— Рад, что мы бились на одной стороне, — серьёзно сказал я. — Могу я попросить вас об услуге?
— Конечно, — хмыкнул князь. — Разве я могу отказать боевому товарищу?
— Завтра на рассвете состоится моя дуэль с князем Мироновым, — начал я. — С моей стороны секундантом будет Александр Рейнеке. Не могли бы вы побыть секундантом у князя?
— Дуэль до смерти? — уточнил он. Я кивнул и увидел холодную усмешку на лице князя. — Я с удовольствием побуду секундантом. Надеюсь, ты уверен в своих силах. Очень уж мне хочется посмотреть, как истекает кровью трус, что не вышел сражаться с монстрами и не встал рядом со своими людьми.
— Мне казалось, что вы дружны, — улыбнулся я, глянув на поджатые губы князя.
— Вот ещё, — он скривился. — Что Давыдовы, что Мироновы — себе на уме. Думают, что получили лакомый кусок земель рядом с вратами, и даже не пытаются осознать всю серьёзность положения аристократов, имеющих владения у стены.
— Мы стоим между монстрами очага и мирными людьми, — кивнул я.
— Именно так, — Куприянов посмотрел на меня с явным одобрением. — Должен сказать, что приятно удивлён. Рад знакомству с тобой, граф. И раз уж мы бились плечом к плечу, можешь обращаться ко мне по имени.
— Я тоже рад знакомству, Владимир, — усмехнулся я. — Без тебя и твоих людей нам бы тяжко пришлось.
— А вот и князь Миронов, — Куприянов мотнул подбородком в сторону особняка. — Вылез из убежища. А ведь если бы не мы, их дом бы по кирпичику разобрали. Даже стена не устояла, что говорить про особняк.
Я развернулся и увидел, как князь Миронов спускается по ступеням крыльца. Ни Софьи, ни Матвея рядом не было. Миронов остановился в паре шагов от нас и выпрямил спину.
— Князь, граф, — хриплым голосом сказал он. — Благодарю за помощь. Мои люди сообщили о вашем героизме.
Я невольно хмыкнул. Героизм. Какое пафосное слово для зачистки последствий его же глупости. Он ведь сам подпустил некромансера слишком близко, понадеявшись, что это союзник Бартенева.
— Мы выполняли свой долг, — сухо ответил Куприянов, даже не скрывая презрения. — А вот ваш долг ещё предстоит исполнить. Граф Шаховский проинформировал меня о дуэли.
У Миронова дёрнулась щека, его взгляд на миг встретился с моим. В нём не было вызова и чувства превосходства, как раньше. Но и загнанным князь себя явно не ощущал.
— Да, граф вызвал меня дуэль, — кивнул он уверенно.
— Я буду вашим секундантом, — сказал Куприянов так буднично, словно объявлял о времени ужина. — Поскольку других аристократов поблизости нет, а ваши близкие не могут быть секундантами. Надеюсь, вы не возражаете?
Это был прямой и жестокий удар по чести, но Миронов лишь снова кивнул. Я смотрел на него и испытывал странное чувство. Не было ни удовлетворения, ни былой ярости. Я воспринимал князя так, словно он уже побеждён, а завтрашний бой — простая формальность для подтверждения его статуса.
— Все нюансы сможешь обсудить с моим секундантом, — сказал я Куприянову, разрывая затянувшуюся паузу. — Александр Рейнеке свяжется с тобой через час. А теперь мне нужно заняться своими людьми. Раненым нужна помощь.
Миронов бросил на меня взгляд, в котором наконец проявилась былая сила главы рода и грандмага стихии света. Проклятья деда оставили свой отпечаток, но к Миронову начала возвращаться уверенность в себе, а вместе с ней и надежда, что он ещё сможет отыграться. Так-то лучше — хотя бы не буду чувствовать себя мясником, карающим безоружных и слабых людей.
Я обвёл взглядом поле боя. Выжившие гвардейцы Миронова уже формировали группы для сбора трофеев и очистки территории. Мы с Куприяновым даже не собирались этим заниматься — Миронов должен сам обеспечить сбор и доставку ресурсов, а после выслать нам наши доли.
— Мне тоже надо своих проверить, — сказал Куприянов, проводив взглядом удаляющегося Миронова. — До встречи на рассвете, Константин.
— До встречи, — кивнул я ему.
Как только Куприянов вместе со своими людьми удалился на приличное расстояние, я наконец позволил себе расслабить плечи. Усталость ощущалась в каждой косточке и мышце, но она была приятной и знакомой. Такая усталость наступает после тяжёлого сражения, которое ты выиграл, несмотря ни на что.
— Господин, — ко мне подошёл Сорокин. Его лицо было заляпано кровью, слизью и сажей, но глаза были полны боевого азарта. — Потери минимальны. Девять раненых средней тяжести, семеро лёгких, никто не погиб.
— Отличная новость, — я улыбнулся. — Собирай наших, мы уходим.
— А этот что же? — Демьян посмотрел на Кольцова.
Декан продолжал ходить за мной, словно привязанный. И пусть его взгляды метали молнии, сделать он мне ничего не мог. Проклятье деда развеялось полчаса назад, но я успел обновить его. Пусть это не совсем мой метод, но во время сражения с монстрами было не до поиска других вариантов.
— Это мой пленник, — сказал я и усмехнулся, увидев гримасу лютой ненависти на лице Кольцова. — Он будет молчать и слушаться, пока мы не запрём его на нашем особом складе.
— Понял, — Сорокин коротко кивнул, не задавая лишних вопросов. Когда-то он вместе с Максимом Ивониным был готов пытать Руслана Мирзоева в том же складе, где мой предок создал полную магическую изоляцию для врагов.
Пока мои бойцы собирались вместе, я окинул взглядом изуродованный ландшафт владений княжеского рода Мироновых. Чёрные воронки, поваленные деревья, дымящиеся груды монстров. В прошлый раз мы с Давыдовыми здесь неслабо развернулись, но сейчас всё выглядело так, словно наступил апокалипсис.
Вскоре мы дошли до машин, погрузили в них раненых и Кольцова и отправились обратно к вратам. Пока мы ехали, я размышлял об узлах, гнёздах и слоях изнанки. Грох до сих пор не отзывался, но периодически я посылал ему импульсы силы. Где бы он ни был, ему сейчас явно не помешает поддержка.
А мне не помешает разобраться с картой деда. Жнец придёт через два дня, так что у меня есть время дойти до первого узла и проверить достоверность данных. Не думаю, что Дмитрий Шаховский меня обманул, но проверить ближайший узел нужно как можно скорее.
В сибирском очаге было два десятка таких узлов, помимо центрального. И до ближайшего всего-то пятьдесят километров от стены — левее заимки, построенной моими родителями. Ну а ещё нужно связаться с Денисовым и передать ему Кольцова. Интересно, что именно эмиссар доложил императору о нашей прогулке по эльзасскому очагу?
Но это всё потом. А сейчас пора возвращаться домой. К бабушке, Юлиане и детям, которые наверняка уже рвут и мечут от беспокойства. К Рейнеке, которого нужно будет ввести в курс дела. К людям, которых я поклялся защищать.
Когда мы затормозили у врат, к машине тут же приблизились Максим Ивонин и бабушка. Я вышел и кивнул Ивонину.
— У нас всё чисто, господин, прорыв отбили, потерь среди наших нет, но погибли три истребителя монстров, — доложил он. — Я связался с Ерофеевыми, до них монстры не дошли.
— Отлично, — кивнул я. — Мы там у Мироновых тоже всё зачистили.
— Демьян уже рассказал, — хитро прищурился Максим. — Хороший был бой.
— Точно, — я махнул рукой, показав, что он свободен, и повернулся к бабушке. — Как тут дела обстоят? И что там с погибшими истребителями?
— Ты не поверишь, все три шпиона из истребителей случайно погибли в бою с монстрами, — скорбным голосом сказала она. — Не представляю, как так вышло, что опытные бойцы в панике оружие бросили и чуть ли не сами под монстров подставились.
— Бывает же такое, — усмехнулся я, правильно поняв бабушку.
— Ох ты ж! — воскликнула она, заметив в машине Кольцова. — Вот это трофей!
— Угу, дедуля подогнал, — сказал я.
— Я этому гадёнышу такое гостеприимство устрою, что мало не покажется, — проговорила сквозь зубы бабушка, помрачнев после моих слов.
— Он мне нужен в ясном сознании, — предупредил я её.
— Жаль, — покачала головой бабушка. — Уж я бы отыгралась за всё.
— Если Денисов сам приедет, то можешь присутствовать при допросе, — решил я её порадовать. — Думаю, твоя помощь будет кстати.
