстро придумывать!
Погоди. Есть идея. Да… ДА! Точно! Когда я вбивал в Рой базу данных выражений лиц, чтобы распознавать ложь, в той передаче была тема, как выбить признание из человека. Нужно либо его раскачать, либо сбить с намеренной уверенной волны!
Луна сейчас уверена, что знает ход диалога и мои вопросы. И если задать то, что не ожидает…
— Это ты, Зайка? — спросил я прямо.
И тогда… девочка совершенно без эмоций уставилась мне прямо в глаза. Она совершенно никак не отреагировала. Застыла, видимо, ожидая продолжения! Но его не было. Это прямой законченный вопрос.
Важный вопрос, на который мне нужно получить отве…
— Пф-ф-ф-фпха-ха-ха-ха-ха-ха! — сначала у неё надулись щёки, а затем звонкий смех вырвался изо рта, — З-зайка⁈ Ха-ха-ха! — её бледная кожа начала розоветь, — Мы уже на таком этапе⁈ А ты тянуть не любишь, да? Ха-ха-ха!
— … — я протяжно выдохнул, начиная испытывать лютейший стыд, — Тц, да ёп…
— Зайка? О-о-оу, а это мииило! Не, я согласна, но тогда ты котик! — она от всей души веселилась, — Или тигрёнок? Ты большой и сильный! Р-р-р-р!
— Да хватит… — пробубнил я, — Ладно, ошибся.
— Эй, ну уж нет, я уже настроилась! Зайка… — призадумалась она, касаясь пальчиком подбородка, — А мне нравится! Мило и игриво. Прямо как я — милая и игривая, — она заглянула мне в глазки, — Милая же? Ну скажиии!
Я снова вздыхаю. Да ёп…
Ну, может она всё ещё и Зайка, но выбить из колеи либо не вышло, либо изначально не стоило пытаться. В любом случае, попытка не пытка. Эх.
Только кринжово теперь…
— Ладно, другой вопрос… — бормочу.
— Да-да, котёнок? — захлопала она белыми ресничками.
— Да хватит…
— Не-е-ет, не хватит, — на всё её острое личико растянулась довольная улыбка, которую она снова прикрыла ладошкой, хитро прищуриваясь, — Мне понравилось. Называй меня так почаще.
Я закатываю глаза.
Тц… ну вот как быть злым и крутым рядом с девочками⁈ Невозможно! Серьёзным с девочкой я был только один раз — когда Катя перешла все границы. Но остальное-то? Театр стыда и абсурда! Моего.
И ещё говорят в мире нет ментальной магии… а это тогда что⁈ Откуда такая власть над нашими мозгами⁈
— В ту первую встречу ты издала звуки тикающих часов, — наконец возвращаю самообладание, — Не ври, что просто так. Вот здесь — не ври.
Зайк… тьфу мля, Лунасетта вытянула губы и задумчиво задрала кошачьи глаза, размышляя над ответом.
— Ты мальчик популярный, надо же как-то привлекать твоё внимание? Быть может, нас связала… Судьба? — улыбнулась она, — Может так суждено?
