А ведь сбор соли, в принципе, остановился, даже не начавшись! Потому как все члены отряда были заняты отражением первого натиска местных, которые шли на них пусть и неплотной, но всё-таки толпой. И на такую орду просто не могло хватить болтов, закупленных на Пустыре.
Проблему надо было срочно решать! И, похоже, вся тяжесть этого решения ложилась на плечи Игоря. Потому что он тут единственный, похоже, ещё мог думать о чём-то, кроме битвы.
Что он, что Растрёпа, что Эрин, что Вера — каждый был полезен для обороны. Но кто-то должен был собирать соль! И всё склонялось к тому, что придётся отряду использовать принудительный детский труд…
Глава 28
Жадность и ее последствия
Найти момент, чтоб отдать дочери распоряжение собирать соль, оказалось нелегко. Стрельба отнимала все силы и требовала максимальной концентрации: очень уж много порождений навалилось. К тому же, местные монстры оказались ещё и очень быстрыми.
В какой-то момент Игорю даже пришлось сменить болтомёт на булаву, в одиночку прикрывая стрелков — Веру, Эрина и Растрёпу. Он, правда, надеялся, что Муся и Бизон ему вот-вот помогут…
Но первым здоровяком овладел приступ жадности, а вторым — желание прикрыть дурного на всю голову друга. И, хоть они и отвлекали на себя часть врагов, но в плане обороны оказались бесполезны. Пришлось Игорю тратить запасы Сосуда Порядка, активно разбрасывая в разные стороны набегающих уродцев. Зато ему наконец-то выдался шанс переключить дочь на созидательный труд.
— Вера! Соль тебе собирать! — улучив момент, выкрикнул Игорь.
— Но, пап!.. — возмутилась она. — Я же…
— Бери банку! — тот как раз пустил воздушную волну в очередную группу порождений. — И собирай!
— Мои болты могут помочь! — невовремя решила поспорить дочь.
— Да и без них!.. Справляемся! — от избытка чувств рявкнул Игорь. — Надо!.. Собрать…
Тут ему пришлось прерваться: один особо хитрый монстрик, пригнувшись, пропустил воздушную волну над собой. И когда остальных уродцев откинуло на несколько метров, этот умник — напротив, воспользовался моментом. От его когтей Игорь, пусть и с трудом, но увернулся и, отскочив во время выпада, всё же нанёс монстру сокрушительный удар в слишком умную голову.
— … Соль! — закончил он фразу. — И это будешь делать ты!
— Папа!
— Не спорь с отцом! — оказалось, Растрёпа тоже умеет рявкать, и даже не хуже Игоря. — Собирай соль!
Девочка обиделась, но банку взяла и принялась за дело. Конечно, Игорь понимал, что ей просто хочется геройски геройствовать… Однако это вообще мало кого до добра доводит. Поэтому, как сознательный отец, Игорь сделал себе зарубку на память: надо будет объяснить дочери, почему собирать соль отправили именно её. А ещё почему споры во время боя — это отвратительная идея.
Хорошо ещё, пока выносливость и скорость позволяли ему справляться с набегающими из тумана уродцами. Да и Муся с Бизоном всё же худо-бедно оттягивали на себя часть монстров. Но силы-то у Игоря не бесконечны, и это он трезво понимал. Тем более, и сами порождения никак не собирались кончаться.
Тревожным звоночком стало появление монстра, которого Игорь недавно уже убил. Это порождение запомнилось ему совершенно человеческим, почти ангельски красивым женским лицом. И скрюченным телом с деформированными органами, в беспорядке торчащими наружу.
Игорь точно помнил, что совсем недавно попал этому существу прямо в голову. И, понятное дело, был неприятно удивлён, когда спустя несколько минут увидел того же врага. И да, Игорь мог поклясться чем угодно: это было именно то самое порождение, которое он уже убил!
В этот момент ему пришло на ум, что, возможно, ставшие пылью тела — это не просто художественный образ из стихотворения, а предупреждение тем, кто собирается воевать с монстрами на этом узле. Вероятно, местные порождения были бессмертны.
Они обращались пылью, чтобы снова собраться из неё в другом месте. Возможно, у большинства из них даже была определённая точка для перерождения. Поэтому, видимо, они и не успевали быстро вернуться к месту боя. А вот порождение с красивым лицом, убитое Игорем, возрождалось где-то близко. Впрочем, может, были и ещё какие-то условия, влияющие на возрождение.
Так или иначе, Игорь почти не удивился, когда в третий раз увидел знакомое ангельское личико с кишками наперевес.
— Одну морду трижды уже убиваю! — сообщил он спутникам.
— Одну и ту же? Уверен? — выкрикнул Бизон, по-прежнему прикрывая Мусю.
— Да! — коротко ответил Игорь. — Они бессмертны!
— Плохие новости… — устало выдохнула Растрёпа.
Какое-то время отбивались в молчании. Муся, кажется, даже сумел совладать со своей жадностью. А может, просто вражеский натиск оказался слишком сильным. Как бы то ни было, Моисей, а за ним и Бизон отошли к основному отряду, и стало чуть полегче.
Вера же спешно водила стержнем по песку, собирая и скидывая в банку ретроградную соль. Больше половины уже набралось, но на месте сбора оставалось всё меньше ценного ресурса.
— Вера, девочка моя, шоб мы без тебя делали! — неожиданно закурлыкал ласковой горлицей Моисей. — Давай-таки я тебе ещё контейнеров выдам!
— Муся! — прикрикнула Растрёпа.
— Ну а шо, зря я, шо ли, пять штук взял? Набьём солью, продадим и поделим деньги! — не сдавался рыжий.
— Муся, вот ща совсем не вовремя! — рыкнул Бизон.
— Ой, да шо ты говоришь? А потом шо, лапу сосать вместо выпивки⁈ — притворно удивился его друг.
— Тут соли на вторую банку не хватит! — крикнула Вера.
— А мы-таки сдвинемся! — «обрадовал» всех Муся.
— И как ты это себе представляешь⁈ — возмутился Игорь.
Зря возмутился… Рыжий воспринял критику как руководство к действию. А именно, рванул вперёд, отбрасывая монстров размашистыми ударами топора. И ускорился при этом настолько, что Игорь перестал улавливать подробности его движений.
Просто рядом носилось что-то большое и рыжее, зачищая пространство с криками: «Сюда!» — будто всем остальным больше и заняться нечем было. Но понимая, что Муся всё равно не успокоится, Игорь выгадал момент и, на секунду повернувшись к Вере, попросил:
— Собери ему, сколько сможешь…
Решение было откровенно паршивым. Каждый раз, когда монстры прорывались к людям, Игорю казалось, что отбиться уже не получится. Но то ли он недооценивал силу своего отряда, то ли порождения были опасны больше не в лобовой атаке, а в тумане и со спины… В любом случае, пока на людях не было ни царапины.
Впрочем, возможно, тут играл роль новый навык Игоря. В тройке бойцов ближнего боя он, пожалуй, был бы самым слабым звеном — но по факту оказывался самой эффективной единицей. Под воздействием «уравнения мерзости» когти монстров просто не причиняли Игорю вреда. Хотя на щитах Муси и Бизона оставляли явственные царапины.
А ведь поцарапать эти бывшие зубы гигантского червя было очень сложно. И то, какие насечки оставляли на них когти, подсказывало, что удары местных монстров и вправду смертоносны. А значит, если хотя бы один из них доберётся до Веры, Растрёпы и Эрина, любому из перечисленных несдобровать.
Но как бы тяжело ни приходилось людям, а при виде рыжего становилось ясно: Муся не успокоится, пока ему хотя бы одну банку целиком не соберут. Иначе останется собирать сам и в одиночку, а Бизон и Растрёпа, понятное дело, его не бросят. Ну а Игорь вместе с Эрином и Верой вряд ли сумеют вырваться из лап монстров без этих троих.
В итоге, проклятый узел просто разделит их отряд и перебьёт по одиночке. Но, в отличие от порождений, у людей уже не получится вернуться в мир живых. Из шести членов отряда тут и так двое побывали в Мареве, получив непростые задачи на новую жизнь. И что-то подсказывало Игорю, что второй раз их возвращать никто не станет.
— Муся… все твои… десять банок… не продержимся! — стараясь экономить дыхание, предупредил он.
Здоровяк ничего не стал отвечать, продолжая с пыхтением раскидывать монстров в разные стороны. Но, кажется, даже жадность Муси была не в состоянии побороть напор порождений. Рыжебородый, может, пока и справлялся, но уже с большим трудом.
