— Есть доклад! — улыбнулась Лориэль.
Навигатором дали местную тетушку. Судя по лицу — она не улыбалась никогда в жизни. Строга, сурова, честна, дело знает как немногие. Рабочую ноту поймали с двух фраз. Нашли летный комплект по размеру, нашелся и неплохой шлем. Лориэль уверенно подошла к машине, когда зашла внутрь все поняла сразу. То ли тени так легли, то ли запах какой-то остался, но вкус беды и пожара повис внутри некогда израненной «ласточки». Это боевая машина, сомнений нет. Хорошее настроение перед полетом куда-то делось, вместо него всю грудину заняла боевая сдержанность. Есть задача, надо выполнить.
В кабине состояние ухудшилось, налетело столько странных ощущений, что Лориэль с трудом справилась. Взлет по команде, подъем, круг, еще один. Набор высоты, смена курса по команде навигатора, самые простые маневры и рабочая посадка. На все стандартные тридцать минут до посадки.
Лориэль сняла шлем, вышла из машины и встала в тени. Мимо пробежали техники с оборудованием и стремянками. Лориэль протянула руку и даже через перчатки летного комплекта почувствовала холодок, неприятную боль военно-транспортной, а теперь уже по настоящему боевой машины.
— Ты чего застыла? — мастер подошла сама, а вместе с ней много кто, даже тетушка Ниларэль.
Лориэль спохватилась:
— Мастер Хирондель, докладываю, технический полет завершен.
— Это я вижу. С тобой чего? — дурно стало.
— Вы бы хоть предупредили, мастер. Я такого никогда не чувствовала.
— Ну, рассказывай.
Лориэль отошла от машины на пару шагов и указала наверх:
— Пожар был, энергон горел. Под баками хруст корпуса идет, на наборе высоты слышно. Грузовой модуль, правое крыло, тут все взрывом было разворочено. На разгоне легкие рывки идут и дергает по плоскости вправо. Я бы просто в резкий набор ушла как перехватчик и прогрела двигатель, но высоты полета не дали. Надо хотя бы до двадцати тысяч дойти. С левой группой проблем нет, а вот в кабине…
Лориэль вздохнула:
— В кабине надо прибраться. Запах гари остался.
— Ясно. Вроде ничего страшного, да?
— Если честно — надо грузовой модуль полностью менять. С этим «ласточка» летать не хочет.
Техники все это время что-то писали на свои планшеты, но тут подняли головы и посмотрели на мастера.
— Обсудим, — спокойно ответила мастер. — Еще что-то?
— Больше не знаю, — Лориэль нервно потерла лоб. — Я как в кабину села, мне словно по морде заехали. Машина еще и разбилась, да? Прямой удар кабиной. Только понять не могу… Выходит, что удар под прямым углом был. Не могу сообразить, как так вышло.
Тут уже все приподняли ушки и уставились на Лориэль.
— В точку, кандар, — мастер кивнула. — Так и доставили на завод с разбитой кабиной. Подробности не знаю. Сложные ощущения, смотрю? Ты сама не своя. Помощь нужна?
— Все в порядке, мастер, — Лориэль выдохнула и сказала: — Пилот этой «ласточки» погибла при падении. Меня это ощущение весь полет не отпускало.
Мастер кашлянула и посмотрела на остальных собравшихся. У всех лица были удивленные.
— Такой информации у нас нет, — ответила Хирондэль.
— Понятное дело, — Лориэль вздохнула.
Флот свои потери тщательно скрывает, никто не будет в каждом рапорте на сбитую машину писать о потерях.
Техники попросили все повторить и тщательно записали каждое слово. Мастер обняла Лориэль за плечи:
— Неплохо для первого полета как заводского пилота, а?
— При всем уважении, мастер, я…
— Знаю, знаю. Все вы боевые девки одинаковые! — Хирондель улыбнулась. — Переодевайся. Дел полно. Тебе еще отчет сдавать.
— Так точно.
Отчет сдать с обновленным имплантом оказалось еще проще. Лориэль только добавила несколько важных замечаний от себя, в том числе подозрения насчет грузового модуля. Мастер приняла отчет в своем рабочем кабинете.
— Доложу хозяйке, — сказала Хирондель. — Она не меньше моего удивилась про пилота. Ты уверена? У нас тут пилоты вещь штучная, за каждую переживаем.
— Вряд ли это просто впечатление, — Лориэль почесала ухо. — Ощущение было, что машина грустит и нашла кому пожаловаться. Сложно описать. Всё на уровне чувств. Я, пожалуй, в прошлый раз атаку увидела, потому что машина подсказала. Думала, что на такой скорости реакции не хватит ни у кого.
— Как знать, — мастер отложила планшет на стол и повторила: — Как знать.
Она посмотрела на пилота перед собой.
— А если машина тебя слушается, как тогда ощущения?
— Как второй мех. И словно крылья за спиной.
Лориэль виновато улыбнулась и спросила:
— Не верите мне, да?
— Идем со мной.
Они вышли из главного корпуса и подошли к соседнему ничуть не меньше размером. Тут на большой грубо выкрашенной синей краской двери висела табличка «Учебный корпус». Мастер с шумом открыла дверь и вошла внутрь. На входе дежурная вскочила, Хирондель махнула ей на ходу. Они сделали пару шагов и остановились у большой стены, увешанной портретами.
— Это те, кто создал наш проект, — сказал мастер. — Слева пилоты и навигаторы, справа инженеры, техники, ученые.
— А в центре? — Лориэль указала на большой портрет.
Мастер недолго помолчала, как-то грустно улыбнулась, глядя на портрет.
— Подруга. Боевая сестра. Наставница, — сказала мастер. — Первый пилот-испытатель проекта. И, пожалуй, лучшая из нас.
Хирондель не спускала глаза с цветной фотографии. На снимке обычная сильванка в летной робе. Ни знаков отличия, ничего, просто маленький шильдик пилота. Лицо приятное, мягкое. Мех… Лориэль на миг подумала, что смотрит на свое отражение. Разве что на фото пилот намного старше.
— Видишь, вы похожи? — мастер улыбнулась. — Даже странно, что хозяйка тебя не признала в первый день. Личное дело-то она смотрела.
Лориэль кивнула на портрет:
— А как ее зовут? Я не вижу тут вообще ни одного имени.
— Мы эти имена знаем наизусть. Традиции делают коллектив сильнее, — мастер грустно улыбнулась. — А это, знакомься… Мастер Латернаэль, старший пилот испытательной группы малой военно-транспортной машины проекта «Девять». Позывной Ласточка.
— Ох, ты… — Лориэль с изумление уставилась на фото мастера. — Я думала, машину так из-за схожести с птицей назвали…
— Она и была сродни птице. Забавно, я вот сейчас даже не помню, чтобы она когда-то сердилась. Как глаза не прикрою — вижу улыбку.
— Она вас летать учила?
— С улицы привела в летную школу. Меня брать не хотели, я даже общие школьные тесты с трудом сдала. А она увидела как я с девками на улице дерусь, подняла с земли, платок дала морду утереть, а потом спросила — хочешь летать? В школе только посмеялись, но дали пройти тесты на пригодность. Я и прошла. Почуяла она во мне что-то, а как — до сих пор понять не могу. Погрозила кулаком и сказала — учись! Я и училась. Наставница хорошая попалась в учебке, я-то по знаниям плавала, все еле тянула, но грызла и лезла вперед, старалась. Потому меня и прикрывали как могли, а уже летный допуск я получила на два года раньше всех. К мастеру напросилась сразу, а она мне… Знаешь, что сказала?
— Даже не догадываюсь. Или не взяла?
— Да нет, отказывать не стала. Сказала только, если пойду к ней — никогда не смогу летать на чем-то другом. Пилот проекта «девять» баба особой породы. Никому не нужна, но незаменима. Знает и умеет больше других, но летает только на «девятках». Вот я и летаю. А ты как, перевод в перехватчики новый подала или думаешь?
— Я пилот «ласточки», — ответила Лориэль.
— Вот она… — Хирондель кивнула на фото старого мастера: — Тоже машины чуяла, словно в них жизнь есть. Или душа. Никогда не ошибалась. Даже в крайний полет так и сказала перед взлетом — лечу прощаться с небом.
— Погибла?
— Нет. Возраст. Здоровье. Отставка, потом внучек воспитывала. Умерла пять лет назад. Я к ней долго еще в гости ездила за советом. Это она подняла «девятку» в небо и поставила на крыло. Хозяйка девчонкой была, когда все началось. Никто даже не думал, что с этой затеи что-то выродится.
