- А что, так можно? - мужик снова почесал затылок и с надеждой посмотрел на де Вена.
Вернувшись в деревню, они вдвоём, де Вен и будущий мельник, принялись детально договариваться о сроках и суммах. Наконец, договор составлен, но де Вен, вместо того, чтобы расписаться в нём самому, как полномочному представителю, сделал мне приглашающий жест.
- Прошу, - он протянул перо. Ну что ж, ставить роспись без клякс я уже давно научилась. Мужик с недоверием и недоумением смотрел, как какой-то ребёнок подписывает столько важный для него документ. Но настоящим шоком стало, когда приложенный к бумаге перстень-печатка оставил характерный отпечаток императорского герба.
Снаружи уже ждал Эрик с хорошей новостью. Карету из грязи выкопали, но вытащили не в сторону этой деревни, а туда, откуда приехали, так что возвращаться снова пришлось пассажиром. Спешившись, я первым делом побежала в глубь придорожных кустиков, забыв сбегать по столь важным делам в деревне. Назад шла не торопясь. Успею ещё насидеться в пыточном сооружении под названием карета. Рессоры то ли ещё не изобрели, то ли на этом транспортном средстве их не было, а подвесные ремни, которым на смену и пришли рессоры в нашем мире, не справлялись с просёлочными дорогами. Многочисленные подушки и малая скорость смягчали поездку, но, ездить по неровным дорогам всё равно оставалось настоящей пыткой. К тому же в карете нещадно укачивало.
Задержались ещё ненадолго - дорогу переходило стадо гусей, презрительно и негодуя огрызаясь на попытки солдат побыстрее прогнать их. Босоногая девчонка-пастушка с длинной хворостиной в руках как могла подгоняла важных птиц, но явно не справлялась с поставленной задачей. Стадо, тем временем, уверенно двигалось в мою сторону. А ведь из них сторожа не хуже собак могут выйти. И крылья сильные. Лебеди ударом руку взрослому мужчине ломают, думаю, гуси не сильно от них отстают. И щиплются больно. Так что ничего удивительного, что стоило только одному из них зашипеть на меня, раскинув крылья, как я рванула прочь под сдержанный смех Эрика и солдат из охраны. Отвлёкшись, я обо что-то запнулась, в падении услышала встревоженный вскрик "тено!" от Криса и успела увидеть золотистое свечение на руках.
Голова резко и сильно закружилась, в глазах на секунду потемнело, а когда всё прошло, я обнаружила, что лежу на ковре в своей однокомнатной квартире на пятом этаже стандартной хрущёвки.
Часы на телефоне показывали половину восьмого и тот же день, в который я попала на Анремар. Будто и не было более двух месяцев моего "императорствования". Если бы не одежда и не перстень, который и здесь отказался слезать с пальца, можно было бы подумать, что всё придумалось.
Глава 5.
Лето пролетело незаметно. Сначала я ждала, что вот-вот и снова вернусь в Анремар, потом воспоминания о нём отошли на задний план, но надежда продолжала теплиться. Удивительно, я пробыла там всего два с немногим месяца, из которых большую часть времени не выходила из замка, зарывшись в бумаги, но чувствую, что полюбила ту страну и скучаю по советникам. По взбалмошному эмоциональному Крису, по улыбающемуся предупредительному Эрику и даже по суровому де Графу, пусть до сих пор вздрагиваю, как вспоминаю его взгляд и расплываюсь в глупой улыбке от его "ребёнок", произнесённого тогда в спальне. Благоприобретённую привычку делать зарядку решила не бросать и, в дополнение, записалась на курсы самообороны. С трудом нашла зал, где не пытались из учеников сделать мастеров контактного боя или, наоборот, не выкачивали деньги за пустое времяпровождение. В обшарпанном спортзале школы недалеко от окраины города невзрачный с виду мужичок реально учил куда и как ударить и уходить из захвата, чтобы получить время и возможность для основного приёма - бегства.
- Всё равно, - говорил он на каждом занятии, - средняя женщина слабее среднего мужчины. Потому не пытайтесь одолеть силой. Разорвите контакт и убегайте, как только получите возможность.
И небольшая группа разновозрастных женщин отрабатывала способы ухода из захвата, доводя движения до автоматизма. И нарезали круги по спортзалу. Кто в чём - в юбке, платье, на каблуках, в узких джинсах.
- Преступник ждать не будет, пока вы переоденетесь в спортивную форму, - покрикивал тренер. - В чём всегда ходите, в том и занимайтесь!
На улице постепенно становилось прохладней с каждым днём. Наступила золотая осень. В яркий солнечный выходной я выбралась за город. Недавно увлеклась графикой и захотела попробовать нарисовать пейзаж с крутого берега реки. В подходящий день положила бумагу, карандаши и прочую мелочь в офицерский планшет, оставшийся ещё со времён и посещения военной кафедры в институте, и вышла на конечной остановке автобуса. Приглянувшееся место располагалось в стороне от основных путей воскресных пикников, так что не стоило волноваться, что его займут или будут мешать праздные любопытствующие. Но до него ещё необходимо с полчаса бодро шагать через лес.
В такой близи от города невозможно скрыться от цивилизации, и возле тропинки то и дело попадались пустые банки, пакеты из-под чипсов, куски полиэтилена. На одной когда-то чистой полянке, мимо которой прошла тропа, откуда-то взялся самый натуральный унитаз. Гордо белея фаянсовым боком сквозь жёлтую поредевшую листву, он символизировал торжество идиотизма и упорства. Ведь кто-то озаботился протащить его с километр от ближайшей дороги. Подходить поближе и проверять, использовали его по назначению или же как модный креативный мангал, побрезговала. Всё равно не проживёт здесь до весны, обязательно найдётся какой-нибудь любопытный узнать, а можно ли разбить унитаз бутылкой? Или палкой. Или ещё чем. Главное, разбить. Чтобы со звоном и грохотом.
Тропа сделала крутой поворот, огибая каменный выступ с наскальными надписями вида "здесь был Вася", "8А рулит" и незамысловатым словом из трёх букв с грубой, мало похожей иллюстрацией. Неожиданно настигло уже знакомое головокружение. Как и в прошлые разы, момент перехода смазался, но сейчас удалось устоять на ногах. Вместо молодого соснового бора вокруг зашуршали листвой большие деревья. Серые стволы высоко поднимались в небо, закрывая кронами солнце, пропуская на землю рассеянный неяркий свет. И вокруг никого.
Если в первый раз меня встречали, пусть и перепугав до чёртиков, то сейчас свидетелями появления стали разве что мелкие пичужки в кустах. И ни дорожки, ни тропинки. Где я, куда идти, и идти ли - кто знает? Немного потоптавшись на месте, пошла от солнца, разглядев его положение в просвете между деревьями. Хоть какой-то ориентир. Вскоре вышла на поляну, сплошь заросшую красивыми синими цветами, похожими на астры, обладающие тонким приятным ароматом. Один цветок я сорвала и, завернув в бумагу, аккуратно положила на дно планшетной сумки. Когда выберусь, обязательно спрошу у Криса, что за растение. Де Вен увлекался садоводством и в замке было сложно найти свободную от кустов и цветов землю. Мою розу он тоже где-то там тщательно оберегает, пусть и не с такой заботой, как Маленький Принц свою, но, уверена, куст вырастет замечательный. В том, что я на Анремаре, я не сомневалась. В самом деле, не в третий же мир попадать?
К людям я, рано или поздно, всё-таки выйду, к тому же более пристальный осмотр нашёл отходящую от поляны едва заметную узкую тропинку. Она влилась в другую, пошире и натоптанней. В какую сторону лучше идти по ней, по следам не поняла, потому повернула направо, согласно классическому "мальчики налево, девочки направо". Шагов через сто навстречу вышли трое верховых и двое пеших.
- О, люди! Добрый день! Не подскажете, далеко до какого-нибудь города или хотя бы деревни? - вежливые интонации в первую очередь. Даже если ошибаюсь, и я в другом мире или стране, начинать разговор в грубом тоне не стоит.
- Ты что здесь делаешь? - а встреченные проблемами вежливости не заморачивались. Один из верховых полностью проигнорировал мой вопрос, грубо задав свой. Судя по росту и причёске, благородный не из последних. Герцог или даже княжьего рода. Ну да, голубая кровь, белая кость, с чего ему на вопросы первого попавшегося непонятно кого отвечать.
