Кандзаки покрутила осколок в плоти Футакути-онны, вытащила его и занесла для второго удара, но тут одно из щупалец ударило Кандзаки поперек туловища. Она отлетела назад, и щупальце бросилось на нее, но Кандзаки кинула в него свой ободок, и прядь утащила его в пасть.
Пока зубы пережевывали ткань, я кинулась к Футакути-онне и упала перед ней на колени. Протянула руку, схватилась за цепочку и дернула, пытаясь сорвать ключ с шеи.
Холодная рука схватила меня за запястье. Приподняв голову, Футакути-онна посмотрела мне прямо в глаза. Она была бледной, на лице виднелся отпечаток боли, а под глазами залегли глубокие тени.
– Помоги… – сипло прошептала она через силу. – Помоги мне…
Сердце сжалось как от ужаса и жалости. На мгновение я задумалась о том, как ей помочь, но потом вонзила осколок в ее руку, заставив вскрикнуть и убрать пальцы с моего запястья. На татами полилась кровь, пачкая и мои руки.
– Не могу, – ответила я, срывая ключ с ее шеи, и кинулась к двери.
– Быстрее! – крикнула Ёсида.
Она кинула в сторону куриный шашлычок и пнула тарелку с со́бой [85], пытаясь отогнать от себя щупальца как можно дальше. За мной к двери побежала Кандзаки.
Я так быстро бросилась к выходу, что чуть не врезалась в дверь. Попыталась вставить ключ в замок, но трясущиеся пальцы отказывались слушаться.
– Быстрее! – вновь нервно крикнула мне в ухо Ёсида, и я, поморщившись, резко прокрутила ключ и открыла дверь.
Ёсида дернула меня назад, так что я упала на спину, и первая выскочила за дверь. За ней выбежали Тамура и Ран, а Кандзаки схватила меня за рукав и потянула за собой.
Когда я была уже на пороге и видела знакомый – и, оказывается, такой безопасный – коридор, мою лодыжку обхватили волосы Футакути-онны и резко потянули обратно в комнату. Я упала на живот, больно ударившись локтями об пол и прикусив язык.
– Акияма-сан! – воскликнула Кандзаки и снова потянула меня за руку.
Всем весом навалившись на дверь, Тамура захлопнула ее, и я почувствовала, как хватка ослабла. Я села на пол и брезгливо тряхнула ногой. Обрубок щупальца посерел, и волосы рассыпались прахом.
Тамура упала на колени, тяжело дыша. Она разглядывала свою руку, которая едва не оказалась в пасти ёкая, и заметно дрожала. Я поднялась с пола, ноги тряслись от пережитого ужаса и нахлынувшего адреналина, так что пришлось опереться на стену. Кандзаки, бледная и растрепанная, широко распахнутыми глазами смотрела в пустоту. Одна только Ран, казалось, почти не впечатлилась увиденным.
Она слегка улыбнулась:
– Молодец, Кандзаки-сан! И вы, Акияма-сан! Как хорошо, что я пошла с вами…
– Вижу, та комната тоже не подходит, – сухо произнес кто-то в стороне.
Мы повернулись вправо и увидели Тору, Каминари и Сэнси. Четвертого парня рядом с ними не было, зато одежду Каминари покрывали брызги крови. Присмотревшись, я заметила капли крови и на лице Торы.
– Ч-что… что за той дверью? – спросила Ёсида.
Каминари скривила губы, откинув длинные пряди с лица. Она казалась спокойной, и ее облик даже гармонировал с обстановкой особняка.
– Лучше вам не знать, – хладнокровно произнесла Каминари. – Хотите, проверьте, но выхода там нет.
– А где… тот парень? – медленно спросила Кандзаки, и Каминари вновь скривилась, а Сэнси лишь сильнее нахмурил густые брови.
Ответил Тора, а пристальный взгляд его красивых, но холодных глаз отговаривал от дальнейших расспросов.
– Он погиб. Очень жаль…
В его голосе и правда прозвучало сожаление.
– Очень жаль… – повторила я, вспоминая, как Тора и Каминари переглянулись в начале кайдана, а затем в голову пришли слова Кадзуо. – Ага…
– Что-то не так? – бросила Каминари.
Она в два шага пересекла коридор и встала передо мной, скрестив руки на груди. Окинула меня стальным взглядом, который вкупе с суровым выражением лица явно заставлял многих робеть. Но я не боялась эту женщину и, раз уж на мою иронию ответили, не стала идти на попятную.
– Вы же за этим и взяли его с собой? – спокойно спросила я, и на губах Торы появилась легкая улыбка. Он явно понял, что я имела в виду.
Тора, подойдя к Каминари, положил руку ей на плечо, а затем пристально посмотрел на меня сверху вниз. В его взгляде не было такой явной угрозы, как в глазах Каминари, однако напугал он меня куда сильнее. Но я постаралась не подать виду.
А на губах Торы была все та же легкая улыбка, когда он сказал:
– Раз ты такая умная, лучше иди и ищи выход, а не то сама погибнешь в пасти ёкая.
Я не отвела взгляд, и Тора усмехнулся. Он сам отвернулся, и я едва сдержала вздох облегчения.
– Идем, – не оборачиваясь скомандовал Тора и потянул Маджо за собой.
Сэнси, окинув нашу группу мрачным взглядом и задержав его на мне, пошел за ними.
– Вы их знаете? – спросила Кандзаки, и голос ее дрогнул, то ли от негодования, то ли от страха.
Я дернула плечом:
– Нет.
– А мы уже пересекались… – протянула Кандзаки. На мгновение ее словно накрыли тяжелые воспоминания, тенями отразившись в глазах, но Кандзаки быстро вернула себе дружелюбную улыбку. – Правда, тогда с Торой были двое других людей: Акагэ и… имя второго мне неизвестно.
– И он тоже погиб? – спросила Ёсида, и Кандзаки покачала головой:
– Нет. Они вроде как вместе, в команде. Всего их шесть и…
– Давайте прекратим болтать, – хмуро перебила Тамура. – Нужно найти этот проклятый выход.
– Тамура-сан… – заговорила было Ёсида, но Тамура осекла ее холодным и злым взглядом.
– Не говорите со мной. – Она отвернулась, и Ёсида открыла было рот, но так ничего и не произнесла, а по ее лицу пробежала тень.
– Тогда пойдемте дальше, Тамура-сан права, – пробормотала Ёсида и, окинув взглядом коридор, раздраженно бросилась к одной из дверей. – Пусть будет эта…
Она подошла к последней двери в коридоре и открыла ее, а затем посмотрела на нас:
– Вы идете?
Я пошла к двери, Кандзаки двинулась за мной.
И вдруг что-то зеленое и крупное вырвалось из-за двери и схватило Ёсиду поперек тела. Я увидела, как брызнула кровь, а рот Ёсиды открылся в крике боли и ужаса. Мгновение, и огромный змеиный хвост утащил ее за дверь. На пару секунд в проеме показалось красивое женское лицо с голодными глазами, и дверь захлопнулась сама по себе.
Все произошло за несколько секунд, но отчетливо врезалось мне в память. Что-то стремительно вырывается из-за двери. Ломаются ребра, лопается кожа, одежда окрашивается в красный. Лицо Ёсиды искажается, а потом она исчезает за дверью.
Я поняла, что не слышала крик, потому что в ушах у меня зазвенело и на короткое время я лишилась слуха, слишком ошеломленная и испуганная.
– Ёсида! – ворвался в голову пронзительный крик Тамуры. – Нет!
Тамура кинулась к двери, но Ран схватила ее за предплечья, удерживая на месте. Тамура дернулась, но не смогла вырваться и просто упала на колени. По ее щекам потекли слезы.
– Нурэ-онна [86]… – протянула Ран.
У меня самой подогнулись колени, но Кандзаки придержала меня под руку, а я уперлась ладонью в стену.
– Акияма-сан, вы как? – спросила Кандзаки, и ее голос слегка дрожал.
– Это мог быть кто-то из вас… – задумчиво произнесла Ран, но я не обратила на нее внимания, пытаясь успокоить рвано бившееся сердце.
– Нужно… нужно идти дальше, – проговорила Кандзаки. – Мы должны найти выход…
Она не договорила, но все было ясно и без слов.
Если мы не выберемся, нас ждет судьба Ёсиды.
– Надо выбрать новую дверь, – как можно более твердым голосом произнесла я.
– Идем в тот коридор. – Ран заглянула за угол коридора. – Там еще три двери. Что-то не хочется проверять оставшиеся здесь. В другом коридоре ищут те трое. Если тут… пусто, спустимся вниз.
– Я не смогу… – взвыла Тамура. – Не хочу… Мне страшно!
– Тогда оставайтесь тут, – бросила Ран.
