— Тем более странно, что проект на вооружение не принимают.
— Империя не любит, когда колонии оказываются умнее. Наш бой за «ласточку» только начинается, Лориэль. Все еще впереди. Так что мое предложение пилота-испытателя в силе. В любое время. Тут работа важнее службы, так я тебе скажу. Скоро грустный юбилей, тридцать лет как первая «ласточка» пошла в небо, а мы все на месте топчемся. И я уже старею, а дело еле ползет. А нам летать нужно! Нам в небо дорога!
— Все сложнее, мастер, — вздохнула Лориэль.
— Знаю, знаю. Боевая дружба, долг перед Империей, — Хирондель усмехнулась. — Высокие слова, как по мне. Ты только сама себе ответь честно — вся твоя служба это что? Жажда риска? Внимания? Признания? Желание выделиться? Ради чего все? За долг родине никто не воюет, это уже потом, как знамя над головой, кричат «Служу Империи!». В бой идут ради того, что в сердце. Вот когда поймешь, что у тебя в сердце на самом деле — тогда из твоего меха вылезет настоящий пилот. Голова у пилота должна быть холодной, а в сердце холода и тишины быть не должно. Я потому и спрашиваю у тебя — ради чего ты пошла на флот? Мы молода, у тебя еще ветер в ушах, поэтому думай. Десять раз думай. Каждый день, каждый миг. Иногда страшно признаться, что занимаешься не тем. Духа не хватает. Хвост жмется. Надо понять, что есть твоя цель как пилота. Как бабы. Как сильванки. Вот тогда…
Мастер показала на Лориэль пальцем:
— Вот тогда ты уже не будешь себя отделять ни от службы, ни от Империи. Вот тогда ты уверенно скажешь мастеру не «все сложнее», а «идите как вы, тетушка, нахер». Думай.
Мастер шагнула к дверям и хлопнула Лориэль по плечу. В этот миг в учебном корпусе раздалась трель звонка.
— О! Идем отсюда, а то набегут сейчас! Техников готовим на флот, — сказала мастер.
Они быстрым шагом вернулись в главный корпус, где и расстались. Лориэль поднялась на этаж к инженерам. В ее комнате было пусто. Странно, Биби должна ждать. Лориэль толкнула дверь и вошла в комнату. Биби сидела на полу за ящиками в дальнем углу и бесшумно ревела.
— Ты чего? — Лориэль присела рядом.
Биби утерла зареванное лицо, миг, и снова разревелась в ладошки. Еще и плечами задергала. Это уже не похоже на рев, это истерика начинается.
— Так! Встаем! — скомандовала Лориэль и подняла девчонку.
Биби послушно села в кресло, слезы так и лились. И снова ее затрясло.
— Ты меня побереги, а то все подумают, что я тебя тут луплю, — сказала Лориэль.
Биби потрясла головой. Выпила предложенный стакан воды, кое-как успокоилась. Лориэль выглянула наружу и подозвала одну знакомую, попросила тихо увести Биби умыться. Вроде проскочили тайком, никто не заметил.
Вернулась симпатяжка минут через пятнадцать. Привела себя в порядок, глаза только сверкают и носиком шмыгает.
— Я тут посижу пока, поработаю, — тихо сказала она.
Лориэль кивнула и вернулась к терминалу. Раздел по силовым установкам, читать долго. Надо до вечера управиться. Ладно сами двигатели и стабилизаторы обычные, но режимы работы поменялись.
Прошло не меньше часа. Лориэль увлеклась расчетами, несколько режимов машина исполняет легче. Ей подумалось, что скажет Зара со своим знаменитым разворотом на сто восемьдесят на полном ходу! Судя по всему, «ласточка» новой модели еще и бортом может держать рабочую скорость. Из расчетов это прямо напрашивается на попробовать! Лориэль записала в блокнот еще один пункт на будущее.
— Блядь! — Биби грохнула по столу и зарычала.
Маленький симпатичный гепард сейчас сидел и зло пыхтел, еще чуть-чуть и кинется в драку на свой рабочий терминал. Но тут до нее дошло. Глазки у Биби округлились, она прикрыла ротик и ошалело уставилась на Лориэль.
— О-ой… — выдала девчонка. — Простите, кандар! Я… я…
— Ничего, — ответила Лориэль. Она, конечно, не ожидала от девчонки такой реакции, но тихих сильванок не бывает.
— А… — Биби опустила ушки. — Хотите чаю? Я принесу. Хороший чай.
— Хочу.
Девчонка вскочила и умчалась. Вернулась через пять минут с подносом. Большой чайник, две кружки, тарелка с темным печеньем. Чай отличный, запах еще лучше.
— Что за сорт? — спросила Лориэль.
— Не знаю, — тихо ответила Биби. — Правда, не знаю. Мы просто скидываемся всем отделом, а старшая покупает и смешивает. А чего и сколько — не говорит. Ну… традиция, такая… Секретный рецепт старшего инженера. Только они и знают.
— Вот как? Вкусно, — Лориэль хлебнула чай. — Ты чего ругаешься?
— Простите, — смутилась Биби и спрятала руки под столом. Опустила голову. Сидела и мяла пальцы, как школьница.
— Рассказывай.
— Да чего рассказывать… — вздохнула она. — Не получается ничего. Вот и злюсь. Совсем ничего.
— А ревела чего? Только честно. Обидел кто?
— Ну… — Биби тяжко вздохнула. — Вот вы и обидели.
Лориэль чуть не поперхнулась. Поставила аккуратно кружку на стол.
— Почему я? — удивилась она. — Как это?
— Ну, как… — Биби потерла ухо и спрятала руку под стол. — Я вот… Ну… Э-эх…
Она так тяжело вздохнула, словно старушка перед длительным походом в неизвестность.
— Программу хочу сделать по расчетам рисков и неисправностей, вот, — сказала Биби. — Я последние три недели пересчитывала все, чтобы доказать, почему на преобразователе потеря два и одна сотая. Считала… Считала, считала. А тут вы… Полчаса полета и все поняли. А я теперь не знаю, чего делать.
— Погоди, ты три недели назад узнала в чем проблема? — удивилась Лориэль.
Биби кивнула.
— И никому не сказала?!
— А чего говорить? — Биби фыркнула. — Кто на расчеты от мелочи вроде меня посмотрит? Я же доказать еще ничего не могу. И потом уже один раз ошиблась… Старшая ругалась.
— Так, еще раз, — Лориэль кашлянула. — Ты по расчетам поняла, в чем проблема у новой модели?
Девчонка резко кивнула.
— Расскажи мастеру, если боишься старшей.
У Биби уши поползли вниз, она в лице изменилась, еще чуть-чуть, могла бы ахнуть и в обморок свалиться.
— Расскажи. Лучше получить еще раз по уху, чем подвести своих. Вдруг у твоих расчетов большое будущее?
— Не знаю, — буркнула Биби.
— Ясно…
Лориэль встала, обошла стол и присела рядом с Биби.
— Зовут-то тебя как? Матушка как зовет?
— Майя.
— А полное имя?
— Марилансэль.
— Ого. Это древнее имя как-то?
Биби кивнула.
— Это когда в воде отражение свое видишь и оно тебе нравится. Такое вот имя.
— Что-то оно тебе не подходит! — пошутила Лориэль.
— У меня другое было, — Биби пожала плечами. — Я маленькой болела часто. Мама даже сюда переехала. Все бросила и сюда. Климат теплый, хороший воздух. Думала, я болеть меньше буду. А я все равно болела. Потом одна старая тетушка, странная такая, говорит, что это меня праматери не берегут. Говорит маме, если хочешь, чтобы дочка не болела, дай ей древнее имя, чтобы праматери услышали. Вот мама меня по-новому и назвала.
— И чего, болеть перестала сразу?
— Ага, — кивнула Биби-Майя.
— Обалдеть! — улыбнулась Лориэль и потрепала девчонку за плечо: — Топай к мастеру, расскажи все.
— Не пойду.
— Почему?
— Один раз уже полезла — наказали.
— Ошиблась?
— Угу. И сильно.
— Тогда тебе не повезло, — Лориэль заметила, что в зал вошла мастер Хирондель и помахала ей, привлекая внимание.
Биби вскочила, Лориэль силой усадила ее в кресло. Девчонка фыркала и пыхтела, пока мастер не вошла в комнату. Вскочила. Тут у нее ноги задрожали, чуть не упала. Ее усадили за терминал и заставили все показать. Мастер задумчиво выслушала, попросила повторить. Позвали старшую отдела, та отнеслась с интересом. А потом отчитала Биби-Майю за молчание. Заставила скопировать все на планшет и потащила к хозяйке.
— Ух… — мастер схватилась за лоб. — Иногда хочется матюгнуться или врезать кому-то в нос, но хозяйка говорит — вы мой мастер, вам надо сдерживаться. Ой как хочется порой! Она же это все делала попутно основной работе, понимаешь?! От же девка… Чай еще есть?
