На меня не менее заинтересованно смотрели и участники "диспута".
- Тварь я дрожащая или право имею?
Мужчина осмотрел "философов". Видимых серьёзных повреждений они ещё не успели друг другу наставить, помятая и местами порванная одежда не в счёт. Неожиданно для всех, де Граф развернул длинный свёрток, что принёс с собой, явив тот самый меч с перевязью, что я всучила ему в самый первый день. В наступившей тишине князь опустился на колено передо мной и застегнул ремень, повесив меч мне на пояс.
- Надеюсь, это поможет в дальнейшем избегать подобных обсуждений, - прокомментировал он, вставая. - Прошу прощения, что не вернул его раньше.
И, как ни в чём ни бывало, повернулся к студентам.
- Марик, мне надо с вами поговорить, желательно, наедине, - тон, не терпящий возражений.
- Прошу, тогда ко мне, - с убитым видом предложил парень.
Остальные дождались, пока они не скрылись за поворотом коридора. Де Граф ещё не восстановился даже до прежнего состояния и ходил медленно, опираясь на трость. В глазах дворянчиков-зачинщиков драки прочитала полную дезориентацию и намёки на панику. Кажется, они уже начали записывать себя в покойники. За их поведение относительно какого-нибудь безродного, отделались бы штрафом. Но, вернув меч, де Граф как бы узаконил моё право на его ношение, тем более, что он не просто вернул, а ещё собственноручно опоясал, признав, тем самым, моё право на дворянскую приставку. Об этих тонкостях я вспомнила позже, а пока также ошарашенно смотрела вслед ушедшим.
- Теперь точно за драку влетит. Повезёт, если не отчислит, - объявил Енот и покосился на меня. Вернее, на меч, что сейчас висел на поясе.
- Не влетит, - ответила несколько рассеянно. - Если сразу не сообщил о наказании, то к этому вопросу не вернётся, если сами не напомните.
- Уверен? - понимаю его недоверие.
- Я его хорошо знаю. Теперь, даже если его спросят, что здесь было, ответит что-нибудь про излишне жаркие споры. Так что лучше забыть о сегодняшнем вечере.
Прошло несколько дней. Студенты опять привыкли к тому, что я всё же вправе и сдачу дать, и на дуэли прирезать, если что. Впрочем, это особо ни на что не повлияло. Особо упорные урок получили, а остальные ещё с прошлого года запомнили, что ко мне лучше не лезть. Я тоже не изменила привычкам и большую часть времени проводила в библиотеке. На этот раз с конкретной целью - выяснить про новообретённые семейные отношения. Но, как и говорил де Граф, ритуал весьма древний и почти забытый. Все упоминания о нём в библиотеке Академии сводились к полуфантастическим легендам.
Совершенно случайно в адаптированной для современности копии с книги, переведённой с другой книги, что сама была копией древнего свитка, нашла что-то более-менее конкретное. Самой последней копии было порядка пятисот лет, а исходный свиток насчитывал пару-тройку тысяч. То были записки путешественника, описывающие обычаи и порядки иноземных народов.
"Ещё у них настолько мало женщин, что ценятся они едва ли не на вес золота. И у многих одна возможность познать - стать младшим мужем. Варварский для цивилизованного общества обычай, ведь у иной жены таких может быть десяток. Мой толмач говорил, что есть семьи и по сотне мужей.
Если муж оказывается негодным, жена вправе изгнать его, и тот гибнет от тоски. Редкий воин может прожить, не видя жены, более года.
Сей обычай, как я его представляю со слов толмача и тех немногих, кто согласился о нём поведать, способствует гибели целых племён, ведь, если умирает жена, все её младшие мужья вскорости следуют за ней. Поэтому в войнах стоит стремиться не столь победить противника, сколь убить как можно больше жён. Я поделился этой мыслью с собеседниками, от чего те пришли в ужас, не допуская и мысли о нанесении вреда женщине. Странные дикари, ведь так быстрее одержать победу".
И в примечании к этому тексту указано, что этот обычай сохранился только в отдалённых степных племенах.
Я задумалась. Книге несколько тысяч лет. В степи живут чуть больше сотни, максимум сто пятьдесят лет, но и традиции чтут не в пример многим. Получается, надо искать источник по Великой Степи. Но в библиотеке Академии таких нет. Может, записей о Степи и совсем немного, письменность у кочевников не очень развита, а их самих "цивилизованные" народы изучали мало и поверхностно. Зато есть Саралы. Не простой степняк, сын вождя и внук верховного шамана может, что-нибудь да скажет о древнем ритуале.
Парня я выцепила вечером на ужине. Он, по обыкновению, сидел один, хотя давно не применял приём под названием "застольный этикет степи".
- Приветствую, - я подсела за его столик. - Ты ведь хорошо знаешь ритуалы и традиции степных племён?
- Конечно! - Саралы сделал вид, что обиделся. - Я же буду шаманом, а какой шаман не знает традиций? Это очень плохой шаман. Мне нельзя быть плохим, я ведь займу место верховного, когда он уйдёт петь песни с духами.
- Я думала, ты в вожди метишь.
- Нет, вождь велик, но и он советуется с духами, а их волю шаман передаёт.
- Думаю, ты станешь хорошим шаманом, - я поняла намёк парня. Как серый кардинал он идеально впишется в своё степное общество, умело направляя решения вождя в нужное русло.
- У меня к тебе конфиденциальный разговор.
- Конфи- чего?
- Доверительный, то есть не для разглашения.
- А, это понятно. Клянусь Великой Степью, что по своей воле никому не расскажу, о чём будем говорить!
- Скажи, дети степи всё ещё заключают неполный брак или он остался только в памяти духов?
Саралы почесал затылок.
- У нас есть обычный брак, гостевой, договорной. Не думаю, что ты про них спрашиваешь?
- Вряд ли,- я покачала головой. - Этот магический.
- Хм... - Саралы снова почесал затылок. - Магический. Ещё древний и, возможно, забытый. Это случайно не тот, где у одной жены может быть несколько подчинённых мужей?
- Похоже на то!
- Сейчас его называют рабским. Только ты точно хочешь говорить здесь? Сложно утаить что-нибудь в такой обстановке.
Он прав, в столовой постоянно туда-сюда сновали голодные студенты. Там слово услышат, здесь фразу, никакой секретности.
- Ну, спрашивай. Что тебя интересует? - спросил Саралы, когда мы удобно расположились в его комнате.
- Всё. Как заключается, какие права и обязанности сторон, можно ли расторгнуть.
- Расторгнуть вроде нельзя, это же ритуальный брак перед стихиями. Заключается просто. Воин, умеющий говорить со стихией, приходит к выбранной женщине и делится с ней своей силой и жизнью, произнося определённые слова клятвы. Если клятва искренна, то стихии принимают её, тогда у мужчины появляется рисунок на руке, и он становится младшим мужем. Это только называется так, на самом деле его положение ближе к добровольному рабству.
Если младший муж не будет долго хотя бы видеть жену, то он постепенно слабеет и умирает. А сам он не может жене ничего сделать - стихии следят за выполнением клятвы. У жены же перед ним нет никаких обязательств. Она может выйти за кого угодно, в любой форме брака. Единственно, старший муж не вправе запретить ей близость с младшим, ведь тот ни с кем, кроме неё не сможет.
- И зачем тогда эта кабала мужчинам? - степняки всегда были вольным народом и вот так себя ограничивать? Не понимаю.
- Это очень давняя традиция. У нас ведь глава семьи и рода не вождь, и даже не шаман, а старшая женщина. Женщин когда-то было много меньше, и такой ритуал позволял и удержать воинов в роду, и защитить главу, и увеличить рождаемость. Ведь если жена заболеет или поранится, то она будет брать силу и жизнь из младших мужей. Чем их больше, тем легче роды и больше детей сможет выносить. Мужья тоже быстрее восстанавливаются в присутствии жены. Сейчас этот ритуал почти забыт, нет в нём больше такой необходимости, хотя, пара кланов ещё практикуют.
