– Почему? – выглянув одним глазом из-за пальцев, переспросила волшебница.
– Рыцарь может объявлять Дамой Сердца кого угодно, но… Рин! – девушка отмерла и, бросив полный ужаса взгляд на руку Сефирота поверх своей ладони, подняла искажённое в панике лицо к хозяйке дома, – я не подхожу на роль Дамы Сердца!
– Почему?… – эхом повторила саму себя школьница.
– Мне нельзя! – взволнованная Сэйбер подалась к ней, но застыла, когда потребовалось выдёргивать руку из захвата. – В смысле, ну… то есть… Это не правильно! – зачастила мечница, глядя только на неё. – Меня… я… Н-невозможно! Рин! Скажи ему! Так не положено! Я же… он… а как… но… я… Рин, помоги! – в последнем призыве было столько мольбы и надежды, что Тосака невольно опешила. Да и вообще видеть Сэйбер в таком состоянии было чем-то сюрреалистичным.
– Погоди! – мотнула головой чародейка, в голове которой всё перемешалось. – Я думала тебе нравится Сефирот! Что не так?!
– Нравится! – без тени сомнения подтвердила, казалось бы, безосновательное обвинение блондинка, заставляя вытянуться лица слушателей. – Но меня никто никогда не делал Дамой Сердца! Мне нельзя! Я же рыцарь! И… и… Это нехорошо… Не положено… Я не смогу…
– Эм… – Рин скосила взгляд на Сефирота. – Боюсь… если раньше у тебя ещё был шанс, то теперь… без шансов.
– Решено, – на корню прервал возможную попытку ответа, вклинившийся в диалог бархатистый голос Сефирота, – с этого дня ты моя Дама Сердца. И это не обсуждается.
Под обожающим взглядом серо-голубых глаз, блондинка налилась краской и медленно-медленно втянула голову в плечи, с таким усердием при этом избегая смотреть на мужчину, что каким-то мистическим образом точно знала как меняется его выражение лица по мере прогрессирующего смущения. Как Рин это определила она сказать затруднялась, просто каждый новый миллиметр в ширине улыбки Сефирота, с точностью до миллисекунды, сопровождался сантиметром, только уже оставляемым за собой движущейся вниз светлой макушкой.
– Вот что ты с ней сделал? – укоризненно пробормотала Тосака, ощущая поднимающее в груди острое чувство… зависти! К кому-то… Она этого не знала. Точно не знала. Честное пречестное!
– Ох, Рин, не спрашивай, для меня это тоже первый раз, – поднялся с колен парень и, с подчёркнутой задержкой, отпустил руку Сэйбер на свободу. Так подчёркнутой, что, пожалуй, лучше бы не отпускал!
– Да ты вгоняешь девушек в краску по семь раз на дню, – обхватив руками предплечья, недовольно проворчала, по её личному, а значит, самому верному, мнению, самая пострадавшая от этого девушка.
– Это совершенно разные вещи, – беззвучно хмыкнул чародей с серебряными волосами. – Поверь, я знал многих прекрасных девушек, даже одну идеальную тёмную леди встречал, которая читала меня как открытую книгу, даром что была на два года тебя младше, а я уже был тем, кто я есть, – Сефирот прямо посмотрел на неё и в его взгляде отразилось какое-то воспоминание, вызвавшее тёплую улыбку на губах. – У вас, кстати, очень похожие глаза, а когда ты что-то задумала и всё идёт по плану, то даже мимикой на неё похожа, – неожиданно выдал странный… и смущающий комплимент этот несносный дурак. – Однако, – продолжил он, поворачиваясь обратно к Сэйбер, – я ещё никогда не встречал Светлую душу, которая бы настолько сильно мне нравилась. Это, знаешь ли, парадоксально, ибо в силу диаметрально противоположного мироощущения, мы должны друг друга на дух не переносить, или хотя бы испытывать что-то вроде зубной боли, каждый раз, когда другой открывает рот. Тем не менее, что бы Сэйбер ни делала, меня всё время тянет расплыться лужицей кавая. Я даже на милых маленьких девочек, способных устроить форменную резню, так не реагирую, а я очень люблю милых маленьких девочек, способных устроить форменную резню!
От этих откровений не слишком-то и большая девочка с пшеничного цвета волосами, окончательно сжалась на диване, очевидно думая сейчас только о том, как бы оказаться отсюда как можно дальше.
– Ладно, всё, – Сефирот тоже это заметил и поднял руки в защитном жесте, неуловимо меняя тембр голоса, так, что висящее в помещении настроение сразу пошло трещинами, – прости Сэйбер, я переборщил.
– У… х… – невнятно донеслось снизу, вместе с коротким кивком макушки.
– Эх… – мужчина с явным трудом оторвал от этой картины глаза и старательно принялся массировать переносицу. – А, кстати, – он взглянул на Рин, – где наш бравый рыжий герой и твоя сестра?
– Успокаивают Фуджимуру-сенсей, – вздохнув, в очередной раз пытаясь смириться с окружающим её безумием, ответила Тосака, – она уже узнала, что дом Мато уничтожен и развела панику. Пока шли уроки было ещё ничего, но потом она устроила целое представление прямо в коридоре, – информацию о том, что такое поведение «возможно» было связано с тем, что Широ и Сакура два последних урока прогуляли, сидя на крыше по её наущению, Рин решила не озвучивать, как незначительную. – Эмия-кун пытался её привести в чувство, но это было надолго, так что я не стала ждать и вернулась к вам.
– Эм… – лицо её партнёра стало каким-то нехорошим. Он точно знал что-то такое, чего не знала она, но это было важно!
– Что? – подтолкнула Сефирота, ведомая возникшим предчувствием девушка.
– Ты же в курсе, что Тайга – внучка главы местного отделения Якудзы, которая считает отца Широ матёрым киллером и дико переживает о том, что мы хотим втянуть Эмию-куна в криминал? – с предупредительной мягкостью, поинтересовался этот… этот… чокнутый любитель ушек!
– Интересно, откуда бы я это знала? – язвительно отозвалась Рин, очень желая в кого-нибудь запустить Гандром.
– Действительно… – как будто даже искренне озадачился серебряноволосый.
– И? – поторопила его Тосака. – Что ты собираешься делать?
– Ну, волноваться пока не о чем… хотя ладно, сейчас, – поймав вновь ставший привычно собранным взгляд, поднявшей лицо от колен, Сэйбер, мужчина прикрыл глаза и сосредоточился.
– Ну? – когда истекла уже вторая минута и Сефирот вдруг открыл глаза, с нетерпением спросила Рин.
– У меня две новости.
– Хорошая и плохая? – руки Тосаки сами собой упёрлись в бока.
– Скорее абсурдная и «дайте мне поплакать».
– Мы все во внимании, – спиной чувствуя согласные кивки Медеи и Илии, а также видя перед собой застывшую в напряжённой позе Сэйбер, озвучила девушка.
– Ну, во-первых, Широ и Сакуру похитила Якудза, – сообщил мужчина, отслеживая их реакцию.
– Ага… – ну этого Рин уже и так ожидала, так что в некотором смысле испытала облегчение. – Давай дальше.
– Они сейчас пьют чай с мармеладом и гадают как бы поделикатней успокоить правящую семью местной мафии, что, тихо паникуя, квохчет вокруг них, не зная как уберечь и защитить… – Сефирот перевёл многозначительный взгляд на успевшую сесть на диване мелкую Айнцберн. – Горничные нашей малышки Илии, оказывается, ещё днём успели упаковать в какую-то мусорку бригаду лучших бойцов клана, которые приходили поговорить с нами по душам… Даже сортировку провели, кого-то определив шкафом, а кто-то – биологическим мусором.
– Я об этом ничего не знаю! – под четырьмя скрестившимися на ней взглядами, поспешила откреститься девочка. – А что за сортировка?
– Как я понимаю, в один контейнер вся бригада не поместилась, вот их и распихали по разным ёмкостям, – охотно пояснил мужчина.
– Минутку… – Тосака только сейчас заметила, что чего-то не хватает и всем телом развернулась к спевшейся парочке на диване. – Вы двое сидели здесь и два часа наблюдали, чем закончится ваша проказа по сведению Сефирота с Сэйбер…
– Неправда! – ещё громче воскликнула Илиясфиль.
– Не держи меня за дуру, Айнцберн! – вспылила Рин и резко ткнула пальцем в сторону Слуги, который «совсем не Слуга». – Любой, кто пообщается с ним больше одного дня, поймёт, что он – ушибленный на всю голову фетишист! И ты мне хочешь сказать, что, зная это, вы одевали Сэйбер в костюм стереотипного киношного киллера случайно?! Не знаю о чём думала ты, но по Кастер ещё в доме Широ было видно, что она чего-нибудь такое сделает!
