– Я не спасаю убийц и предателей. Не хочу, чтобы в следующих кайданах они обрекли на смерть еще больше людей.
Я посмотрела на Кадзуо, и в моем взгляде наверняка можно было заметить удивление.
Кадзуо приподнял бровь и скосил на меня глаза.
– Что? Чему ты так удивлена? Думала, мне нравится смотреть, как люди погибают?
– Нет. – Я резко повернула голову обратно в сторону фонарей. – Не переоценивай себя, я о тебе вообще не думала. Были проблемы поважнее. Просто слабо верится.
Кадзуо фыркнул:
– Вспомни кэйдоро. Думаешь, я не согласился присоединиться к команде полицейских, когда меня в нее позвали, потому что мне наша так понравилась? Нет. Просто я собирался выиграть и не хотел приводить к победе команду убийц.
– Убийц?
– Китано и его друзья. Они в реальной жизни были бандой грабителей, и, уверен, на их руках была кровь не одного человека. Конечно, жаль других, кто попал в команду полицейских и проиграл, но уж лучше так, чем если бы вся команда воров проиграла, а такие, как Китано, выжили.
– Откуда ты про них знаешь? – уточнила я с легким недоумением:
Кадзуо некоторое время молчал, но, вздохнув, все-таки ответил:
– Я работаю в прокуратуре. По крайней мере работал там в прошлой жизни. И, несмотря на скромный стаж, знаю некоторых преступников. Поэтому узнал банду Китано, увидев здесь.
Я была удивлена, ведь Кадзуо впервые поделился со мной пусть и небольшими, но подробностями своей жизни. И почему-то от этого на душе стало чуть легче, однако я поспешила прогнать лишние мысли из головы.
Посмотрев на Кадзуо, я улыбнулась. Заметив это, он приподнял бровь:
– Что опять?
– Ты похож на прокурора. Наверняка у тебя в шкафу коллекция подобных костюмов. – Моя улыбка стала чуть шире, и Кадзуо тоже слегка улыбнулся, и эта его улыбка опять не была холодной.
Я услышала, как голоса у костра смолкли, Араи и Йоко поднялись, чтобы пойти спасть, а Ивасаки начал тушить костер.
Я развернулась, чтобы вернуться в палатку и попробовать наконец уснуть, и внезапно встретилась глазами с Кадзуо, который все это время наблюдал за мной, а потому от неожиданности я остановилась.
Прошло несколько секунд, я наконец отвела глаза и пошла дальше, но Кадзуо схватил меня за запястье:
– Возвращаясь к началу разговора… Можешь никому не доверять. Но знай: если что, я тебя подстрахую.
Эти слова прозвучали так неожиданно, что я даже не сразу поняла их смысл, а когда развернулась, чтобы увидеть выражение лица Кадзуо, он уже отпустил мою руку и, отвернувшись, пошел в сторону своего спального мешка.
Я смотрела ему в спину, до сих пор чувствуя прикосновение ледяных пальцев к своему запястью. И не понимала: мне радоваться или насторожиться.
Встряхнув головой, я почти запрыгнула в палатку и, резкими движениями пытаясь расстегнуть замок спального мешка, стиснула зубы. Когда молния наконец поддалась, я легла, однако сон все не шел.
С новой силой нахлынули воспоминания о ночи в доме, полном ёкаев. Летающая голова, пытающаяся вцепиться мне в горло, изуродованное лицо Кутисакэ-онны, держащей в руках острые ножницы, хищный оскал Дзёрогумо и стая ее пауков…
Меня передернуло, а телу стало холоднее. Я невольно огляделась, представляя, как сейчас в палатку влетит нукэкуби, чтобы закончить начатое, и страх узлом скрутился в груди.
Так еще и Кадзуо со своим странным поведением… Я тяжело вздохнула. Здесь и так было слишком сложно, слишком опасно. Зачем же вести себя так и запутывать все еще сильнее?
Укрывшись с головой, я зажмурилась и приказала себе успокоиться. Дышать ровно. Расслабиться. И ни о чем не думать.
Я услышала тихий шорох и едва не подскочила, но поняла, что это была Йоко. Практически не издавая звуков, она легла на свое место.
Не знаю почему, но так мне стало спокойнее. Палатка была небольшой, я ощущала присутствие Йоко, слышала ее ровное дыхание. И, успокоившись, наконец провалилась в сон.
Глава 15
声の高い者が勝つ
В споре побеждает тот, кто громче кричит
Вырвавшись из сна, я едва не вскрикнула, резко сев в своем спальном мешке. Противные щупальца кошмаров еще не отпустили меня, и сердце продолжало бешено колотиться. Мысли путались, и я даже не могла толком вспомнить, что мне снилось, чтобы прогнать пугающие образы и постараться успокоиться. Хотя утешение было бы слабым – кошмары вызвало не мое воображение и не просмотр фильма ужасов перед сном. Страшные сны были отголоском кошмаров наяву.
Я зажмурилась и глубоко задышала. Не было ни малейшего желания снова ложиться спать, оставаться в палатке – тоже. Мне стало душно в замкнутом пространстве, тряпичные стены давили на меня, и я поспешила выбраться наружу, но меня остановила Йоко:
– Хината?
Спросонья голос Йоко звучал слегка хрипло, она с трудом разомкнула глаза: ее кошмары, видимо, не мучили. Или же необходимость восстановиться после болезни была куда сильнее.
– Прости, что разбудила, – тихо отозвалась я, ругая себя за эгоизм. Я даже забыла, что рядом кто-то был.
– Ничего. – Йоко зевнула.
Ее блестящие светлые локоны спутались, а глаза покраснели, но даже так Йоко была похожа на изящную фарфоровую куклу. Я невольно провела рукой по собственным волосам, боясь представить, как выглядела со стороны.
Потянувшись, Йоко села и, быстро моргнув несколько раз, внимательно посмотрела на меня:
– Кошмары?
Ее голос был серьезным, но при этом мягким. Я лишь кивнула и все же поспешно выбралась на свежий воздух.
Йоко, снова зевнув, вылезла из палатки вслед за мной.
Солнце еще не успело далеко уйти вверх от горизонта, а небо оставалось бледным и только наливалось красками.
Мы умылись росой, и я с глубоким сожалением подумала о зубной пасте и шампуне. Йоко помогла мне привести волосы в относительный порядок, а затем поправила и свои локоны.
У потухшего костра сидел Ивасаки, а Араи, видимо, все еще оставался в палатке. Спальный мешок Кадзуо оказался пуст.
Оглядевшись, я заметила, что Кадзуо куда-то направляется, и слегка нахмурилась. Мне не хотелось лезть к нему с лишними расспросами, но одновременно хотелось знать, куда он собрался. К счастью, вместо меня любопытство проявила Йоко:
– Кадзуо, куда ты?
Он обернулся, едва заметно поморщившись. Помолчав пару секунд, Кадзуо ответил:
– Нужно достать еще еды. Сыграю в азартную игру. – С этими словами Кадзуо снова развернулся.
– Подожди, – раздраженно окликнула его я.
Не знаю почему, но такое поведение Кадзуо меня разозлило. Опять отправился один, не сказав никому ни слова… А ведь это было небезопасно…
Кадзуо посмотрел на меня, приподняв бровь, и я пояснила:
– Я с тобой, у двоих больше шансов победить.
Кадзуо странно на меня посмотрел, словно бы задумался.
– Справлюсь сам. Или хочешь поставить на кон что-то свое? – с легкой усмешкой уточнил он.
– Хината права, – вмешался Ивасаки. – Здесь и так слишком опасно, зачем рисковать? Могу пойти я.
– Да, иди, и желательно потеряйся где-нибудь по пути, – донесся из палатки голос Араи.
Кадзуо едва слышно вздохнул, покачал головой и, развернувшись, бросил:
– Пойдем, Химэ.
Йоко фыркнула, сдерживая смех, Ивасаки закатил глаза, но промолчал, а я пошла за Кадзуо, уже жалея, что предложила помощь. Сейчас мне хотелось, чтобы Кадзуо поставил в азартной игре свой голос – и проиграл.
Но я ничего не сказала, не желая показывать, что меня зацепило поведение Кадзуо. Вчера еще говорил про доверие, а сегодня снова…
Мы молча углубились в город, отдаляясь от его окраины. Полуобвалившиеся заборы, покрытые паутиной трещин стены, выбитые стекла и накренившиеся столбы – вид был уже привычным и даже однообразным в своем хаосе.
