– С поломанными ребрами от дракона не убежишь. То есть ты его завалил?
– Завалил.
– Ясно. А потом были небольшие неприятности с ариями, которые счастливым образом разрешились благодаря неожиданному вмешательству новых друзей?
– Так-так-так, мой друг. Хочу в виде совета перефразировать один афоризм.
– Какой, интересно?
– Сидя по уши в дерьме – рта не раскроешь. Вот в твоем случае этот афоризм следует читать с конца. Стоит раскрыть рот…
– Да усвоил я, не парься, – Франк выругался про себя. Не стоило, пожалуй, в данный момент блистать информированностью. Механик решительно сменил тему разговора: – А кольчуга у тебя, часом, не мифриловая?
– Угу.
– И укрепляешь мифрилом?
– Железом было бы глупо. Зачем портить хорошую вещь?
– То есть ты продал сердце дракона, чтобы расплатиться с гномами?
– Сердце дракона, к сожалению, вырезать оказалось не судьба, не до того было – у самого сердце тогда еле тикало…
Механик задумался. Воин-неофит, позволивший себе усиленную броню из мифрила и не побоявшийся дать бой дракону, был человеком явно необычным. Следовало из такого знакомства извлечь пользу.
– Катарину Тилле вчера кто-то замочил. Слышал?
– Слышал. И что?
– Подозреваемый номер один – Браги, но это догадки. За достоверную информацию Наместник предлагает десять тысяч.
– Солидно, – по спине Хельги пробежал холодок.
– Вот ты – разведчик. Ты мог бы узнать, кто это сделал?
– Мог бы. И что из этого?
– Я возьмусь доставить эту информацию Наместнику и получить награду. За долю в двадцать процентов.
– Ну ты и конченый! – изумился Хельги. – Кто ж во время войны своих за бабки сдает?
– Бизнес есть бизнес. Ну, не хочешь – дело хозяйское. На будущее, если у тебя есть информация, а ты не знаешь, кому ее толкнуть, – обращайся, помогу.
– Я уже знаю двоих, которые ведут такой бизнес.
– Да? И кто же?
– Бармалей и Выкуси.
– Ну-ну, сходи, продай им что-нибудь. А я посмотрю, что из этого получится.
– В смысле?
– В смысле кинут. Надо иметь очень серьезный вес в Мире, чтобы вести с ними дела без опаски. Знаешь, какой у них уровень?
– Не знаю.
– И я не знаю. И никто не знает. Только в тот день, когда вы с ярлом покрошили патруль, они завалили гидру. Без всякой магии, заметь, и даже не вспотели. Знаю точно, потому что помогал разделывать тушу. Так что иди, продавай им, что хочешь, а я посмеюсь.
– Ладно, буду иметь в виду. Выкуси, кстати, очень симпотная барышня. Просто конфетка.
– Ха. На эту конфетку многие облизываются. Но с ней связываться – себе дороже, ведь Бармалей всегда рядом. А у тебя точно нет ничего интересного?
– В смысле продать?
– Ну да.
– В смысле продать – нет. В смысле купить – есть.
– И что же у тебя есть?
– Деньги.
– То есть?..
– У меня есть деньги, и я готов купить интересную информацию относительно ариев. Располагаешь? Вроде бы ты человек компетентный…
– А то! Что интересует?
– Давай по порядку.
– График патрулирования в узловых точках города, – начал Франк.
– Барахло. Сам могу понаблюдать и узнать бесплатно.
– План внутренних помещений здания Имперской канцелярии.
– Я что, похож на самоубийцу?
– Охотничьи угодья нескольких молодых арийских ведьмочек. И то, за кем закреплен каждый участок. Я, знаешь ли, люблю побродить по лесам, и, случается, вижу всякое…
– Минуточку. А вот это действительно интересно.
«А ведь мужик – следопыт и разведчик, – подумал Франк. – И он готовит к завтрашнему дню усиленный доспех из мифрила. А в понедельник арийские ведьмы выйдут в свои угодья ловить юнитов. Похоже, друг Хельги, ты собираешься устроить небольшую партизанскую войну. Сдать, что ли, тебя ариям?»
Но тут его посетила мысль, что арии могут спросить, откуда у неофита схема их угодий? И по каким каналам он, Франк, получил информацию о новом следопыте норгов?
– Десять тысяч монет, – категорически заявил он.
– Фигов тебе тараканьих полные карманы, – раздумчиво сказал Хельги. – И можешь на сдачу поцеловать смердящую ехидну. Восемьсот марок, и то скажи спасибо.
Франк улыбнулся. Теперь он был в своей стихии.
Кикимора с вялым интересом наблюдала, как две виверны треплют друг друга. Они были еще неуклюжие, часто промахивались, одна даже ухитрилась вырвать у второй изрядный клок шкуры. Кикимора немедленно прервала поединок, сделала серьезное внушение молодой ведьме, своей ученице, о недопустимости ранений во время учебных спаррингов, и снова погрузилась в меланхоличное созерцание. Она скрупулезно обдумывала завтрашний маршрут.
Сегодня закончилось перемирие с норгами, и Наместник затребовал подкрепления из прецепторий. Вполне разумный шаг, учитывая напряженную обстановку. Гибель Тилле оставила зияющую брешь в концепции боевой организации арийского клана. Ловко, ничего не скажешь, даже как-то не по-норговски изощренно и коварно. Жаль, конечно, отдавать своих собственных, тренированных и вооруженных до зубов юнитов, но делать нечего. Если клан не успеет мобилизоваться и понесет потери, уцелевший гарнизон личного владения будет слабым утешением. Правда, на заседании Совета владетели настояли на том, что будет произведен обмен – они получат новобранцев в обмен на опытные войска. Встречное требование Наместник тоже счел разумным – ослаблять подчиненных он не собирался, к тому же забота о воспитании пополнения перекладывалась на прецепторов. Освободившихся от тренировок ведьм можно было использовать в разведке и патрулях.
Кикимора сегодня проснулась затемно, в пять утра, и успела хорошо потрудиться. Ее личная добыча составила тридцать орков, полсотни эльфов, два десятка дриад и семь троллей. К тому же ей удалось захомутать двухнедельного титана, а это было редкой удачей. Завтра она получит еще сто семьдесят орков, полторы сотни эльфов и двадцать три тролля, кроме того, надо будет набрать сорок негуманоидов четвертого-пятого уровня. И всю эту толпу нужно доставить в прецепторию, а это сто сорок километров. Три дня пути, блин! И столько же обратно. Шесть ночевок в лесу, вдали от привычного комфорта. Ее это совсем не радовало.
Отдыхавшие у ограды орки вскочили и вытянулись в струнку. Виверны прекратили терзать друг друга, подскочили к тренерам и изобразили нечто геральдическое. Ведьма оглянулась: через овал тренировочной площадки ковыляла невысокая фигурка, за ней с видом провинившегося школьника плелся Шпеер в белом морском мундире. Кикимора по-военному кивнула:
– Наместник!
– Вольно. Давайте без формальностей.
Кикимора напряглась – самые чудовищные разносы глава клана устраивал именно в неформальной обстановке. Хотя, похоже, сегодня тучи собрались над головой шефа абвера.
– Слышал, вы сегодня удачно поохотились?
– Относительно. Главной удачей можно считать титана.
– О! Это у вас, кажется, уже девятый?
– Всего лишь восьмой.
– Планируете держать их в прецептории?
– С позволения Наместника. Титаны слишком хороши в обороне, чтобы использовать их где-нибудь еще.
– Вам виднее, – согласился он. – Во время охоты ничего подозрительного не заметили?
– Прошу прощения, но в этом случае я немедленно приняла бы меры, соответствующие данной ситуации, и по возвращении доложила бы Имперскому Совету. Все прошло как обычно.
– Да, конечно, – рассеянно согласился Наместник и принялся ковырять своей тростью песок. Повисло неловкое молчание.
Кикимора деликатно кашлянула:
– Могу я поинтересоваться, что происходит?
– Можете, можете. И даже должны. Вот Людвиг нам расскажет. Это ведь его работа, не правда ли, Людвиг? – добавил Наместник тоном, не сулящим нечего хорошего.
Шпеер покряхтел со страдальческим видом. Потом начал докладывать своим ничего не выражающим голосом:
– Сегодня утром, с интервалом в тридцать-сорок минут или одновременно, на своих охотничьих участках убиты три ведьмы.
