Сперва наткнулся на альпаку, которая была привязана к волейбольным трибунам. А затем и на хозяев плюшевой скотины. Братья-казахи сидели на верхнем ряду с тарелками и что-то затрёпывали. Притом так аппетитно, что мне тоже захотелось. И кстати! У нас ведь с Волконским договор был.
С сегодняшнего дня, — после того как кухонное оборудование встало на место, — я обещал избавить князя от трат на кормёжку строителей и готовить работягам какой-нибудь завтрак типа блинов или сырников, первое и второе с компотом. И судя по тому, что Байболотовы уже вовсю наворачивают, Гио с Санюшкой на кухне успели что-то приготовить.
Вот только… что?
Плиты заработали в лучшем случае полчаса назад. Интересно, блин! Протолкавшись сквозь очередь работяг, я зашёл на кухню и сразу же определил сегодняшний обед. По запаху и, — внезапно! — по звуку.
Это обольстительное чвяканье я никогда и ни с чем не перепутаю. М-м-м-м-м… Ригатони де ля Тушнина! Или же макарошки-рожки с тушёнкой, ежели по-нашему. Гио стоял рядом с двадцатилитровой кастрюлей и огромной шумовкой щедро раскладывал чудо-блюдо по тарелкам. Санюшка в свою очередь метал на импровизированную раздачу салатники с квашеной капустой. Вообще сказка!
Цапнув себе и то, и другое, я не стал смущать пацанов своим присутствием и решил пообедать с Байболотовыми. Поднялся к ним на трибуну, сел рядом, пожелал приятного аппетита и набросился на изыски.
Я ел. Казахи тоже активно работали челюстями, так что разговор у нас не получился. Зато отсюда, — с высоты, — идеально просматривался бар. То есть я мог в прямом эфире наблюдать за тем, как Его Благородие барон Ярышкин строит из себя мастера пикапа. Зрелище просто восхитительное.
К этому времени он уже научился кое-как делать кофе, так что теперь «отпускал» строителей и не затыкаясь травил Стасе какие-то байки. Стася смеялась. Иногда искренне, иногда неловко, но всё равно отделаться от Агафоновича никак не могла.
И тут… О-хо-хо! Волейбольные трибуны разом превратились для меня в зал древнегреческого амфитеатра, а бар, соответственно, в арену. Займите места согласно купленным билетам, начинается комедия. Или трагедия, тут уж как пойдёт.
Вдали, со стороны трассы, к пляжу шуровал княжич Волконский. Сперва я даже не узнал его за пышным букетом красных роз.
— Э-э-э, — протянул Ержан. — Это чо за чорт? Василь Викторович, нам ему втащить?
— Не-не-не! — запротестовал я. — Это сын моего соучредителя. Пожалуйста, запомните в лицо и ни в коем случае ему не втаскивайте. И не всекайте. И не урабатывайте.
— Принял, — кивнул младший Байболотов и вернулся к трапезе.
А я продолжил наблюдать. Жаль только лишь, что без звука. Приходилось читать по губам и не факт что я угадал, но мозг если что додумает сам, хе-хе…
Вот княжич хмуро огляделся, нарыскал глазами Стасю, тут же широко улыбнулся и двинулся к бару. А вот Агафоныч заметил его приближение и стал мрачнее тучи.
— Здравствуйте, Станислава Витальевна! — наверное, сказал Игорь Волконский и прошмыгнул за стойку. — Букет для вас! Купил с отцовских денег, не благодарите!
— У-у-у-у! — наверное, ответила Стася. — Ну нихера се! Розы! Вот это ты затейник, с фантазией всё норм!
— Ещё бы! — наверное, добавил княжич и вручил Малыгиной букет. — Эти цветы так же прекрасны, как и ваши груди! В них так приятно зарываться носом!
— Так же, как и в мои груди! — засмеялась Стася.
— Кофейку? — предложил Агафоныч.
Тут уже без «наверное», поскольку эту фразу я умудрился прочитать по губам в точности. А еще мысли про «оборзевших мажоров» проскользнули у сенсея в голове. И мысль о «втащить», ага… Я оглянулся на моих шаолинских казахов — не, не они, точно Агафоныч! Вот что с людЯми делает любовь!
Княжич сперва небрежно кивнул, мол, да, займись, а потом уловил на себе тяжёлый взгляд Ярышкина и, кажется, что-то понял. Да-да! Точно понял!
Мужчины нахмурились друг на друга, как самцы бабуинов, и перебросились парой фраз. Судя по скривившимся мордам, обменялись уничижительными колкостями. Скорее всего, Волконский свысока напомнил Агафонычу, что тот обслуга, и попросил сдрыснуть в туман. На что Агафоныч, скорее всего, разыграл карту с креативным директором. Тогда княжич, скорее всего, сказал, что это пляж его отца, а Агафоныч бросил что-то типа: «вашего отца здесь сейчас нет». Ну… скорее всего! Как по мне, это самый логичный из возможных диалогов.
Но вот, Волконский повернулся к Стасе передом, а к барону Ярышкину показательно задом и принялся упражняться в остроумии. Тараторил чего-то, ржал, и даже не подозревал что за его спиной уже готовится покушение…
Агафоныч, — сука такая, — опять провернул трюк с холдером и окатил княжича кипятком из кофемашины.
Игорь Игоревич, конечно, сперва дёрнулся и принялся отряхивать штаны. А затем глянул на барона стиснув зубы, наигранно махнул рукой, засмеялся и чуть приобнял Агафоныча. Секунда, и рожа Ярышкина стала сосредоточенной-сосредоточенной, как будто он только что первым в мире нащупал решение гипотезы Пуанкаре. А из-под ладони княжича, что лежала на его спине, повалил… не дым, но пар.
Игорь Игоревич оказался хладомагом и прямо сейчас обжигал барона ледяным касанием.
— Э-э-э, — подал голос Ержан. — Может всё-таки втащить?
А Агафоныч на этой почве совсем потерял страх, и я даже отсюда почувствовал, как он обвил княжича ментальными щупальцами и вовсю принялся расколупывать его артефактную защиту. Ману жжёт, как сумасшедший, того и гляди проберётся.
— Не надо, — сказал я казахам, отложил макарошки и бегом спустился с трибун.
Быстрей-быстрей, пока не произошло непоправимое.
— Игорь Ии-и-и-игоревич! — ещё издалека начал орать я. — Вот вас-то я и ждал!
— Меня?
— Да! Не могли бы вы со мной чуточку прогуляться и поговорить о делах насущных?
— Я?
— Ну конечно!
— Гхым, — княжич отпустил Ярышкина. — Ну хорошо…
А я ведь и впрямь хотел с ним пообщаться по душам. Приглашать на открытие — это лишнее, он в любом случае будет здесь. Но были у меня и другие темы для разговора. Первая, например, насчёт концепции нашего пляжа. Ведь кому, как ни ему, — представителю золотой молодёжи, — знать, чем эту самую золотую молодёжь зацепить. Что ей интересно и ново, а что уже обрыдло и не комильфо.
Знать надо! Не хочу я целиться в средний класс. Но не потому, что брезгую простыми людьми и бла-бла-бла… вовсе нет! С них, — с простых людей, — и стрижётся основная выручка. Но специально для этой цели я в самом ближайшем будущем планирую разжиться сетью городских ресторанов «ОрловЪ».
А здесь и сейчас у меня другой интерес. И не интерес даже, а азарт. Кого я только не кормил в прошлой жизни, а вот аристократию ни разу.
Итак, мы с княжичем побрели вдоль по пляжу. А сзади, на расстоянии метров так-эдак пяти, за нами выдвинулись Ержан, Мансур и альпака. Я задал свой вопрос, и Игорь Игоревич отвечал мне человечьим голосом:
— Всё хорошо. Всё и так очень интересно, поверь мне, Василий Викторович. И видно, что ты душу сюда вкладываешь, ведь отец просто так тебе не доверился бы.
— За душу не платят, — парировал я.
— Согласен. Но, поверь, пока что достаточно. Доведи до ума коктейльную и винную карты, поставь кухню и организуй волейбол. Пока всё новенькое, люди придут, а дальше главное не облажаться. Я в свою очередь пропиарю место по друзьям, да и сам частенько буду посещать. Ну а потом… единственное, что могу посоветовать, так это готовить из аномальных продуктов. Как тогда, у нас дома.
Во-о-о-от… Внезапно, из первого моего вопроса сам собою вытек второй. Я ведь уже всю сеть излазил. Всё посмотрел. Всех обзвонил.
Действительно, есть в Российской Империи рестораны премиального уровня, которые готовят из иномирных продуктов. Но! Все они работают по формату гастроужина. То есть, грубо говоря, позвонил ты, забронировал столик, пришёл к назначенному времени и тебе на выбор предлагают: два салата, две закуски и два горячего. Всё спецом приготовлено и придумано под сегодняшний вечер, — выбора нет, жри чо дают. А завтра новое меню. И послезавтра. И послепослезавтра тоже.
