Порадоваться у выхода не дали. Дежурные кандары проверяли всех и направляли в комнаты службы контроля для регистрации. Кто не из десанта, а таких набралось прилично, отправили в отдельное место. Лориэль протиснулась немного вперед, пока остальные любовались родным небом и солнцем. Перед ней оказалось всего-то семеро, ждать недолго.
Все скучали снаружи, заходили в комнату службы контроля по очереди. Лориэль дождалась и смело вошла внутрь. Идти с сумками и подарками неудобно, но тут все в таком положении. Внутри просторно, есть куда что положить и сумку поставить. У выхода десантница при оружии, у стены рядом длинный узкий стол, за которым сидела сотрудница оперативного отдела. Лориэль не сразу узнала ее. Живет на соседней улице. Оперативница оторвалась от планшета и подняла голову. Улыбнулась. Тоже узнала.
— Добрых дел! С возвращением! — сказала она.
— Добрых дел, — Лориэль улыбнулась в ответ.
Она поставила сумки и протянула кандарскую карту оперативнице.
— Совсем вернулись? — просила та.
— Отпуск. Потом по службе.
— Предписание? — оперативница протянула руку.
Проклятый карман не хотел сразу расстегиваться, пришлось повозиться. Лориэль достала карту с предписанием и протянула для регистрации. Сейчас все заполнят, и пойдет отсчет ее отпуска. Прямо вот с этой самой минуты.
Оперативница внесла данные, протянула карту обратно, повернулась куда-то направо к полуоткрытой двери и крикнула:
— Вили!
Через секунду дверь открылась и внутрь заглянула девчонка из оперативной службы, обычный рядовой милитанг.
— Да, старшая? — спросила Вили.
— Проводи кандара к четвертым воротам.
— Есть.
Оперативница подмигнула Лориэль и добавила:
— Вас уже ждут.
Подхватив свои пожитки, Лориэль поспешила за провожатой. Конечно, очень хотелось, чтобы прямо тут где-то у обозначенных ворот № 4 с криками «Мама! Мама!» выскочили две мелкие шустрилки и кинулись обниматься. Очень хотелось! Но вряд ли Мири привезла их. Вряд ли с ней будет и матушка, она останется дома с малышней. Хотелось как во всех военных фильмах, когда кто-то возвращается домой, то прямо на посадочной площадке ее встречает огромная шумная семья. Реальность немного другая.
Лориэль спокойно прошла через ворота. На лавочке в тени под пушистыми деревьями в темном длинном платье наставницы ее ждала Мири. Она сразу встала и пошла навстречу. Платье ей идет, подумала Лориэль. Только матриархи и наставницы ходят в платьях до самых пят. У матриархов, понятное дело, все куда богаче, но платье школьной наставницы почти униформа и создана так, чтобы не сильно подчеркивать внешность самой наставницы, но Мири это платье очень подходило, особенно под эту строгую прическу с собранными в хвост волосами до самых плеч.
— Добрых дел, сестренка! — воскликнула Лориэль.
Мири улыбнулась. Они обнялись крепко-крепко.
— С возвращением! — сказала Мири.
Она подхватила рюкзак и скептически посмотрела на пушистые лапки-лупилки.
— Ну, на вечер хватит, — подвела итог Мири. — Поехали?
— Поехали.
Машина Мири стояла недалеко у дороги, стоянки на всех желающих сегодня не хватило. Обычный семейный транспорт с большой боковой дверью и кучей сидений. Места много, за покупками ездить удобно. Хорошая добротная вещь с двигателем на энергоне. Машина надежная. Оставалось догадываться только, что заставило Мири сесть за руль. В детстве она чуть не попала под машину и с тех пор их немного побаивалась. Но, похоже, детские страхи отступают.
Через боковую дверь Лориэль закинула вещи внутрь и захлопнула дверь. Впереди болтать удобнее.
— Едем? — спросила Мири, стоя у приоткрытой двери.
— Погоди.
Лориэль сняла маску и глубоко вздохнула. В носу защипало от жаркого воздуха и пыли.
— А разве можно маску снимать? — спросила Мири.
— Это больше для меня, если раздражение начнется или плохо себя почувствую, — Лориэль улыбнулась. — На корабле пыли нет и воздух сильно влажный.
Они сели в машину. Мири завела двигатель и повертелась по сторонам, высматривая, не помешает ли кто-то ей выехать. Она очень аккуратно вырулила на дорогу, и они неспешно поехали домой.
— Девочки с бабушкой. Фили уже выздоровела, но холодного я не разрешаю, она еще немного сопит. Если встречать будут на улице — то бабушка проболталась, — коротко отчиталась Мири. — Соскучилась?
— Еще как! — Лориэль вздохнула и улыбнулась.
— Ну, ничего. Тут часа два ехать, потерпи. Да, ты там чуточку поспокойнее дома будь. Шази приедет.
— И чего? — Лориэль не совсем поняла, почему ей надо спокойнее быть при виде старшей сестры.
— Она приедет с Данми.
— И?
— Девочке в уши надуло ветром миролюбия.
— Да ладно?! — воскликнула Лориэль. — И чего, она вся такая за мир без войны?
— Угу, — Мири кивнула. — Привезет к нам на перевоспитание. Так что держи себя в руках.
— Я-то ее быстро перевоспитаю, только как я могу племяшке морду бить?
— Вот этого точно не надо! — Мири погрозила пальцем.
— Это лучший способ воспитания со времен праматерей! Один раз крепко в нос и вся дурь под хвост!
— Потом она скулить будет, что ее кандар обижает.
— Ей же шестнадцать уже? — вспомнила Лориэль. — Надо отправить в Общество. Родит — быстро угомонится.
— Думали. Там все сложно.
— Чего?! Да ладно!
— Ага. Пока всю войну не победят, рожать она не собирается.
— Нда… Одного раза в морду будет мало.
— Вот и Шази тихо скулит. Еще и так, осторожно спрашивает — а как, а чего. Вижу, нервничает. Бабушка как услышала куда внучку понесло, таких прелестей наговорила… Еле успокоила.
— Я не думала, что все так плохо. А этот пацифизм, похоже заразен.
— Почти, — Мири кивнула. — Спокойно у нас стало. Сытно. У бабушки или мамочки работа получше и все, любимые внучки ничем не заняты. Еще и учиться не спешат. Рожать тоже, маленькие они еще, видите ли. А бабушки им хвостики чистят, чтобы девочки не напрягались лишний раз. Я Шази говорила сколько раз — девок гонять надо, чтобы понимали откуда берется хлеб и какой ценой. А она все туда же — маленькие, пусть растут. Вот и выросли.
— А забрать ее сюда ты посоветовала?
— Бабушка.
— Это правильно, — Лориэль кивнула. — Подальше от своих полоумных подружек побудет и угомонится.
— Вот и бабушка так сказала. Ну, слегка приукрасив все матерком, — Мири улыбнулась.
Лориэль тоже заулыбалась. Матушка редко ругалась, но умела. Опыт.
— В общем, я займусь мелкой, а тебе бабушку и Шази держать подальше друг от дружки.
— Погоди еще… — Лориэль усмехнулась. — Сначала мне с матушкой наедине побыть надо. Накопилось у нее, чувствую…
— Ты не права, — Мири бросила мимолетный взгляд. — Она очень переживает. Мы когда ролик увидели, где ты по крылу бегаешь в дыму, признали сразу. Там, конечно, много чего закрасили, но тебя узнали. Матушка к себе раньше времени ушла. Она ничего не говорит, но я-то вижу, как она переживает. А тут еще авария какая-то с тобой.
— Шутишь? Какая авария? — удивилась Лориэль.
— Мы ролик один раз мельком видели, не совсем поняли, что там случилось.
— А, ясно, — Лориэль вздохнула и пояснила: — Сбили меня.
— Ох! — Мири едва уловимо вздрогнула и посмотрела на сестру, но быстро переключилась обратно на дорогу. — Как сбили?!
— В бою. Раненых вывозили и под атаку попала. Навигатора в руку ранило, машина вся в дырах, кое-как долетели. Раненых довезли, остальное неважно.
— Вот! Неважно ей! Ты еще удивляешься, почему матушка переживает! — Мири вздернула носик.
— Слушай, я почти две тысячи часов налетала. Боевых! Сколько раз уходила, а тут подловили просто. Девчонкам тоже постоянно достается. Ничего необычного, скажу я тебе.
— Погоди, но вы же транспортная авиация?
— Военно-транспортная. Именно «военно» впереди всего.
— Я думала это куда спокойнее служба.
— Она и есть спокойнее. Я же в атаки не летаю.
— Ничего не понимаю с вашей военной службой, — вздохнула Мири. — Мама, наверное, теперь распереживается, если узнает.
