— Сестру надо найти, — вновь сама себе напомнила я. — Если её первой найдёт Хранительница…
— Она не заберёт её душу, — подсказал Яр, успевший вернуться. — Для того чтобы откликнуться на силу Хранительницы, нужно испытывать душевную боль. Невыносимую, удушающую. Твоя сестра на такое не способна.
Точно, Яр ведь учился с ней в одной академии, хотя они и не пересекались, но собранной о ней информации достаточно для того, чтобы сложить своё мнение.
Вернулся он быстро, да ещё и высушил одежду, поэтому порталом я переходила в надлежащем виде. К счастью, в уже знакомой спальне, выделенной мне во дворце, ждала только королева Рамании. Она поднялась с софы и окинула нас обеспокоенным взглядом.
— Где вы были⁈ Мы всё с ума сходим! Вы…
Королева осеклась. Её глаза блеснули, словно она переходила на магическое зрение, а затем отшатнулась и села на диван. Даже не так — рухнула. Яр тут же оказался подле матери. Её величество переводила неверящий взгляд с сына на меня и обратно.
— Вот так ты решил избавиться от проблемы с контролем магии? — уточнила она.
Ага, значит, проблемы с контролем всё-таки были! Я укоризненно посмотрела на Яра, и он развёл руками.
— Верно, — не стал отрицать Яр и взглянул на мать, взяв ту за руку. — Не волнуйся обо мне. Я сделал то, что посчитал нужным. Ты учила меня принимать решения и брать ответственность, не страшиться опасности. Я всего лишь поступаю согласно твоему воспитанию.
— Ваше величество, — я опустилась рядом с Яром, — мне жаль, что мы заставляем вас волноваться, но мы не могли поступить иначе. Точнее, я хотела, — прикусив губу, бросила короткий взгляд на… уже мужа, — но Яр доказал мне, что страх — не лучший мотиватор для решений.
— Понимаю, — кивнула она и поджала обескровленные губы. — Но принять это сложно.
Мы молчали. Правильные и нужные слова не находились. Наконец, её величество поднялась. Мы последовали её примеру.
— Я предупрежу отца. Потом приходите в Лазурную столовую к одиннадцати. Там будут ждать король Хандербуга и твои родители, Джесселин.
Я сделала книксен. Королева покинула комнату, оставив нас с Яром вдвоём.
— Буря миновала?
— Буря ждала бы нас от отца, но его матушка взяла на себя, — хмыкнул Яр и, притянув меня, коснулся губами моего виска. — Видишь, всё не настолько страшно.
— Я всего лишь подвергаю жизнь их сына опасности, — пробурчала я.
— Если так подумать, то как раз опасность почти рассеялась, — задумчиво произнёс Яр, и я уставилась на него непонимающим взглядом. — Смотри: некроманту теперь нужна твоя сестра, именно её он использует для ритуала, а ты останешься свободна. И если душу твоей сестры всё-таки заберут, то даже если проклятие не развеется, ты в любом случае станешь единственной в своём роду.
Звучит ужасно, но это так. Впрочем, я не стала говорить об угрозах некроманта в отношении меня. Он будет мстить за то, что я испортила его планы. Однако даже в словах Яра я нашла то, что мне никак не могло понравиться.
— Я не желаю смерти сестре.
— Она не была к тебе столь милосердна.
— Своим решением связать с тобой судьбу я вернула ей «долг», точнее, вновь передала эстафетную палочку, — откликнулась и вздохнула. — Но я надеюсь, что нам удастся решить этот вопрос иначе.
— Ты слишком добра, — с неудовольствием заметил Яр и зарылся лицом в мои волосы. — Знаешь, последние дни сильно меня изменили. Раньше я отчего-то думал, что мир вращается вокруг меня. Словно это я каждый день поднимаю солнце и заставляю его опускаться. Но эту неделю я видел тебя рядом с Треем. Ты смеялась, радовалась, веселилась. Ты продолжала жить.
— Продолжала, — кивнула я. — Но ведь в этом и суть? Жить при любых обстоятельствах, даже если твоё сердце обливается кровью от того, что хочет биться сильнее в присутствии другого. В твоём присутствии.
— Именно, — тихо произнёс Яр, но в его фразе больше не было той надменности, что раньше. — Ты со мной не потому, что я такой незаменимый, не потому, что я лучше кого-то или единственный, с кем ты можешь быть счастлива… Ты со мной, потому что это твой выбор и твоё желание. Не моё. Не чье бы то ни было ещё, а твоё. Мир не крутился вокруг меня, но сейчас мой мир крутится вокруг тебя, Джесселин.
— Как и мой — вокруг тебя, Данияр. Но это по-прежнему огромный мир вокруг нас, которым можно и нужно любоваться. У каждого человека свой центр и своя опора.
Принц слегка улыбался.
— Ты учишь меня жизни, хотя и младше.
— Всего на три года, — я стрельнула в него насмешливым взглядом.
— На три с половиной, если быть точным, — ворчливо протянул наследник и улыбнулся. — Спасибо, Джесселин. Спасибо, что показываешь, насколько важны краски в этой жизни.
Часы пробили десять. В комнату зашла уже знакомая служанка, чтобы помочь мне одеться. Это заняло немного времени, и у меня осталась даже пара минут, чтобы проведать тётушку Агнес.
К сожалению, мастеру Айлоку так и не удалось вернуть ей память после встречи с некромантом. Это еще одна причина, по которой я злилась на него. Он тронул двух дорогих мне людей. Да, я признавала благородство его помыслов в отношении собственной дочери, но какой ценой он добивается своего?
Когда мы возвращались из целительского крыла, я почувствовала прикосновение к своей руке, и резко вскинула её, заметив крадущегося Стэгги. Улыбнувшись, подхватила саламандрёнка.
— Ну как ты, проказник? Вижу, что тебя пустили во дворец после всего произошедшедшего на балу.
Стэгги сначала радостно закивал, а потом замер. Я негромко рассмеялась, погладив Стэгги пузико, и… заметила стоящего на лестнице Трея. Принц Авероса смотрел не на нас, а куда-то вдаль, в витражное окно, выходящее на балкон, но я не сомневалась: нас он уже успел заприметить до этого.
Я почувствовала лёгкий укол совести. Яр переплёл наши пальцы и уверенно потянул меня к его высочеству Янару. Трей всё-таки окинул нас взором, особое внимание уделив нашим рукам, и поморщился.
— Вы закрепили связь, не так ли? — спросил он, однако смотрел при этом в окно.
— Да, — откликнулся Яр и неожиданно слегка склонил голову. — Я обязан поблагодарить тебя за оказанную помощь. Я буду рад вернуть долг, как только тебе понадобится.
— Не для тебя старался, — ощетинился Трей и посмотрел на раманца в упор. — Что вообще за идиотский способ возвращать одну из семейных реликвий — порталом без курьера⁈
— Извини, мы торопились, — не собирался смущаться Яр, а у меня вспыхнули щёки.
Именно по моей реакции Трей понял, куда именно мы торопились, и лишь плотнее сжал зубы. А потом я заметила в его руках подшитую книгу — она выглядела как альбом, но я сразу узнала её — рукопись Бажены.
— Твоя настойчивая соседка просила передать. Говорит, первый том завершён и она жаждет услышать твоё мнение, — хмыкнул Трей. Я приняла альбом, прижав к себе. — Все в академии до сих пор считают, что ты моя невеста.
— Трей, я…
— Не нужно, — отмахнулся парень. Забрал Стэгги из моих рук и бросил через плечо: — Счастливой семейной жизни!
— Трей, — окликнула я его, и Яр придержал меня за руку, опасаясь, что я побегу следом. — Трей, спасибо! Ты — настоящий друг!
Но принц Авероса не оборачиваясь лишь помахал мне рукой, словно принимая благодарность. Я не должна чувствовать вину. Я сразу обозначила Трею границы наших взаимоотношений и никогда не скрывала своих чувств к раманскому наследнику. Но почему тогда мне горько?
— Перебесится, — бросил Яр и опустил взгляд на книгу.
«Фиолетовая роза наследного принца», — гласило название. Я смутилась и открыла первую страницу, едва не поперхнувшись воздухом. Там были… я и Яр! Точнее, Джесселин и Дариян, в лесу… и рядом с ними застыл кролик. Цвет было не разобрать — картинки чёрно-белые, но сам факт…
— Она точно прорицательница, — пробормотал Яр.
— Да, — согласилась я. — Она ведь однажды предсказала кинжал, который ослабил Талрема.
Яр нахмурился, но так ничего и не сказал. Книгу заносить в покои не стали, я забрала её с собой, отдав одному из лакеев при входе в Лазурную столовую. Но вскоре мне уже было не до неё: в меня вонзились сразу несколько заинтересованных, сосредоточенных взглядов.
