— Монументальная, выходит, баба… — Искра загадочна вздохнула.
— На таких флот и держится, — добавила Хлои. — Поэтому мы ее Лялей и прозвали.
— Вполне-вполне! — согласилась Искра.
Все задумались о чем-то своем. Таймер на окне медленно дополз до нуля и пошел в отрицательную часть. Открытие задерживалось. Только минут через десять ставни расползлись и общему взоре предстала крошечная, размером с яблоко, Галадана. Они несколько минут молча смотрели на маленький темный шарик. Лориэль не выдержала, потянулась на стол к кнопкам управления и вот перед ними на окне-мониторе выросла Галадана во всей красе с ее белоснежными полюсами, светлыми океанами и темными континентами. Куда-то вправо убежала огромная ядерная пустыня, древнее бремя войны еще до того, когда часть праматерей переселилась на Иллирию. Теперь про ядерную пустыню вспоминают неохотно, прямое упоминание в эфирах запрещено, только в особенных исторических выпусках. На месте той пустыни когда-то был процветающий континент, а теперь огромное видимое из космоса безжизненное пятно площадью тридцать пять миллионов квадратных километров.
— А ты где живешь? — вдруг спросила Искра, попивая мятную воду.
Лориэль указала нужное место. Сильно приблизительно, конечно. Небольшой город в двенадцати километрах от портовой столицы Галаданы за тремя мелкими речушками. Город рос вдоль побережья в другую сторону, где земля покрепче и рек поменьше.
— Красивое место… — вздохнула Искра. — Леса одни, смотрю. А завод где?
— Он небольшой совсем.
— Чего за завод? — спросила Хлои.
— Где наши «ласточки» строят, — пояснила Искра.
— А пустыня где? Вот тут? — Хлои почти сразу указала нужно место. По понятным причинам, цветастое изображение планеты повернуть было нельзя. — Я вроде слышала, что последние годы дело хорошо пошло. Сколько уже отвоевали?
— Сколько не знаю, — Лориэль помотала головой. — Когда улетала, собирались строить семнадцатую установку и должны выйти на два километра в сутки.
— Всего-то? — удивилась Хлои.
— Года три назад там на побережье поставили рабочий поселок. Там сразу три установки очистительных и вперед начали двигаться.
— А вода? А осадки? — не унималась Хлои. — Помниться, нас про осадки и воду пугали на уроках истории.
— Не, воду они перекрыли установками в первую очередь, — вмешалась Искра. — Это еще пятьсот лет назад как, если не больше. Потом полем малой мощности накрыли всю область, чтобы осадков не было.
— Полем?! Радиоактивный континент?! Обалдеть… — Хлои потерла ухо. — Нда, сколько же все это стоит, хотелось бы мне знать. И как они это делают? Ну, очищают как? Я, честное слово, совсем не интересовалась этим.
Искра ответила вместо Лориэль:
— Там какое-то хитрое поле. Мощность невысокая, но огромная пульсация. Грубо говоря — они разбивают радиацию этим полем. Вот точнее не скажу, но каждая установка — это больше пульсар, чем щит.
— Еще и правнучкам работы останется. И энергона все это дело жрет — закачаешься, — подвела итог Хлои.
— Это точно. Ну, Галадана богатая планета, — Искра вздохнула.
— Иллирия тоже платит за очистку, — сказала Лориэль.
— Да?! — обе подруги уставились на пилота.
— Так перед запуском каждой установки столько новостей кто и сколько денег выделил. Вы чего, ни разу не видели? — удивилась Лориэль. — У нас даже в академке сборы были на установку, кто сколько может.
— Ага, но могут все, да? — оскалилась в улыбке Искра.
— А где-то иначе? — хмыкнула Хлои. — Эх, и правда, красивая планета. Вот же, проклятье! Знаете, я только сейчас поняла, что первый раз в жизни вживую смотрю на Галадану. Иллирию видела раза три, а тут — впервые! Ты когда во флот идешь, думаешь, насмотришься на чудеса вселенной, а хер там! Месяцами в стальной коробке сидишь и все!
— Ха! А нам попроще! У! Орбитальные полеты — это то еще счастье! — подразнила Искра. — Что хочешь можно рассмотреть!
— А! Иди ты под хвост со своими орбитальными полетами! — Хлои махнула рукой. — Каждый раз башка болит, где вывести «акулу», чтобы всякая мелочь до тебя долететь могла. Оптимал им побольше выдавай! Остановите планету — будет вам оптимал! А так она немножко летит, как бы, а ты не орбитальная станция, чтобы повиснуть рядышком. Слушай, я не рассказывала, как я свою соседку до истерики довела?
— Не-а.
— А она из этих, пацифисток. Как узнала, что я с Иллирии, да еще и военная, так прям слюнями стены заплевывать начала. Вот по бабе сразу видно — дура. Мне там целый концерт у дома устраивали. Довели, я на всякий случай подальше переехала. Ну и на прощание ляпнула — мол, в следующий раз специально выведу «акулу» из прыжка поближе к планете, чтобы эту идиотку вместе с ее деревней приливной волной нахер смыло. Поселение-то на берегу! Они посмеялись, типа брешет, тетка. Ага. А я им на зубок разделы учебника по гравитационным переходам!
Лориэль уже улыбалась, а Искра, прекрасно понимая, что будет дальше, прикрыла рот ладошкой едва сдерживая смех.
— Такое началось — не передать! — Хлои покачала головой. — Ко мне оперша знакомая приходит и говорит — старшая, тут пишут, вы всех убить хотите!
Искра загоготала от этих слов.
— От тебе смешно! А меня эти дуры миролюбивые потащили в суд! Понимаешь?! В суд! Хозяйка суда сидит ржет тихо, остальные за уши держатся, а эти крысы лапочут про дурное влияние армии на головы сильванок! Хорошо тетки собрались с чувством юмора.
— И чем закончилось? — спросила Лориэль, широко улыбаясь.
— Ну, чем… — Хлои пожала плечами. — Мне запретили совершать переход вблизи родной планеты. Чтобы приливной волны не было, ага.
— А этим? — Искра утерла слезу.
— По сто часов общественных работ. И успокоительное раз в день три года подряд.
— У-у-уух! — выдала Искра и загоготала снова.
Они втроем от души посмеялись. А потом молча смотрели на увеличенное изображение планеты, все думали о своем.
— И все-таки она красивая. Даже красивее Иллирии, — вздохнула Хлои.
Искра молча согласилась, кивнула.
— Интересно, что чувствовал первый отряд, высаживаясь на планету, — вслух подумала Хлои. — Тетки так рисковали, а им даже памятник не поставили.
— Дома поставили, — сказала Искра.
— Не, — Хлои медленно покачала головой. — Они здесь остались. Это без вариантов.
— Почему? — просила Лориэль.
— Ну… — Хлои потерла ухо. — Когда с деньгами совсем погано было, я в корпус исследователей хотела попасть.
— Да ладно? — удивилась Искра.
— Угу. Дочкам что-то жрать нужно. Еще и растут, каждые полгода всю одежку менять. А больше вариантов особо и не было. Там хоть сразу приличные деньги обещали.
— И чего? — спросила Искра.
— Чего? Улетела нахер! — засмеялась Хлои. — Не прошла третий отбор. Дисциплина слабая, и по характеру не подхожу. Там бабы без нервов нужны, а я точно не такая.
— Ну, верно. В принципе. Куда экспедиция полетит — попробуй угадай.
— Именно. Шансы были отбор пройти, пусть и не с первой попытки, — Хлои скривилась. — Только мне старшая говорит, мол, молодая я совсем, рано мне про дальние исследования думать. Внучек, говорит, увидишь, тогда подумай еще раз. Закон есть у дальних исследователей — они если высаживаются на планету с биологической активностью — то уже не могут вернуться на родную планету.
— Это как? — опешила Искра. — Я думала они все…
— Не-а, — Хлои покачала головой. — За всю историю Империи после высадки вернулись только две экспедиции. И то они года два торчали на орбите в изоляции. В общем, закон у них такой — высадка есть, домой нельзя. Мало ли что на себе притащишь.
— Сурово, — сказала Искра.
— Потому и отбор туда такой тяжелый. Не все хотят, не каждая сможет. Да, кстати. Знаете, что первую станцию хотят перестроить в центр дальних исследований?
— Каким образом? — удивилась Лориэль. — Тут никаких денег не хватит.
— Ну, не хватит… — хмыкнула Хлои.
— Мы, чего, под империю прогнулись?! — Лориэль нахмурилась.
