Дальше на шум из своей каюты выползли Кудыбечи всем составом, — Мишаня с семьёй вернулся на «Ржевский» ещё вчера, как только Каннеллони оцепили теплоход. Видать, ответственность засвербила, и бородатый хотел как можно скорее приступить к работе.
Затем баб Зоя вышла. Затем Гио с Сидельцевой. Затем ребята Сидельцевой во главе с Погонялом. Затем сверху спустился Буревой, а с палубы зашёл Марио со своими парнями и настала точка невозврата — в коридоре стало так тесно, что пришлось перемещаться наверх, в зал-ресторан.
И он меня тоже порадовал.
Катя сумела организовать здесь всё так, что имперскость пускай и присутствовала, но не давила на мозги. Уютный полумрак, спокойные тона, текстуры дерева и камня, а в качестве украшений живая зелень. Признаться, у зазнобушки моей талант; я бы и сам лучше не декорировал. На кухню я пока не заглядывал, да и по второй палубе пройтись охота, но пока что меня захлестнула толпа.
Мало того, что все снова вместе, так ещё ведь надо перезнакомить старую команду с новоприбывшими.
О Джордано ди Козимо уже ходили легенды, и каждый старался выказать этой легенде своё почтение. Марио опять насильно затолкали поближе ко мне, чтобы дивиться нашей похожести, — правда на сей раз не жестикулировали, а всё чаще восхищённо матерились. Буревого по-отечески заинтересовала жена боцмана, Байболотовы никак не могли нарадоваться своей неожиданной причастности к мафии, деда Жора о чём-то заболтался с Катькой, мальчишки Кудебечи атаковали Таранова с просьбой показать элементаля, и гомон вокруг, и веселье, и радость.
По канону всё это должно было перерасти в пьянку, да только не время сейчас. Сделано много, а предстоит сделать ещё больше. А потому я договорился с Гио и Мишаней встретиться через час на палубе и обсудить наши поварские делюги, а затем:
— Прошу прощения, — украл Катю у деда и продолжил обход.
Сперва на камбуз. Не без косяков, но для плавучей кухни на мой взгляд получилось идеально. Рабочих поверхностей хватает, новенькие холодильники с неободранной плёнкой стоят, новенький гриль и пламенное сердце любого предприятия общепита — конвектомат. Причём аж два; один на другом стоит. Отлично! Благодаря этому много головняка сразу же отсеивается, и скорость повышается в разы.
По мелочам, конечно, ещё докупаться и докупаться, но так на то с мы с пацанами и повара. Сегодня же пройдёмся, накидаем список и закажем всё, что нужно.
Дальше — вниз. В номер-люкс, — туда, где проходил рыбинский ретрит. Помимо полного фарша в плане электроники и роскошной обстановки, сюда умудрились ещё и джакузи воткнуть. И что-то мне подсказывает, что время до отплытия я проведу именно здесь, а не в каюте, выделенной от Катькиных щедрот для нашего с ней проживания…
— Продукты! — вдруг меня аж холодок кольнул. — Камеры-то уже смонтированы⁈
— Смонтированы, — кивнула Катя, упиваясь своей хорошестью. — Пойдём.
А камеры у нас отныне занимали половину склада. Решение было бы сомнительным, работай мы а-ля карт… почему? Да потому что у поваров как правило дырявая голова, — и я не исключение. Так что при ресторанном формате работы, нам бы пришлось по десять тысяч раз на дню таскать туда-сюда тазики с продуктами на глазах у гостей, которые вообще-то заплатили за круиз дохренища денег и ничего подобного видеть не должны, а так… привыкнем. Отработаем. Нормально.
Ну и финальная точка моего путешествия по обновлённому «Ржевскому» — это цех Таранова. Закупать сюда в отсутствии маэстро ничего не стали. Но теперь хотя бы не использовали как ледник и хлопкохранилище. Цех освободили, помыли, и обшили стены нержавейкой.
— Доволен? — спросил я у немца, который уже вовсю обживался на своих метрах.
— Дофолен, — кивнул Иоганн Михайлович. — Отнако ещё мне понатопится…
— Ля-ля-ля-ля! — перебил я, заткнув уши. — Не слушаю, плов кушаю. Подготовь список.
— Но…
— Список, список, список, — и ушёл.
Знаю я всю эту тему. Мне скажут, я забуду, потом крайним окажусь, а начальство крайним быть не может, и вот — понеслись обидки. Обидки, разлад, крамола, восстание, смена персонала. Плавал, знаю, и потому всеми силами топлю за отчётность и рабочие разговоры под запись. И пора бы уже чат создать. Такой же, как у Стаси на пляже.
Итак. Всё осмотрено, всё одобрено, всё хорошо. Тут Катя немного замялась и постаралась выпытать у меня подробности насчёт деда и мафии. Издалека зашла. А всё ли, мол, хорошо? А всё ли получилось? А что дальше будет?
— Давай так, — улыбнулся я. — Вечером посидим вдвоём и я отвечу на все вопросы. Вот прямо на все-все-все, что ты только сможешь придумать.
Объясню девушке всё, что только в силах объяснить, а потом если не испугается может быть и сам вопрос задам. И замок ей на голову от себя же самого поставлю. А чо тянуть-то? С нынешним темпом жизни «удобный» момент может и не настать.
Ладно…
— Ита-а-а-а-ак, — протянул я, выруливая из-за угла на нос «Ржевского». — Посаны, напоминаю вам что отплытие через неделю, а у нас на теплоходе ещё не все кони в достаточной мере повалялись. Что на повестке?
— Да всё нормально, — ответил Мишаня. — С таким разнообразием аномальщины надо быть полным идиотом, чтобы хоть раз повториться. На первую неделю я расписал меню от и до, а остальное в процессе дозреет.
— Красавчик!
— Птеродактиль табака, — мечтательно улыбнулся Гио. — Они у меня тут все от восторга пищать будут.
— Отличный настрой, господин Пацация, — кивнул я. — И открытым у нас остаётся вопрос только по персоналу, верно?
— Получается, что так.
— Ага. Значит по старой схеме попросим Стасю Витальевну закинуть вакансии в Сеть и завтра же начнём собеседовать страждущих…
Коллективным разумом мы решили, что для комфортной работы нам понадобится ещё как минимум шесть поваров. Двое девять часов с утра, двое девять часов с вечера и один дежурный сутки через сутки, чтобы был на подхвате и, если вдруг что, исполнял спецзаказы гостей. Вдруг кому-нибудь в пять часов утра срочно понадобится в номер фруктовая тарелка? Не откажешь же аристократам в витаминчиках, верно?
А выходные на борту теплохода — это глупость. Пускай лучше зарабатывают. Это во-первых. А во-вторых, мне не надо чтобы праздный персонал шатался по палубе вместе с гостями. Как бы противно это не прозвучало, но таковы стандарты сервиса.
Так…
Шесть поваров значит, столько же барменов, дюжина официантов, парочка манагеров, парочка хостес, мойщицы, уборщицы и, — внезапно! — горничные. А ещё сантехник, электрик, компьютерных дел мастер сиречь сисадмин и несколько рукастых мужичков. Ну… широкого профиля. Которые и гвоздь если что забьют, и как грузчики впрягутся.
Охранники ещё. Хотя бы парочку, на смену Байболотовым. Матросы-то у нас, конечно, мужичары о-го-го, но растаскивать пьяные драки они не подписывались. Раз помогут, два помогут, а потом толсто намекнут, что в должностные инструкции подобная дичь не входит и…
Это ж сколько народищу-то на «Ржевского» набьётся? Уверен, что кого-нибудь да забыл, а соотношение работников с гостями уже почти один к одному. Надеюсь только, что персональских кают хватит и не придётся что-то придумывать.
Ох, общепит! Ох, сука ты такая! Люблю тебя и ненавижу. Ладно, прорвёмся…
— А вы куда? — заметил я Сидельцеву и деда, сходящих по трапу на берег.
— Решать твои проблемы, — ухмыльнулся Джордано ди Козимо. — Ты же за этим меня сюда притащил, не так ли?
Как выяснилось, пока мы с Гио и Мишаней разрешали мышиную возню, серьёзные люди уже поговорили свои серьёзные разговоры. И теперь Рита направлялась на разговор с теми же сволочами, что уже единожды отказали нам в помощи, правда на сей раз в компании настоящего Звена и его людей.
— Удачи! — вот и всё, что я нашёл сказать.
* * *
— … потанцевал.
— Кхм, — прокашлялся я, тряхнул головой и переспросил: — Кто потанцевал? С кем потанцевал?
— Бесконещный потанцевал! — повторил Таранов свою последнюю фразу.
