— Поэтому и боятся, — улыбнулся Эрин. — Знают, чем им грозит знакомство с Хаосом. Они ведь Хаос любят преумножать не в себе, а вокруг себя. Сами они при этом стараются сохранить покой в душе и порядок в мыслях. А Хаос этому, знаешь ли, не способствует.
— А как ты их чуешь? — не отставала Вера.
— Да вот чую… — Эрин несколько секунд подбирал слово, но, видимо, не справился с этой задачей. — Просто ощущаю, Вер! Знаешь, вот как ты услышала бы, если бы кто-то фальшиво пел? Нашла бы такого человека среди нескольких хорошо поющих?
— Ну, наверное, нашла бы, — кивнула Вера.
— Вот и я так выявляю хтонов и Хаос. Для меня это будто фальшивое пение в хоре. Если хор большой — найти фальшивящего сложно, а если хор маленький, то вообще никаких проблем! — пояснил Эрин. — Эти хтоны молодые и неопытные. Они ещё не научились скрываться. Так что я их за километры почувствовать могу.
— В прошлый раз они нам наваляли, — напомнил Игорь. — И, прямо скажем, серьёзно.
— В прошлый раз я ещё под штрафами был! — сдвинул брови нюхач. — А ты вообще был зелёным новичком. В этот раз просто раскатаем их в тонкий блин. И всё.
Пока Вера, Игорь и Эрин разговаривали, Муся с Бизоном нашли залежи пустых металлических бочек и быстро соорудили из одной из них жаровню, куда набросали дров и угля, тоже имевшихся на складе.
— Стащили сюда, похоже, всё, что смогли найти в городе, — сказал Эрин, рассматривая хранящиеся на складе предметы. — Вон те тюки — явно от торговцев. Эх, не успел, видимо, караван сбежать…
— Эй! Я болты нашла! — радостно сообщила Вера. — Кому-нибудь нужны?
А уже спустя пару минут весь отряд занялся очень важным делом: набиванием рюкзаков. Всё найденное собирались забрать с собой, когда закончат с хтонами. Главное — дотащить награбленное до телеги. Благо, животинка, которая эту телегу везла, была очень выносливой.
Но долго грабёж не продлился — не при таком лютом холоде. Где-то через четверть часа все столпились вокруг жаровни, которая выбрасывала в потолок языки пламени. И хотя в помещении теперь стало дымно, но хотя бы возле бочки удавалось немного согреться.
Лёдное оправдывало своё название. Мороз стоял такой, что даже в здании, в одежде и доспехе, который подогревался конструктами, было холодно. Очень холодно. А снаружи завывал буран, явно и не думая прекращаться.
— Давайте хоть чаю заварю, — хлюпая покрасневшим от холода носом, предложила Растрёпа. — И надо что-нибудь вместо стульев приспособить…
Игорь вообще бы предпочёл выставить дежурного и поспать, пережидая буран. Но, к сожалению, не слишком-то хотелось — выспался во время отдыха на соседнем узле. Пришлось сидеть и пить чай, бесполезно убивая время разговорами.
Буран продлился ещё часов пять. А потом внезапно утих, и снаружи воцарилась совершенно мёртвая, неестественная тишина. Правда, Игорь и его спутники даже не сразу это заметили. И только когда Муся, рассказывавший какую-то весёлую, на его взгляд, историю, замолчал — услышали, как вокруг тихо.
— Ну что, пора выдвигаться? — предложил Бизон. — Буран утих. Чем быстрее закончим тут дела, тем лучше.
— Надо с собой взять что-нибудь, чтобы при случае укрыться от непогоды! — встрепенулась Растрёпа.
— В углу лежат тенты от грузовиков, — вспомнил Игорь. — Они тяжёлые, но плотные. Можно взять с собой один.
Так и сделали. Бизон отыскал в куче тентов один небольшой, который удалось удобно свернуть и закрепить у Бизона же на спине, на манер рюкзака. Муся прицепил на спину набитую дровами и углём бочку. Игорь закинул на плечи рюкзак с боезапасом. Остальную поклажу распределили между Эрином, Растрёпой и Верой.
Очень пригодились обнаруженные на складе лыжи-снегоступы. Широкие, короткие, они отлично держали на снегу, позволяя не проваливаться в сугробы с головой. Это значительно ускорило передвижение, так что вскоре Игорь со спутниками уже прошёл мимо монумента прибытия.
Эрин уверенно свернул к ближайшей просеке в лесу. Когда-то там проходила дорога, но сейчас единственное, что отличало её от остального пейзажа — отсутствие деревьев. А Игорь всё оглядывался по сторонам, пытаясь найти хоть какие-нибудь знакомые ориентиры.
И не находил.
Узел Лёдного изменился до неузнаваемости. Теперь этот кусок земли посреди Хаоса и вправду стал одной сплошной ледышкой. А ещё здесь повсюду летали обрывки тумана, который теперь никуда не уходил даже днём.
До леса отряд так сразу и не добрался. Эрин подал знак остановиться, а потом залез в рюкзак и вытащил несколько деревянных амулетов, по одному протянув каждому из спутников.
— Это шо? — с подозрением спросил Муся.
— Маскировка, — пояснил нюхач. — Сделал на новом узле. Продержится около суток. Но я смогу заправить.
— От кого ты на пустом узле скрываться собрался? — удивился Бизон.
— Да хотя бы от порождений, — Эрин указал на город. — Там было порядка нескольких тысяч жителей. Ушли с узла далеко не все. Значит, после победы хтонов многие стали порождениями. Можно, конечно, попробовать пробиться к хтонам с боем… Но, боюсь, врагов будет очень много. Так мы тут и на несколько дней можем застрять.
— Верно, ну её, эту шелупонь! — согласился Бизон. — А с амулетом они нас не увидят?
— Увидят. Это не невидимость. Это просто ограничение, чтобы от нас Порядком не слишком далеко фонило, — пояснил Эрин.
— Я-таки, конечно, знал, что нюхачи умеют Порядок на ровном месте формировать… — пробурчал Муся. — Но чтоб нюхач специально распространение Порядка ограничивал? Вот о таком я слышу впервые!
— Обычно мы и не ограничиваем, — вздохнул Эрин. — Но ситуации, видишь ли, бывают разные. Для того и учим конструкты и знак, которые помогут не светиться для хтонов.
На куске дерева была нарисована концентрическая спираль. В начале и в конце сплошной линии виднелись отверстия с продетым в них шнурком. Но энергия была не в знаке, а в самой деревяшке.
Нацепив амулеты, отряд двинулся дальше. Сначала шли по бывшей дороге, но чем дальше, тем более узкой становилась просека. Хаос делал своё дело, мало-помалу сдвигая деревья и перемешивая открытые пространства с лесом.
А Эрину, идущему впереди, всё чаще приходилось петлять, меняя направление. Как объяснил сам нюхач, он обходил сгустки Хаоса. Возможно, это были просто густые обрывки тумана, скопившиеся в низинах. Но всё же, по словам седого, была немаленькая вероятность, что вместо тумана там в снегу прячутся порождения.
Тревожить их не хотелось. Местные хтоны вряд ли сумели взять под контроль всю ту орду, что скрывалась в сугробах Лёдного. Поэтому даже если бы драка и началась, то хтоны о гостях не факт, что узнали бы. Но время терять всё-таки не хотелось…
Тем более, идти и без того пришлось долго. И это даже несмотря на бодрый темп, который сходу взял нюхач. Пусть Лёдное и сильно сжалось с тех пор, как Игорь был тут в последний раз, но по-прежнему оставалось не самым маленьким узлом. Да и хтоны, если память Игоря не подводила, жили далеко от города. А с другой стороны… За прошедшее время всё здесь изменилось настолько, что он бы не удивился, если бы и хутор, на котором обитала злокозненная семейка, переместился ближе к городу.
Игорь занимал себя тем, что пытался вспомнить имена семьи, ставшей хтонами. И ему это даже удалось: Маша, Миша и младшая дочь Вика. А вторая дочь, погибшая Настя, была их рабыней. Вспомнив о ней, Игорь невольно почувствовал, как у него зачесались кулаки. Ни один человек не заслуживает такой жуткой смерти, как эта молоденькая девочка. Но ещё меньше, наверно, она заслужила такую жуткую жизнь — рабыней в подчинении у собственных родителей-хтонов.
Чтобы не давать волю эмоциям, Игорь занялся делом: начал вспоминать те особенности врага, которые могли сыграть роль в бою.
Миша был очень силён, умел быстро двигаться короткими рывками, но не использовал конструкты. Его жена пользовалась воздушной стихией, а ещё умела преображать свои руки во всякую опасную и мерзкую хтонь. А вот дочка…
